Плененные тишиной

Глава 17. Похищение

Поместье Хоршем, Кент, сентябрь 1600 года

Прошло две недели с того дня, как Круз вернулся в Англию. Две недели, наполненные встречами, разговорами, попытками вписаться в жизнь, которую он покинул десять лет назад. Он видел мать, которая плакала и смеялась одновременно, держа его за руку. Видел Джунию, которая стала еще красивей и смотрела на него с такой любовью, что сердце разрывалось. Видел Тайена, Криса, Дугласа, Дункана - всех кузенов, которые приняли его так, словно он не пропадал десять лет, а просто отлучился на неделю. Видел Фиону, которая каждый день прибегала к нему и требовала рассказывать о Франции, о битвах, о дальних странах.

Но он не видел Дженни.

На празднике в Гудуик-холле они обменялись лишь парой фраз. Он сказал, что вернулся. Она ответила, что видит. И все. Этого было слишком мало и слишком много одновременно.

Теперь, спустя две недели, он стоял перед воротами Хоршема и смотрел на дом, где когда-то оставил ее у гроба Натана. Сердце колотилось где-то в горле. Он не знал, что скажет. Не знал, прогонит ли она его снова. Но знал, что должен попытаться.

Он спешился, толкнул калитку и вошел во двор.

Здесь было тихо. Слишком тихо. Не слышно было детского смеха, не мелькали фигуры слуг. Круз нахмурился и ускорил шаг. На крыльце никого не было. Дверь была приоткрыта.

- Дженни? - позвал он, входя.

В холле было пусто. Где-то в глубине дома послышались голоса, и Круз пошел на звук. В малой гостиной он застал Дженни. Она сидела в кресле у камина, и лицо ее было бледнее обычного. Рядом с ней стоял Тайен.

- Кузен? - удивился Тайен. - Что ты здесь делаешь?

- Я... - Круз запнулся, глядя на Дженни. - Я хотел поговорить.

- Не сейчас, - отрывисто сказала она. Голос ее звучал глухо, чужим.

- Что случилось? - спросил Круз, чувствуя, как внутри разливается тревога. - Где Вирджиния?

Дженни закрыла глаза, и по щеке ее скатилась слеза.

- Ее похитили, - сказал Тайен. - Вчера вечером. Люди Хорна.

Мир вокруг Круза рухнул.

- Как? - переспросил он, не веря своим ушам. - Как это случилось?

- Он хотел получить опекунство, - голос Дженни дрожал, но она держалась. - Я согласилась, думала, это защитит ее. А он... он просто ждал. Ждал, когда сможет забрать ее.

- Зачем?

- Чтобы использовать в тяжбе с Донованом. Чтобы доказать, что она - законная наследница. А потом... потом я не знаю. Может, держать ее, пока не выиграет. Может, выдать замуж за кого-то из своих сторонников.

Круз сжал кулаки. Перед глазами снова встало лицо Натана, когда тот лежал на камнях, и кровь заливала его грудь. А теперь его дочь, маленькая Вирджиния, которая спрашивала его тогда: «Ты теперь останешься?», — в руках человека, который обманом получил опекунство, а затем украл её у матери.

- Где она? - спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

- Мы не знаем, - сказал Тайен. - Лорд Эдвин забрал ее вчера вечером. Мы послали людей, но пока ничего. Я как раз собирался вернуться в Ланкашир, когда это случилось.

- Ты останешься здесь, - перебил Круз. - А я найду ее.

- Один? - Тайен нахмурился. - Ты даже не знаешь, где искать.

- Я знаю, где спросить, - ответил Круз. - В Лондоне. У меня есть старые знакомые. Люди, которые знают все о всех. Если Хорн увез девочку куда-то, об этом узнают.

Сент-Грант посмотрел на него долгим взглядом.

- Ты говоришь о... портовых тавернах?

- О них, - кивнул Круз. - И не только. В Лондоне есть места, где узнают новости быстрее, чем при дворе. У меня там были связи. Думаю, они еще помнят меня.

- Я с тобой, - сказал Тайен.

- Нет, - покачал головой Круз. - Ты останешься здесь. С Дженни. Она не должна быть одна. А я поеду в Лондон. Если найду что-то, дам знать.

- Кузен...

- Кузен, - Круз положил руку ему на плечо. - Я сделал это однажды - нашел дорогу на Тортугу, нашел людей, которые помогли. Справлюсь и сейчас.

Тайен помолчал, потом кивнул.

- Хорошо. Но ты дашь знать, как только что-то узнаешь.

- Обещаю.

Круз перевел взгляд на Дженни. Она сидела, обхватив себя руками, и смотрела в одну точку. В ее глазах не было слез - только пустота и страх.

- Я не смогла ее защитить, - прошептала она. - Я обещала Натану, а не смогла.

Круз шагнул к ней, опустился на корточки, заглянул в глаза.

- Дженни, - сказал он. - Мы найдем ее. Я найду ее. Обещаю.

Она подняла на него глаза. В них мелькнуло что-то - может быть, надежда, может быть, недоверие.

- Зачем? - спросила она. - Ты не обязан.

- Я должен, - ответил Круз. - Ради Натана. Ради тебя.

Она отвернулась, и он понял, что не ждет ответа. Не сейчас.

- Я поеду сейчас же, - сказал Круз, поднимаясь.

- Ты не хочешь отдохнуть с дороги? - спросил Тайен.

- Некогда. Каждый час дорог.

Он направился к двери, но на пороге остановился.

- Дженни, - сказал он, не оборачиваясь. - Я вернусь. С ней.

И вышел.

Он добрался до Лондона к вечеру следующего дня. Город встретил его привычным шумом, запахами, суетой — все тот же Уоппинг, те же грязные улочки, тянущиеся от Темзы, те же крики разносчиков и лязг телег. Круз знал здесь каждый закоулок. В юности он был повесой, знал все таверны, все притоны, все места, где собирались те, кто знает всё.

Но в этот раз удача пришла не сразу.

Он начал с Сохо — там, на углу Греческой улицы, раньше держал притон старый Соломон, который слышал новости быстрее, чем королевские курьеры. Но таверна сменила хозяина, и новый только разводил руками: «Ничего не слышал, милорд, сами знаете, дела нынче тихие». Круз оставил монету на случай, если что-то всплывёт, и пошёл дальше.

На Чипсайде, в «Трех коронах», ему повезло чуть больше. Трактирщик, старый знакомый по карточным вечерам, узнал его и, выслушав, посоветовал: — Если тебе нужен кто-то из старых слуг Клейтонов, иди в «Подбитый глаз» на Грейсчерч-стрит. Там завсегдатаи — отставные лакеи и конюхи, которые при своих господах по двадцать лет отслужили. Может, кто и знает что.

— Кто там сейчас держит? — спросил Круз.

— Все тот же Барнаби, рыжий, — ответил трактирщик. — Не продешеви, он мужик тертый.

«Подбитый глаз» встретил его запахом кислого эля и табачного дыма. Та самая таверна, где они с Крисом когда-то строили планы по спасению Джунии и Тайена. Здесь Круз знал хозяина, знал, что можно говорить, не боясь чужих ушей. Барнаби — грузный мужчина с окладистой рыжей бородой — стоял за стойкой, протирая кружки. Увидев Круза, прищурился, но промолчал.

Круз подошел, бросил на стойку монету.

- Доброго дня. Мне нужна информация.

Хозяин поднял глаза, прищурился.