Король призраков

Глава 28

Уна

– Спасибо, – поблагодарила я Мека и Феррина у двери военного кабинета Голла, куда они меня проводили.

После визита к Ателину я сообщила Голлу, что мне нужно срочно поговорить с ним про водопад Драгул. Он кивнул и ответил, чтобы я приходила сюда со своей книгой.

Я собиралась постучать, но дверь открылась, за ней стоял Кеффа.

– Мизра. – Он слегка склонил голову. – Мы вас ждем.

Мы?

Я не знала, что Голл вызвал кого-то еще.

Внутри я ожидала увидеть стол с разложенными картами, схемы на стенах, возможно, оружие, украшающее комнату. Именно так выглядел зал военных советов моего отца, а теперь и Бэлинна в Валла-Локкере. И хотя на одной из стен висела огромная карта, военный кабинет Голла выглядел совсем иначе, как у моего брата.

Здесь стоял отполированный до блеска длинный стол из черного дуба. Его окружали стулья с серыми кожаными сиденьями, обитыми латунными гвоздиками. Белый мрамор обрамлял камин, достаточно большой, чтобы в нем во весь рост поместился призрачный фейри, с рогами и всем остальным. Возле камина полукругом стояли бархатные кресла и лежал ковер с красно-золотым узором.

Перед потрескивающим огнем стоял Голл, заложив руки за спину и глядя на меня. В одном из кресел сидел Сорин, Кеффа проводил меня к ним. В кабинете присутствовали еще два призрачных фейри. В одном я узнала седовласого советника Бозлина, более доброго, который приветствовал меня по прибытии. Вторым был сурового вида фейри с оранжевыми глазами, бочкообразной грудью и проседью в черных волосах.

Голл шагнул вперед поприветствовать меня. Я удивилась, когда он наклонился и коснулся моих губ своими.

– Ты хорошо спала?

Я выгнула бровь. Он знал, что хорошо, так как спал рядом со мной. Я проснулась в его спальне в обществе широко улыбающейся Хавы, щебечущей, что король потребовал, чтобы я плотно позавтракала.

– Да, мой повелитель.

Он издал тихое грудное рычание и, положив ладонь мне на спину, проводил к красному бархатному креслу рядом с Сорином. Все мужчины встали, поэтому я остановилась рядом со креслом, пока Голл представлял нас друг другу.

– Ты, конечно, знаешь Сорина и Кеффу. Это Бозлин, глава королевского совета, а также член военного совета.

– Я помню Бозлина. Рада видеть вас снова, милорд.

– И я вас, мизра.

– Позволь представить тебе Морголита. – Он показал на свирепого фейри, тот поклонился.

– О, – обрадовалась я, ослепительно улыбаясь. – Это вы помогли Хаве.

Мощный фейри улыбнулся, показав кривой клык.

– Я, мизра. – Он склонил голову. – Рад с вами познакомиться.

– И я, милорд. – Теперь я знала, что все призрачные фейри с четырьмя рогами являются знатными и к ним надо обращаться «лорд», а не «сэр». – Хава стала мне близким другом.

– В самом деле, рад это слышать. – Он тепло улыбнулся, щуря оранжевые глаза. – Хава заслужила хорошую жизнь и высокое положение во дворце. И наш король дал ей это.

Ему не было нужды говорить о предрассудках, с которыми она, определенно, столкнулась среди фейри теней. Я уже понимала, что так же с ней могли бы обращаться и в Сильвантисе, если бы она жила и работала в самом городе. Но здесь, во дворце, под руководством и защитой Голла, все относились к ней с почтением. Я еще больше зауважала его, зная, что он тот король, который требует должного отношения ко всем, независимо от их происхождения.

– Садись, – мягко сказал Голл, подтолкнув меня к креслу.

Все, кроме него, сели. Он снова встал перед огнем, лицом ко мне.

– Я ввел всех в курс дела. Присутствующие здесь – мои самые доверенные приближенные, так как у меня сложилось впечатление, что ты пока не хочешь огласки. Тем не менее нам понадобится защита, если мы собираемся связаться с чем-то божественным.

Я согласно кивнула, вспомнив, какой катастрофой все обернулось в первый раз, когда я действовала в одиночку.

– Я понимаю.

Затем я открыла свою любимую книгу на первом записанном пророчестве, том, которое нашла в отцовском столе. Прочитав его вслух, я сказала:

– Оно привлекло мое внимание из-за упоминания о чуме.

Меня не удивило, что призрачные фейри переглянулись, услышав другую часть видения, поскольку она предсказывала время, когда их народ будет править светлыми фейри. Как раз об этом говорится в старинной легенде о Виксе и Мизре. Тем не менее, сегодня я сосредоточилась на другом.

– А из этого, – я перевернула страницу, – я узнала, что первый текст должен быть у водопада Драгул.

Я прочитала второе пророчество, которое было намного длиннее, снова упоминая болезнь:

– «Один украдет магию, другой украдет разум, один проклянет свет, а другой – обратное».

– Безумие, – прервал меня голос Морголита.

Когда я подняла глаза, он задумчиво почесывал подбородок.

– Что такое? – спросил Голл.

– Когда я покидал Гадлизель, ходили слухи, что король болен рассудком. Сам я не видел подтверждений этому, потому что, узнав, что вы заняли трон в Сильвантисе, не стал задерживаться и выяснять.

Голл нахмурился.

– У нас нет вестей от фейри теней, поэтому мы не знаем, правда это или нет. Но стоит запомнить. – Он снова посмотрел на меня. – Продолжай, Уна.

Я продолжила с того места, где говорилось о вмешательстве богов, предлагающих народам фейри способ установить равновесие и исправить мир. И затем последнее описание про реки на севере, которые сливаются и падают как одна.

Сорин встал и подошел к карте на противоположной стене.

– Это определенно водопад Драгул, – рассудительно признал он. – Я не вижу, что еще это может быть.

– И я так решила, – сказала я, Голл не сводил с меня взгляда.

– А этот оракул, – начал он серьезно, – он или она еще в Изосе? Мы можем с ним поговорить?

Я покачала головой.

– Нет. Мой отец изгнал оракула много лет назад.

Глаза Голла потрясенно распахнулись.

– Знаю, – добавила я, понимая, что он наверняка удивлен тем, что мой отец так поступил. – Похоже, он не желал новых пророчеств о падении лунных фейри.

– Как ее звали? – спросил он с заметным волнением.

Я не говорила ему, что оракулом была женщина.

– Вейламорганалин.

– Вейла, – прошептал Кеффа, встав рядом с Голлом и глядя на меня со смесью потрясения и скорби.

Голл повернулся к нему и положил ладонь на плечо. Я не понимала, к чему это утешительное прикосновение.

– Спокойно, друг, – прошептал он Кеффе.

И тут я вспомнила. Прямо перед тем, как отрубить отцу голову, Голл сказал: