Страница 33 из 66
В сопровождении Хииро Арль вышла из комнаты, и они спустились на кухню на первом этаже.
– Прошу, госпожа, – сказал Хииро, протягивая стакан холодной воды.
– Спасибо…
Девушка осушила стакан и с тяжелым вздохом оперлась на стол.
– Голова пухнет от всего, что я сегодня услышала.
– После того как вас внезапно назвали музой Явунрока, что кружил головы принцессам и аристократкам по всему миру, неудивительно, госпожа Арль!
– Да говорю же: это полная чушь! – ответила она, бросив укоризненный взгляд на преданного спутника, чьи алые глаза сверкали от восторга.
– Расскажите, какие у вас были отношения с принцем из соседней империи? Ну же, поведайте!
– Какие там отношения? Мы только и делали, что ругались…
Ее мысли унеслись в прошлое – к дням, проведенным в академии.
* * *
Два года назад, в начале лета, когда Альфине было восемнадцать, она училась на третьем курсе старшей академии и уже полгода, как занимала пост главы студенческого совета. До того она скорее нарушала правила, чем соблюдала их, но, став невестой принца, не смогла отказаться от навязанной роли.
Самым большим возмутителем спокойствия глава студенческого совета считала седьмого принца соседнего королевства Хэвенроуз – Явунрока. Однажды, вызвав его в кабинет студенческого совета, она снова вступила с ним в спор.
– Господин Явунрок, – начала Альфина, – опять вы, похоже, сорвали один из прославленных цветов нашей академии?
– Кто? Я? Не припомню, – небрежно отмахнулся принц.
Хотя Явунрок был всего лишь седьмым сыном, звание принца сохраняло за ним особый статус, тем более что он принадлежал к династии соседнего королевства, с которым у империи Лайон сохранялась военная напряженность. Альфина старалась говорить дипломатично, но Явунрок лишь отшучивался.
– Сегодня утром моя подруга, графиня Флора, плакала. Она сказала, что вы с ней «поиграли». Это правда?
– «Поиграл»? Как грубо звучит. Просто понял, что за красивой внешностью скрывается пустота, и расстался с ней после одной ночи.
– Это и называется «поиграть»! – не выдержала Альфина, повысив голос.
Явунрок лишь пожал плечами.
– Мы разошлись во взглядах. Она должна радоваться, что вообще провела ночь с таким, как я.
– Откуда такая самоуверенность?
– В основном из-за лица, – невозмутимо заявил Владыка Черной Розы.
Да, лицо у него было выразительное: смуглая кожа, блестящие черные волосы, узкие глаза, в которых таилась опасность. Это придавало ему экзотическую притягательность, несвойственную мужчинам империи. Его обаяние, отличное от шарма принца Лайонэтто, неоспоримо. Женщины легко поддавались этой смеси наглости и притягательности.
– Для ясности, – сказал Явунрок, – я не просто развлекался с этой Аророй.
– Флора, – поправила Альфина.
– Пусть и всего на одну ночь, но я был серьезен. С Каролой мы видели один сон. То, что он длился лишь ночь, не повод меня винить.
– Еще раз: Флора, – повторила она.
«Да он издевается! Враг всем женщинам!»
Не будь этот человек принцем соседнего королевства, она бы уже влепила ему пару пощечин.
– Сны тем и хороши, что заканчиваются, Мильфина.
– Звучное имечко, – съязвила девушка, – но, к слову, я Альфина.
Он ответил печальной улыбкой:
– Любовь, страсть – все это так мимолетно… Как бы ярко ни горело, угаснет и, словно роса, испарится. Тем-то одна ночь и ценна, не так ли?
Вот оно. Даже в его легкомысленной болтовне порой проступает одиночество. Именно этот контраст и цепляет девушек из академии.
– Увы, мне любовные дела неинтересны, – продолжил Явунрок и подразнил ее: – А вот сердце Хладнокровного Принца ты, похоже, крепко держишь в руке.
– Что? Ничего подобного. Просто помолвка, которую устроил мой отец.
– Тот вечно бесстрастный тип, что носит маску изо льда, иногда смотрит на тебя на редкость нежно. Не замечала?
– Чего?
«Что он несет?»
Вчера, когда она заговорила с Лайонэтто, тот только хмыкнул и отвернулся. Так и хотелось ткнуть Явунрока пальцем в щеку и спросить: «Эй, ты там грезишь наяву?» – но, увы, он все-таки принц соседнего королевства.
– Кстати, вчера он точно смутился. Ты сменила форму, и он, похоже, засмотрелся на тебя в блузке. Эх, роковая женщина!
– Ты наяву грезишь, что ли? – выпалила Альфина и ткнула пальцем ему в щеку.
– Э-хе-хе! – Явунрок даже не моргнул, лишь усмехнулся. – Ай, больно! Слухи о твоей непосредственности не врали, Павафрина. Это же международный скандал!
– Альфина я! – рявкнула она. – Хватит коверкать мое имя!
Явунрок посмотрел на нее, и его лицо вдруг стало серьезным.
– Значит, ты не видишь в Лайонэтто возлюбленного? Так, что ли?
– Дело не во мне. Это политический брак.
Ей было лень притворяться, тем более что все и так это знают, просто вслух не говорят.
– Не знаю, как это выглядит в твоих глазах, но принц ко мне равнодушен. Я для него лишь невеста по расчету.
– …Правда? – тихо переспросил Явунрок.
– Конечно. Да и вообще, я не гожусь в будущие императрицы…
– Не говори так, – резко перебил он.
Внезапно принц преобразился. Маска легкомысленности слетела, и его взгляд, полный опасности, впился в нее. Даже бесстрашная Альфина дрогнула. Вот оно, истинное лицо Владыки Черной Розы.
– Довольно, – сказал Явунрок. – Теперь я серьезен, очень серьезен.
– Ч-что? – растерялась она и вдруг ощутила напор.
Палец принца, словно шип розы, потянулся к ее подбородку и приподнял его.
– Э?
Альфина замерла, не сразу сообразив, что произошло. Встретив ее ошеломленный взгляд, Явунрок вдруг изменился в лице и отстранился.
– Сегодня я увидел, как бесстрашная герцогская дочь дрогнула, так что пока хватит, – снова заговорил он небрежно.
«Что это было?» – подумала Альфина.
– Ну да, конечно! – ответила она, возвращаясь к вежливому тону. – Я вовсе не дрогнула.
На самом деле она чуточку растерялась, но не собиралась показывать этому типу слабость.
Явунрок скучающе подпер щеку:
– Совсем ты не милая.
– Знаю.
– Пожалуй, исправлюсь: ты не просто не милая, ты жутко противная.
– Зна-аю-ю-ю! – протянула девушка.
Принц фыркнул.
– Я два года здесь учусь, и ты одна так дерзко со мной разговариваешь, Сальфина.
– Я еще и по деревьям лазить мастер. И мое имя – Альфина, – парировала она.