Страница 12 из 82
Глава 4 Дистанционная слежка
Ранго мягко перетёк с рукава на пыльный асфальт. Через секунду его силуэт растворился на фоне серого покрытия и затоптанного окурка. Идеальный камуфляж. Только лёгкое искажение воздуха, похожее на марево над горячим асфальтом, выдавало, что там кто-то движется.
Я посмотрел на Рубца, который как раз пожал руку Геворкяну и зашагал вглубь рынка. По ментальному каналу отчётливо ощутил быстрые, пружинистые перебежки хамелеона от одной тени к другой. Ящер профессионально брал цель в разработку.
— Джеймс Бонд! — сиплым шепотком выдал Архимед мне на ухо. — Шпион! Наружка! Штирлиц зелёный!
— Точно, наружка, — хмыкнул я, выпрямляясь. — Пусть работает. Ящер умный, сам знает, как дистанцию держать. А нам с тобой, пернатый, надо дела наскоро заканчивать. Время сейчас дорого.
— Дорого! Деньги-деньги! — согласился какаду. — Бюджет!
Объяснять, что причина не в деньгах, я не стал. Просто развернулся и зашагал прочь от пушных палаток. Нужно срочно найти растения из списка, пока Рубец не закончил свои делишки и не вывел нас на свою базу. Оперская интуиция подсказывает: сегодня мы сорвём джекпот.
Травяные ряды на Птичке располагались недалеко от пушных, и ты чуял их раньше, чем видел. Запах ударил на подходе — тёплый, многослойный, густой. Мята, полынь, что-то цветочно-медовое и острая нотка, от которой щипало в носу, будто кто-то растёр между пальцами хвою с перцем.
Здесь царил полумрак, рассечённый полосами солнца от зазоров между навесами. Пучки трав свисали с протянутых бечёвок, как перевёрнутые букеты. На длинных дощатых прилавках стояли корзины, мешочки, глиняные горшки и стеклянные банки с притёртыми крышками. Каждая с аккуратной биркой, написанной от руки.
Я выбрал прилавок с богатым ассортиментом. За ним стояла знакомая женщина лет сорока пяти, жилистая, загорелая, с короткой стрижкой и цепким взглядом садовода, способного определить грибок на розе с двадцати метров. Зинаида, если не ошибаюсь.
— Доброго дня, — поздоровался я. — Мне бы набрать по списку.
Продавщица окинула меня и попугая быстрым взглядом и кивнула. Я достал телефон, сверился с названиями из записной.
— Слёзы кристальной берёзы есть?
Она молча сняла с полки стеклянную банку. Внутри лежали мелкие, каплевидные кристаллы молочно-голубого цвета, похожие на застывшие слёзы. Я открыл крышку и осторожно вытряхнул пару на ладонь. Прохладные, гладкие, как речная галька, и при этом чуть липкие — будто тронул берёзовый сок после первого мороза. Запах тонкий, свежий, с древесной горчинкой.
«Поверхностная оценка».
Слёзы кристальной берёзы. Качество: Хорошее. Собраны на рассвете, как полагается. Берёза ценит пунктуальность.
— Отлично, годится, — я закрыл крышку. — Ещё нужны споры метеоритного папоротника.
Зинаида слегка удивилась, но лишних вопросов задавать не стала. Полезла под прилавок и вытащила плоскую жестяную коробку. Открыла крышку. Внутри лежал тонкий слой иссиня-чёрной пыли с редкими искрами, которые вспыхивали и гасли, словно крошечные метеоры. Я наклонился и вдохнул. Запах как от горячего камня после летней грозы. Коснулся пальцем. Пылинки кольнули кожу статическим разрядом и прилипли к подушечке, тускло мерцая.
Снова включил «Оценку».
Споры метеоритного папоротника. Качество: Хорошее. Чихать на них запрещено — последствия непредсказуемы.
— Дай! Дай потрогать! — сразу же потребовал Архимед.
Протянул палец ему. Попугай немедленно раскрыл клюв и ткнулся в споры языком. Отпрянул и забил крыльями, чуть не свалившись с плеча.
— Птичку щипнуло! — он тряхнул головой. Видимо, тоже поймал разряд.
Зинаида не выдержала и прыснула.
— Осталось всего сорок граммов, — уточнила она. — Больше в наличии нет. Эта штука из данжа, и там сейчас не сезон.
— Беру всё.
Женщина пересыпала порошок в бумажный пакет, а я продолжил зачитывать список:
— Златожилка луговая. Сушёная.
Зинаида потянулась к корзине, стоявшей на верхней полке. Достала пучок сухой травы, перевязанный бечёвкой. Стебли тонкие, соломенного цвета, но по каждому, от корневища до макушки, бежала золотая жилка — тоненькая, чуть светящаяся в полумраке палатки. Я взял пучок в руки. Сухой, лёгкий, шуршащий. Стебли кололись, как мелкая щетина. Поднёс к лицу: пахло сеном и мёдом с едва уловимой металлической ноткой, будто лизнул медную монету.
Златожилка луговая. Качество: Отличное. Маны в ней больше, чем в вашем ядре. Травка копила её больше месяца в родном данже.
Хм. Спасибо, Система. Чувствую себя польщённым.
— Два пучка, — попросил я. — Сколько будет?
— Три тысячи за пучок, — отрезала Зинаида, даже не глядя на меня. Она начала аккуратно перебирать соседнюю корзину с сушёной мятой. — И это ещё по-божески. Сейчас на рынке за такую чистоту просят и по пять.
— Грабёж! — взвизгнул Архимед, распушив хохолок. — Обдиралово! Скидку птичке!
— Согласен, — заметил я. — Три тысячи за пучок сухой травы — это не торговля, а открытый разбой в светлое время суток.
Зинаида наконец посмотрела на меня. В глазах мелькнуло что-то вроде уважения к моей прямолинейности. Она сложила руки на груди.
— Златожилка растёт в «Зеркальном Разломе». А там, милок, время течёт, как кисель. Сборщики рискуют рассудком, между прочим.
Я посмотрел на золотистые жилки.
— Понимаю. Риск, труд, дефицит. Всё это очень похвально, — я чуть прищурился. — Но мне нужно два пучка, и я не готов отдавать за них шесть тысяч. Давайте так: пять за оба, и я заберу всё остальное из списка без лишних вопросов и торгов.
Зинаида помолчала, обдумывая предложение. Перевела взгляд с меня на Архимеда, который в этот момент пытался незаметно стащить с прилавка сушёный корень чего-то подозрительного.
— Пять с половиной, — ответила она. — И я добавлю тебе пакетик семян лунной репы в подарок. Для зверей полезно, успокаивает нервы.
— А хозяевам? — уточнил я с усмешкой.
— Тоже годится. Она ещё и вкусная.
— По рукам, — кивнул я.
— Торг! — одобрил Архимед и снова вспорхнул на плечо. — Базар-р-р! Покупки! Дай орех!
Зинаида бросила на него косой взгляд, но промолчала. Крепкая женщина, не каждого попугая удостаивает ответом.
— Медвяный вьюнок имеется? — продолжил я.