Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 45 из 66

Наконец отсмеявшись, Арль присоединилась к Кислингу, Карлу и пятерым командирам за круглым столом. Стульев не хватило, и Хииро предложил постоять, но Карл мигом умчался в кладовку и притащил еще один. Пыхтя и раздувая ноздри, он гордо протянул стул, будто заявляя: «Садись, разрешаю!» Его комичная серьезность была такой умилительной, что Арль едва сдерживала улыбку.

Логово «Косы Аида» располагалось в подвале заброшенного дома на окраине города. Укрытие было идеальным, но паутина по углам и слой пыли делали это место откровенно грязным.

«Карл не должен жить в такой дыре, – решила Арль. – Надо будет навести здесь порядок».

– Слушайте все!

Кислинг, он же Синяя Молния, хлопнул ладонями по столу и обвел взглядом собравшихся. Они напоминали скорее банду разбойников, чем мятежников. Эти зачесанные назад разноцветные шевелюры будто кричали: «Мы прошли через бурю и остались такими».

– Нас называют мятежниками, но наша цель – уничтожить Святую. Не забывайте об этом! Сегодня никто из мирных жителей не пострадал, верно, Карл?

Тот коротко кивнул. Казалось, раненых действительно нет, но овощи в лавках и повозки здорово пострадали. Надо будет возместить ущерб. Промахи младшего брата – забота сестры.

«Похоже, у них есть принцип: не вредить невинным. Какие порядочные мятежники! Но это разумно: если они начнут убивать без разбора, чем они лучше Святой? В этом их отличие от Владыки Черной Розы, принца Явунрока. Он совсем потерял голову и готов разрушить не только империю, но и весь мир. Хотя отчасти это моя вина».

– За этот месяц мы тут знатно пошумели, и город теперь кишит королевскими стражниками. Это значит, что охрана замка ослабла. Пора запускать план захвата Святой!

– Уже? Не рановато ли? – возразил Зеленый Ураган.

«Его имя еще ничего. Просто зеленый ветер – смысл понятен».

– Пусть охрана и ослабла, но замок Хэвенроуз – это крепость. Комната Святой наверняка под тройной защитой. Может, лучше еще подождать?

– Нет, ждать нельзя, – перебил Желтая Вспышка. – Если будем тянуть, начнется война между империей и королевством. На границе уже тысячи солдат, и бои могут вспыхнуть в любой момент. Надо торопиться.

«Прозвище этого тоже звучит нормально. Желтая вспышка – логично».

– Но не безрассудно ли это? – возразил Пурпурные Глаза.

«Вот тут уже странно. Пурпурные у него ведь волосы, нет? Глаза-то черные. Или как?»

– Да, мы месяц наводили шороху, но потеряли кучу людей. Нас осталось всего ничего. Даже имея Карла с его сверхмощной магией, что мы сможем сделать, будучи такой горсткой?

– Я согласен, – кивнул Розовая Тень.

«А ты вообще непонятно кто. Тень – она же черная, нет? Почему розовая? Это что, название какого-то подозрительного заведения?»

– Мы не ставим на удачу! Сделаем все, чтобы добиться успеха, ясно?

Разноцветные командиры гордо кивнули.

– С тех пор как Синяя Молния стал нашим лидером, дела пошли в гору.

– Особенно сбор информации и шпионаж. Результаты просто ошеломляющие. Кто мог подумать, что смена лидера так все изменит?..

Похоже, Кислинг завоевал доверие своих людей. И неудивительно: лучший ученик академии, правая рука принца. Его острый ум, похоже, не притупился даже под этой зачесанной назад шевелюрой. Судя по разговору, Кислинг присоединился к «Косе Аида» недавно – вероятно, как и Карл, после казни Альфины. В империи он мог бы стать министром или главнокомандующим армии. И все это бросить, чтобы стать мятежником? Что могло толкнуть его на такой шаг? Что с ним случилось, после того как Альфину обезглавили?

Эпизод 3: Кислинг

Мое имя – Ашли Кислинг. Я человек, которого вся империя знает как величайшего гения. От начальной школы до старших классов академии я ни разу не уступил первое место в учебе. Происхождение? Безупречное. Семья графов Ашли – прославленный род, давший империи множество выдающихся чиновников. Отец – министр, мать – профессор имперской академии. Впечатляет, правда? Настоящие избранные, элита из элит. Да, в спорте я был никудышным… но, хм, это дело для варваров. Какой толк от натренированного тела без блестящего ума?

И конечно, я пользовался успехом у женщин. Да, звучит самонадеянно, но я был популярен. Сочетание унаследованных от матери синих волос, утонченных черт лица, знатного рода и гениальности – кто бы устоял? Куда бы я ни шел, за мной вечно следовала толпа девушек. Смею сказать, я даже затмевал принца Лайонэтто с его неприступностью. Ну разве что принцу Явунроку я уступал… Но во всем остальном был первым, всегда первым. Все, чего я хотел, становилось моим. Так должно было быть…

* * *

Я впервые встретил ее на церемонии поступления в старшие классы академии Хермес. Будучи лучшим учеником с отличной внешностью и знатным происхождением, я должен был произнести приветственную речь от лица новых студентов. Вообще-то эта роль предназначалась принцу Лайонэтто, но он уступил мне, признав мое превосходство. Что за великодушие! Именно тогда я решил, что в будущем стану служить ему.

В зале, где проходила церемония, я ждал своей очереди в первом ряду. Рядом сидела девушка с огненно-рыжими волосами.

«Это, кажется, дочь герцога Сильваны?»

Несмотря на свое почетное место, она громко зевала, чем заслужила суровый взгляд завуча.

«Так вот она, та самая „босоногая госпожа“?»

Слухи о ее подвигах доходили и до моих ушей. Невероятная ловкость, неиссякаемая энергия, взрывной темперамент. На балах она крутила кавалеров, как юлу, выматывая их до предела. Бывало, даже вступала в рукопашную с юношами – неисправимая оторва. А еще, говорят, босиком носилась по горам и лесам.

«Так я бегаю быстрее!» – вот что она говорила. Ни капли женской сдержанности – настоящая обезьянка. Впрочем, семья герцога Сильваны – старинный и знатный род. Слава покойной Юринар, придворной волшебницы, до сих пор защищала их имя. Вероятно, именно поэтому девушка и стала представительницей первокурсниц. Но со мной, при моем происхождении, интеллекте и внешности, ей, конечно, не сравниться.

«Ладно, пора. Покажем им, что значит настоящий талант».

– Итак, переходим к приветственной речи первокурсников. Слово предоставляется Ашли Кислингу!

– Благодарю! – отозвался я, вставая.

Поправив очки, я с гордостью направился к трибуне, но в тот самый момент… бабоф!