Плененные ветром

Ройс замер на мгновение. В его голове пронеслось: неизвестно, что там будет в будущем, а здесь и сейчас - честь рода и судьба родственника. Он взглянул на Криса, на его бледное лицо, на Блэкберна, в глазах которого застыла мольба.

- Я прошу, ваше величество, - твердо сказал Ройс. - За сына моего свояка. Пусть их соединят, если на то будет ваша воля.

Королева чуть заметно улыбнулась, одними уголками губ.

- Хорошо, - она помолчала. - Лорд Ховард - человек умный. Он понимал, что уже не молод, и не спешил с помолвкой. Возможно, он и сам искал повод отступить. Поэтому я не стану преследовать ваших влюбленных.

Крис шагнул вперед, не в силах сдержать надежду:

- Ваше величество, значит, граф Рентворт может не увозить Роксану во Францию?

Королева посмотрела на него с легкой насмешкой.

- Граф Рентворт уже отправлен мною во Францию с дипломатическим поручением. Там сейчас неспокойно, и мне нужен надежный человек при дворе Генриха Наваррского, - она сделала паузу. - Что же касается его дочери... Если сам граф считает, что ему лучше увезти ее, значит, пусть увозит. Это его право как отца. Я не стану вмешиваться в семейные дела.

Крис почувствовал, как надежда рушится.

- Но ваше величество...

- А вам, молодой человек, - перебила королева, - надлежит покинуть Лондон и отправиться в Ланкашир. Остыньте. Подумайте о своем поведении. Если судьба будет к вам благосклонна, возможно, вы еще встретитесь. Но сейчас - уезжайте.

Крис хотел возразить, но отец сжал его руку.

- Благодарю ваше величество за милость, - поклонился герцог Блэкберн.

Ройс и Крис тоже поклонились.

- Ступайте, - сказала королева, и в ее голосе прозвучала усталость. - И помните: я слежу за вами.

Они вышли из зала, и тяжелая дверь затворилась за ними с глухим стуком, отозвавшимся в груди Криса глухой болью.

Коридор Уайт-холла был пуст. Только где-то вдалеке слышались шаги прислуги да доносился приглушенный гул голосов из приемной. Солнце уже клонилось к закату, и длинные тени ложились на каменный пол.

Крис остановился, прислонившись спиной к холодной стене. Его трясло.

- Она отправляет меня в Ланкашир, - выдохнул он, глядя в пустоту. - Как пса на цепь. А Роксана... она уедет во Францию, и я даже не узнаю, когда и как.

Герцог Блэкберн положил руку ему на плечо, но Крис сбросил ее.

- Не надо, отец. Я не ребенок, чтобы меня утешать.

- А кто говорит об утешении? - голос герцога прозвучал сухо, но в нем чувствовалась та особая твердость, которую сын знал с детства. - Я говорю о деле. Королева дала нам не милость, она дала нам отсрочку. И возможность.

- Какую возможность? - Крис горько усмехнулся. - Рентворт увозит ее во Францию. А меня ссылают в Ланкашир. Где здесь возможность?

- А ты подумай, - вмешался Ройс Десборо, который все это время молча стоял рядом, сложив руки на груди. - Рентворт уезжает с дипломатической миссией. Это не ссылка и не побег. Это поручение королевы. А поручения, как ты знаешь, бывают разными.

Крис поднял на него глаза.

- О чем вы?

Ройс понизил голос, хотя в коридоре никого не было:

- Франция сейчас - осиное гнездо. Генрих Наваррский воюет с Католической лигой, испанцы суют нос в чужие дела, кругом шпионы и заговоры. Королеве нужен там надежный человек. И она выбрала Рентворта, - он помолчал. - Такие поручения не всегда заканчиваются благополучно.

Крис похолодел.

- Вы хотите сказать, что он может не вернуться?

- Я хочу сказать, что жизнь непредсказуема, - спокойно ответил Ройс. - А ты пока отправляйся в Ланкашир. Но не сиди сложа руки. Если судьба даст шанс, ты должен быть готов его использовать.

Лорд Ричард кивнул.

- Ройс прав. Королева не запретила тебе любить ее. Она лишь велела остыть и не делать глупостей. Но глупости бывают разными.

Крис смотрел на них и чувствовал, как внутри разгорается пламя. Не отчаяние - решимость.

- Я понял, - сказал он тихо, но твердо. - Я уеду. Буду ждать. Но если представится случай...

- Когда представится случай, - поправил Ройс, - ты должен быть готов.

Они двинулись по коридору к выходу. У самых дверей Крис обернулся и посмотрел на запертую дверь тронного зала.

Где-то там, за этими стенами, королева решала судьбы. Но свою судьбу он решит сам.

- Я вернусь за ней, - прошептал он. - Чего бы это ни стоило.