Король призраков

– Проклятье, – пробормотал он, отводя глаза, и начал входить глубже и быстрее, закрыв глаза и нахмурившись.

Я крепче обняла его, чувствуя, как увеличивается его член, удовольствие становилось ярче, не превосходя боль, но приближаясь. С животным стоном он сделал несколько сильных и глубоких толчков и замер, его член пульсировал, когда он освобождал свое семя.

Ощущение было потрясающе прекрасным. Я закрыла глаза, цепляясь за его тело, прижавшееся к моему, дрожа от его кульминации. По виску скатилась еще одна слеза. Когда его член перестал пульсировать, его жесткое тело расслабилось, мы оба тяжело дышали в темноте спальни.

Я не знала, что сказать, но отчаянно хотела услышать от него слова поддержки, что я ничего не испортила, потому что большую часть церемонии он казался разочарованным и раздраженным. И это впечатление усиливалось от того, как он смотрел на меня сейчас.

Я открыла рот, чтобы спросить, когда он вышел из меня, бросив взгляд вниз, между наших ног. Но он быстро встал с кровати и схватил кожаную юбку, завязывая ее вокруг талии резкими, нервными движениями.

– Я пошлю за Хавой, чтобы она позаботилась о тебе. – Его голос звучал холодно и бесчувственно.

Я села, натянув простыню на грудь, вспомнив, что все еще покрыта краской.

– Голл, почему ты?..

– Не переживай, я не буду навязывать тебе свое внимание в ближайшее время. Я дам твоему телу время восстановиться, прежде чем вернусь в твою постель. Я не побеспокою тебя до времени, благоприятного для зачатия.

Он быстро направился к двери, а мое сердце сжалось от отчаяния.

Да, зачатие. Конечно, именно это заботило его больше всего. Даже когда я открыла ему свою душу и отдала больше, чем свое тело, все, чего он на самом деле хотел, – это наследник.

Открыв дверь, он остановился, но не для того, чтобы поговорить со мной. За дверью кто-то стоял.

– Ей понадобится горячая ванна, – сказал он.

– Да, повелитель, – раздался тихий голос Хавы. – Придворные обеспокоены тем, что не стали свидетелями присвоения.

На что последовал резкий ответ:

– Любой, у кого есть претензии к церемонии, может обратиться напрямую ко мне. Ее крови было достаточно для доказательства. Если королевскому совету потребуются еще, пусть посмотрят на ее простыни.

– Да, мой король, – быстро согласилась Хава.

– Стоит им напиться и набить животы, им станет все равно, – отрезал он перед уходом.

Хава вбежала в спальню и подошла ко мне.

– Мизра, все хорошо?

Я свернулась калачиком под одеялом спиной к ней.

– Мне нужна минутка, Хава, – прошептал я.

– Конечно, мизра.

Она тихонько принялась что-то делать. Я слышала, как она тянет ванну к камину, но не шевелилась, закрыв глаза.

Боль, которую я почувствовала, когда он вошел в мое тело, не шла ни в какое сравнение с болью, которую я испытала, когда он покинул его. Не думала, что после всего буду чувствовать себя так.

На короткое мгновение меня переполняли только дикий восторг и радость от ощущения, что я отдаю ему свое тело. Но внезапно все изменилось, и меня поглотили разочарование и печаль из-за его пренебрежения.

Это все моя собственная глупость. Его отказ не означал, что я ошиблась. Внутри все еще звенело яркое ощущение правильности сегодняшней ночи, моя магия пела, что мы на верном пути. Мне придется отбросить надежды стать настоящей парой с Голлом и сосредоточиться на своем истинном предназначении.

Острая боль пронзила оба моих запястья. Я ахнула и резко села. Хава вышла, вероятно за горячей водой, поэтому только я увидела новые метки, выжженные на моей коже. Крошечная зигзагообразная руна, которую я не знала, одна и та же на обоих запястьях.

Я стерла золотую краску, мешающую рассмотреть знаки. Я понятия не имела, что лунная фейри может получить от богов демонские руны.

– Такого никогда раньше не случалось, – прошептала я, глядя на крошечные неровные отметины прямо поверх тонких вен.

Да. Я на верном пути. Став мизрой Нортгалла, я все исправлю.