Страница 77 из 127
«Вейла была права».
Взгляд Кеффы метнулся к огню, но именно он нарушил напряженную тишину, сказав хриплым голосом:
– Ты была еще девочкой, когда ее изгнали.
Я тяжело сглотнула, мой пульс участился, потому что происходило что-то важное.
– Да, – сказала я. – Я нашла эти пророчества в храме Луны.
– И ты решила действовать в одиночку? – спросил Голл.
Он не обвинял, а скорее беспокоился о том, что я сделала, будучи пятнадцатилетней девочкой.
– Я пыталась объяснить Бэлинну. Я даже рассказала отцу, но никто не слушал. В то время его беспокоило Пограничье и растущее количество темных фейри в регионе.
Дальнейших объяснений не требовалось, потому что, по-видимому, это была подготовка к войне. Мой плен и пытки здесь, в Нэкт-Мере, стали лишь официальным поводом.
– Ты говорил о Вейле, – добавила я. – Это та самая Вейламорганалин? Ты ее знал?
Кеффа не шевелился, глядя в огонь. Мне ответил Бозлин:
– Когда ее изгнали из Изоса, она пришла сюда, в Сильвантис. Она сказала королю Закилю – боги благословили ее мощной магией пророчества, она была одновременно провидицей мира и провидицей богов. Она поведала, что должна использовать дар или боги проклянут ее. И боги послали ее к Закилю.
– Значит, она служила твоему отцу? – спросила я Голла.
– Да, – сказал он. – Ее с радостью приняли за исключительные способности к прорицанию. И она много лет считалась величайшим оракулом, который когда-либо жил в Сильвантисе.
– Что случилось? – мягко спросила я.
Кеффа наконец отвернулся от огня, его лицо превратилось в жесткую маску.
– У нее было видение, которое не понравилось королю демонов. Она сказала Закилю, что однажды его сын и наследник займет трон, а он умрет от его меча.
– Небеса, – пробормотала я, пытаясь осознать, что та же оракул, которая предсказала чуму и падение нашего народа, также предвидела возвышение Голла. Я посмотрела на его силуэт, тенью выделяющийся на фоне пламени. – А потом тебя заточили в подземелье.
– Да. И ее тоже.
– Проклятый тиран, – прорычал Кеффа, повернувшись к каминной полке и уперевшись обеими руками в белый мрамор, выпустив черные когти.
Меня осенило новое озарение, заставив вскочить на ноги. Часто дыша, я уставилась в огонь, вспоминая.
Кап. Кап. Кап. «Sorka lillet».
– Она была там, – прошептала я. – Она была в подземелье со мной.
Слезы подступили к глазам и потекли по щекам так внезапно, что я ахнула. Это было как удар молнии.
Бешеная паника охватила меня, когда я вспомнила старуху: ее тихий шепот в темноте, ее окровавленные пальцы на моем лбу, ее магию, проникающую в мою плоть, ее добрую душу, ускользающую в загробный мир.
Кеффа шагнул ко мне, его лоб нахмурился еще сильнее, натянув шрам, который шел вниз от отсутствующего глаза.
– Вы видели ее? Говорили с ней?
Я не могла отвечать, слезы текли рекой.
Кеффа сделал еще один шаг, но Голл остановил его, положив руку ему на плечо.
– Не могли бы вы все выйти на минуту?
Я опустилась обратно в кресло, уставившись на свои дрожащие руки, пальцы теребили край вышивки, идущей по подолу моей верхней юбки. Я смутно осознавала, что все вышли, дверь тихо закрылась за ними. Затем Голл встал на колени передо мной, обхватив мои руки своими большими теплыми ладонями.
– Дыши, Уна. Глубокий вдох. И выдох.
Я не осознавала, что часто, почти истерично дышу из-за внезапно нахлынувших воспоминаний.
– Я думала, что она просто старуха. Бедная изоска, которую поймали, как и меня, и бросили гнить в темнице. – Я всхлипнула и втянула воздух. – Она была так добра ко мне. – Я посмотрела на обеспокоенное лицо Голла. – Думаю, она пыталась меня исцелить. Отдала мне остатки своей магии на последнем издыхании.
Его беспокойство переросло в серьезность, когда он спросил:
– Это она начертила руны у тебя на лбу?
– Тогда я не знала, что она делает. Когда в Изосе меня осматривал целитель, на лбу были следы рунических знаков, но слишком неразборчивые. Целитель спросил меня об этом, но я не ответила. Я была в шоке. Позже я сама не хотела никому рассказывать.
– Когда я нес тебя в Эшервуд, – он вытер мои щеки большими пальцами, – я видел кровавые метки, но подумал, что это сделали тюремщики моего отца. Какое-то проклятие.
– Нет, – покачала я головой. – Это она. Вейла. Я думала, она сошла с ума. Она говорила мне что-то на языке демонов, которого я не знала. Но потом она повторила это на общем языке, прямо перед смертью.
– Ты помнишь, что она сказала?
– Я никогда этого не забуду. – Я удерживала его взгляд, вспоминая и повторяя то, что Вейламорганалин прошептала в темноте перед смертью. – «Ты – судьба. Ты – темная госпожа. – Я замолчала, облизнув губы. – Ты предназначена для него».
Его глаза расширились, пальцы сжали мои руки, лежащие на коленях.
– Я решила, что это какая-то чепуха. Но она не была сумасшедшей. В последние минуты жизни она вручила мне дар.
Голл провел большими пальцами по тыльной стороне моих кистей.
– Вейла отправила свой дух в загробный мир, но сначала благословила тебя.
– Своей магией. Я знаю.
Он кивнул:
– И своим пророчеством.
– Она имела в виду тебя, – уверенно заявила я. Наконец-то осознав. – Она имела в виду, что я предназначена для тебя. – Мое сердце екнуло. – Как ты думаешь, боги играют с нами? Заставляют нас быть вместе?
Меня убивала мысль о том, что все, что произошло между нами, было не результатом нашей свободной воли, а всего лишь прихотью богов.
Голл встал, подхватил меня с кресла и усадил к себе на колени. Я приняла его утешение, чувствуя, как в животе затягивается узел, и обняла его за шею.
– Я верю, что боги всегда играют с нами, манипулируют, чтобы получить то, что хотят.
От его признания мое сердце камнем рухнуло вниз.
– Мы всего лишь пешки? – Я заморгала, сдерживая слезы.
– Посмотри на меня, Уна. – Он поднял мой подбородок, чтобы я не могла отвернуться. – Если ты думаешь, что боги могут заставить мое сердце биться только для тебя, то ты ошибаешься. – Он взял мою ладонь и прижал к своей груди. – Может, они и привели тебя к моему порогу, но теперь ты здесь. Навечно поселилась в душе этого призрачного короля. Теперь ни один бог или фейри не отнимет тебя у меня.
Я уткнулась лицом в его шею, позволяя крепким объятиям и искренним словам успокоить вновь вспыхнувшую скорбь по старой фейри. Провидице, которая перед смертью подарила мне новую магию.