Плененные ветром

Глава 3. Сестры.

Гудуик-хаус, Лондон, весна 1587 года.

Солнце клонилось к закату, заливая ровно подстриженную лужайку перед лондонским особняком Шеппардов мягким золотистым светом. Элиза-Роксана Рентворт сидела на скамье под раскидистым дубом, наблюдая за сестрой.

Кэролайн Шеппард, герцогиня Гудуик, была увлечена игрой в шары. В руках она держала тяжелый деревянный шар, чуть приседала, прицеливалась, а затем плавным движением отправляла его катиться по траве. Шар, послушный руке, описывал пологую дугу и останавливался в паре дюймов от маленького белого шарика-мишени.

Роксана смотрела на сестру и думала о том, как они похожи - и как различаются. Обе унаследовали материнскую внешность: те же пепельные волосы, что так редко встречались у англичанок, тот же разрез глаз - миндалевидный, с чуть приподнятыми внешними уголками, выдающий их французское происхождение. В Англии такие глаза называли "французскими" и считали признаком особой, утонченной красоты. Но в Кэролайн было что-то, чего Роксана в себе еще не находила - спокойная уверенность женщины, знающей свое место в мире. Три года разницы - всего три года, а казалось, между ними целая жизнь.

- Неплохо, ваша светлость! - крикнул лакей, стоящий у края лужайки с корзиной шаров.

Кэролайн довольно улыбнулась и, подхватив юбки, направилась к сестре. Лучи заходящего солнца зажгли золото в ее волосах, и Роксана в который раз подумала, что Кэрри - самая красивая из сестер. Хотя мать в детстве говорила, что они обе писаные красавицы, просто каждая по-своему.

- Кэрри, - Роксана подождала, пока сестра опустится на скамью рядом, - можно задать тебе один вопрос?

- Конечно, милая, - Кэролайн поправила выбившийся золотистый локон и взяла в руки следующий шар, взвешивая его на ладони.

- Почему ты вышла замуж за Дугласа?

Кэролайн замерла на мгновение, затем рассмеялась и бросила шар - тот покатился, слегка вильнув в сторону, и остановился дальше от цели, чем предыдущий.

- О, Элиза, какой вопрос! - она прищурилась, провожая взглядом шар. В семье Роксану называли исключительно по первому имени, хотя сама она его не любила. - Дуглас... он милый, - она взяла новый шар, прицелилась. - И заботливый.

- И это все? - Роксана подалась вперед.

- Еще он умеет слушать, - Кэролайн сделала бросок, и шар лег почти вплотную к джеку. - Ах, какой бросок! Ты видела?

- Видела. Но я не об этом.

Кэролайн вздохнула, положила руки на колени и повернулась к сестре. В ее глазах мелькнула тень той печали, которую Роксана замечала в ней и раньше - когда они были детьми и Кэролайн первой узнала, что ее выдадут замуж за герцога.

- Послушай, - Кэролайн взяла руку сестры в свою. - Дуглас - хороший человек. Он не бьет меня, не изменяет, не пропивает состояние. Он добр ко мне, дарит подарки, интересуется моим мнением, - она помолчала. - Это больше, чем у многих женщин нашего круга.

Кэролайн помолчала, глядя на шары, разбросанные по лужайке. Затем обернулась к сестре, и в ее глазах мелькнуло любопытство.

- А почему ты спрашиваешь, Элиза? Отец снова завел разговор о твоем замужестве?

Роксана опустила глаза, теребя кружево на рукаве.

- Да. Вчера вечером. Он сказал, что мне уже девятнадцать, что пора определяться, что лорд Ховард до сих пор интересуется мной и что... - она запнулась, - что я не могу вечно перебирать женихов, как товар на ярмарке.

Кэролайн вздохнула и снова села рядом, подобрав юбки.

- Лорд Ховард? - Она приподняла бровь. - Ну, он, безусловно, уважаемый человек. Лорд-адмирал, кузен королевы... - Кэролайн сделала паузу и добавила чуть тише: - Жаль только, что его лучшие годы остались где-то далеко позади. Отец мог бы подыскать тебе кого-то помоложе. Или хотя бы с менее... тяжелым дыханием после второго танца.

- Он говорит, что Ховард богат и имеет связи при дворе, - Роксана подняла глаза на сестру. - Но я не хочу, Кэрри. Я не хочу замуж без любви. Я видела, как Олимпия покорилась воле отца, как Эмили вышла за человека, которого едва знала... как и ты, если честно. Вам, может быть, повезло, а я не хочу полагаться на удачу. Я хочу любить.

Кэролайн отвела взгляд, и по ее лицу пробежала тень.

- Мы выходили, как было принято, Элиза. Так выходят все девушки нашего круга, - она помолчала. - Но я понимаю тебя. Ты всегда была другой. Более... романтичной, что ли.

- Я хочу влюбиться, - выпалила Роксана. Глаза ее блестели, щеки раскраснелись. - Я хочу смотреть на мужчину и чувствовать, как сердце бьется быстрее. Хочу знать, что он думает обо мне, что я для него не просто способ получить наследников и объединить земли. Я хочу... - она запнулась и тихо добавила: - Я хочу, чтобы его прикосновения были для меня счастьем, а не обязанностью.

Кэролайн взяла ее руку в свои, сжала теплыми пальцами.

- Ох, сестричка, маленькая моя... - голос ее дрогнул.

- Как вы это терпите? - Роксана подняла на сестру влажные глаза. - Как можно без любви позволить мужчине быть рядом? Дотрагиваться до тебя? Делать... все то, что делают мужья с женами в спальне? Я думаю об этом и мне становится дурно.

Кэролайн долго молчала, глядя куда-то в сторону, на заходящее солнце. Потом медленно заговорила:

- Знаешь, меня выдали за Дугласа, когда мне было девятнадцать - ровно столько же, сколько тебе сейчас. До свадьбы я видела его, может, раз десять: пару раз на балах, потом он несколько раз приезжал к нам и сидел в гостиной - я, он и Олимпия в качестве дуэньи, а в последний раз - когда приехал подписывать брачный контракт. И все. Я не знала, какой у него голос по утрам, не знала, что он храпит во сне, не знала, что он боится грозы и что у него есть родинка на левом плече в форме сердечка.

Она усмехнулась, но усмешка вышла горькой.

- В первую брачную ночь я сидела в углу спальни и дрожала, как заяц. А он вошел, посмотрел на меня, вздохнул и сказал: «Миледи, я не собираюсь вас насиловать. Ложитесь спать, я посплю в кресле». И спал в кресле целую неделю, пока я не перестала трястись при его появлении.

Роксана смотрела на сестру с удивлением.

- Дуглас? Он... он так поступил?

- Дуглас, - кивнула Кэролайн. - Тот самый «милый и заботливый», о котором я тебе говорила. - Она помолчала. - Понимаешь, Элиза, мужчины нашего круга... они тоже не всегда счастливы в браке. Их тоже женят по расчету, им тоже не дают выбирать. И если тебе повезет, как повезло мне, ты получишь не тирана и не развратника, а просто... человека. Который тоже боится, тоже не знает, как себя вести, и тоже надеется, что со временем все образуется.

- И образуется? - тихо спросила Роксана.

Кэролайн пожала плечами.