Плененные ветром

Глава 24. Пираты

Сен-Мало, Бретань, сентябрь 1587 года

Спустя пять дней после того, как Роксана предстала перед Генрихом де Гизом, в порту Сен-Мало на северном побережье Бретани стояла на якоре «Нике».

Красный корпус «Нике» покачивался на пологой волне, отражаясь в воде кровавым отблеском заката. Рядом с ним, чуть поодаль, возвышался второй корабль - «Амфитрита», трофейный французский трехмачтовый корабль, захваченный Тайеном в прошлом году. Это был быстроходный парусно-гребной корабль, способный нести до двадцати пушек и до сотни человек команды. Сейчас его корпус был подлатан свежими досками, а мачты сияли новой смолой - именно ради этого ремонта они и зашли в Сен-Мало.

Тайен Сент-Грант стоял на корме, облокотившись на поручни, и смотрел на заходящее солнце. Огненный шар медленно погружался в море, окрашивая небо в багряные и золотые тона. Ветер трепал его черные, слегка вьющиеся волосы, которые за годы плаваний стали еще более непокорными - они вечно падали на лоб, и Тайен то и дело откидывал их привычным движением.

Он был похож на брата - те же синие глаза, те же черты лица, та же стать. Но море наложило на него свой отпечаток. Кожа, обветренная и загорелая до золотистого оттенка, глубокие морщинки в уголках глаз, появившиеся от привычки щуриться на солнце и ветре, мозолистые руки, привыкшие держать не перо, а саблю и штурвал. В его облике чувствовалась та особая, звериная готовность к опасности, которая отличает людей, живущих вне закона. Но последние месяцы в его глазах поселилась тень, он так и не простил себя за гибель сестры Вирджинии и ее семьи. Говорили, что какое-то время он вообще не выходил из каюты, глуша боль вином. И если бы не Тим Робинс, «Нике» могла бы до сих пор гнить в каком-нибудь захолустье.

С кормы «Амфитриты» донеслись удары молотка - плотники заканчивали последние работы. Тайен перевел взгляд на второй корабль, которым командовал его старый друг.

- Красивый закат, кэп, - раздался голос за спиной.

Тайен обернулся. К нему по трапу поднимался Люк Кеннинг - капитан «Амфитриты», его правая рука. В руке Люк держал неизменную трубку, из которой вился ароматный дымок. Загорелое, обветренное лицо было спокойно, но в глазах читалась та же усталость, что и у самого Тайена, слишком долго они торчали в этом порту, дожидаясь погоды и ремонта.

- Как там твоя красавица? - спросил Тайен, кивая на «Амфитриту».

- Завтра к полудню закончат, - ответил Люк, выпуская клуб дыма. - Еще день на оснастку, и можем выходить. Французы строят на совесть, даже жаль было отбирать у них такое судно.

- Не жалей, - усмехнулся Тайен. - Они у нас тоже не спрашивают, когда охотятся.

Люк подошел к борту и встал рядом, глядя на закат.

- Красивый вечер, - заметил он. - Слишком красивый. Обычно после таких закатов приходит шторм.

- Или удача, - философски отозвался Тайен. - Как посмотреть.

Они помолчали, вслушиваясь в крики чаек и плеск волн. Где-то в городе зажигались первые огни, доносился приглушенный шум таверн.

Тайен думал о том, как долго еще им прятаться в этих водах. Французское побережье было относительно безопасным - испанцы редко совались сюда, боясь нарваться на гугенотские корабли. Но сидеть на месте было не в его характере. Хотелось в море, на простор, к новым приключениям.

Сзади послышались шаги и приглушенная перебранка.

- Да пойми ты, Эрик, кэп не может вечно держать нас в порту! - горячился один голос. - Ветер попутный, прилив через три часа, а мы тут торчим!

- Кэп знает, что делает, Джайлс, - отвечал другой, спокойный и рассудительный. - Если он решил ждать, значит, есть причина.

- Причина, причина... - проворчал первый. - Вечно ты за него горой, Эрик. Неужели, тебе самому не хочется в море?

Тайен вздохнул и повернулся. К нему приближались двое юнг - шотландцы, двоюродные братья, которых он подобрал два года назад в одном из портов. Их отцы были родными братьями, и в жилах обоих текла та же суровая горная кровь, но характерами они различались, как огонь и вода.

Джайлс Дуглас шестнадцати лет, светловолосый, с черными, как уголь, глазами, вечно лез в каждую бочку и спорил со всеми подряд. Эрик Дуглас, его ровесник, был полной противоположностью: темные волосы, серые глаза, спокойный взгляд и ровный, рассудительный нрав. Он редко повышал голос, но его слово всегда было весомым.

- Что там у вас? - лениво спросил Тайен.

- Да вот, кэп, - Эрик виновато развел руками, - Джайлс опять рвется в бой. Говорит, что надо сниматься с якоря прямо сейчас. А я пытаюсь втолковать ему, что вы зря времени не теряете.

Джайлс выступил вперед, глядя на Тайена с вызовом:

- А что, кэп, разве я не прав? Ветер попутный, прилив через три часа, а мы тут торчим, как привязанные. Испанцы, небось, уже знают, где мы, и готовят ловушку. Надо пользоваться моментом!

Тайен прищурился. Этот парень вечно лез на рожон, словно проверял, насколько далеко можно зайти. За полгода Джайлс ни разу не упустил случая поспорить с капитаном, и иногда Тайену казалось, что юнга делает это специально, чтобы вывести его из себя. Эрик же, напротив, всегда был рядом, чтобы сгладить острые углы.

- Если ты такой умный, - спокойно ответил Тайен, - то скажи, куда мы пойдем? В Испанию? Во Францию? В Англию, где нас ждет виселица?

Джайлс открыл было рот, но Эрик мягко, но настойчиво оттеснил брата плечом.

- Кэп, вы не обращайте на него внимания, - сказал он своим ровным голосом. - Джайлс просто пересидел на берегу. Как выйдем в море, он успокоится.

- Я и так спокоен! - буркнул Джайлс, но отошел, сверля Тайена взглядом.

Тайен покачал головой и снова отвернулся к морю. Люк, докурив трубку, выбил ее о борт.

- Беспокойный у тебя народ, - заметил он, кивая на Джайлса.

- Привык, - усмехнулся Тайен. - Эрик за ним приглядывает, так что порядок будет.

Они помолчали еще немного, и тут Люк кивнул куда-то в сторону сходней:

- А вот и Тим. Похоже, что-то случилось.