Король призраков

Глава 44

Голл

Три дня спустя мы стояли рядом с Сердцем Солзкина, глядя на двух фейри теней на другом краю поляны. Я держал Уну близко к себе. Возможно, слишком близко. Она продолжала бросать на меня сердитые взгляды через плечо, так как я не убрал руку с ее талии и не позволил должным образом поприветствовать принца Торвина и его жреца.

Я понимал, что перебарщиваю, так как фейри теней не демонстрировали никакой угрозы, но, когда дело касалось Уны, я больше не принадлежал себе. Моя потребность держать ее рядом и защищать противоречила здравому смыслу. И мне было совершенно плевать, кто и что об этом подумает.

Хава, к своему явному неудовольствию, осталась в лагере с несколькими Избранными и Морголитом, который лечил раненую ногу после нападения упырей. Я не хотел отвлекаться во время этой встречи, и, как бы сильно моя Уна ни любила свою служанку и подругу, Хава не умела держать язык за зубами или сидеть на одном месте.

Это были мрачные несколько дней. Мы зажгли множество погребальных костров. Упыри убили четверых из моих Кел Клисс. Еще был Мек. Когда его тело готовили к костру, я осмотрел его спину и нашел то, что ожидал.

Его демонские руны тянулись через плечо на спину, как это часто бывало. Среди них был знак воронова крыла, данный ему Гозриэлем, и знак обладателя дара неклии. Можно не сомневаться, что у его брата был такой же. Я сжег тело Феррина после того, как закончил с ним, думая только о том, как стереть его с лица земли.

Меня все еще раздражало, что я не знал, что они неклиамы. Этот редкий дар мог бы послужить их королю. Но, похоже, у Феррина были скрытые намерения с того самого момента, как они с Меком захотели пройти испытание в Кел Клисс. А Мек оказался более преданным своему брату, чем своему королю. Я мог это понять. Тем не менее если бы Мек доверился мне, то мог бы остаться в живых.

И наконец, Далья. Мы нашли ее в пещере, куда Феррин увез Уну, задушенной. Мое сердце разрывалось оттого, что ее жизнь закончилась именно так.

Даже зная, что она предала меня – судя по рассказам Уны об услышанном в пещере, Далья, очевидно, была любовницей Феррина. Она предала не только своего короля, не рассказав мне о заговоре против меня и моей мизры, но и свои обеты Виксу как моя провидица душ. Я никогда не узнаю, что сбило ее с пути, но могу представить.

Как и у меня, ее путь был предопределен с рождения. Магический дар, которым ее отметили боги, обрекал ее на жизнь оракула, жрицы ордена Викса. Это означало отказ от семьи, одиночество, без пары или детей.

Затем в ее жизни появился Феррин, который казался сильным, благородным воином, преданным мне, как и она. Могу предположить, что он соблазнил ее, а не наоборот. Уна сказала, что его поразило какое-то безумие, порожденное черной магией. Возможно, он подчинил Далью против ее воли. Я не знал, когда и как все произошло, а те, у кого были ответы, мертвы. Теперь это не имело значения.

Поэтому я отпустил это, как посоветовала моя пара. Зацикливание на своих ошибках или предательстве близких не приведет ни к чему хорошему. И я не позволял горечи заполнить мое сердце, когда у меня было так много причин для радости.

Пока мы смотрели, как пылает костер Дальи, я простил ей все проступки. То же самое я сделал и для Мека, верного брата, который пытался исправить Феррина. Но не сумел.

Уна клялась, что Феррином управляла темная магия, поселившаяся внутри него. Я ругал себя за то, что не заметил и не почувствовал ее. Ни разу. Их экспедиция в Сольгавийские горы принесла нам необходимое золото. Но, по-видимому, Феррин принес с собой что-то еще.

Я наклонился к Уне и прошептал:

– Ты что-нибудь чувствуешь?

Мы обсуждали, что Феррин, скорее всего, заразился этой тьмой во время поездки. Моя паранойя в отношении фейри теней разыгралась не на шутку. Я не задавался вопросом, почему боги наделили Уну способностью чувствовать эту тьму, а меня нет. Боги поступают так, как считают нужным, и я принимал это.

– Нет, – тихо ответила она. – Вообще ничего.

Я задавался вопросом, что это было и где Феррин столкнулся с темной сущностью. Но время было неподходящим для обсуждений. У нас имелось более срочное дело.

Принц Торвин был одного роста со своим жрецом Валлоном. Однако его черные крылья поднимались выше и под лучами послеполуденного солнца отливали красным. Его золотистые волосы были заплетены в тугие косички у висков, остальная непослушная, растрепавшаяся от ветра копна спускалась ниже плеч. Четыре гладких рога царственно изгибались назад над головой.

Но больше всего выделялись его глаза. Они были яркого оранжево-золотого цвета, как будто его магия постоянно подпитывалась огнем Солзкина. Он, несомненно, был избранником бога солнца, помазанником королевского рода фейри теней.

– И что я получу за то, что помогу вам осквернить наш священный алтарь Солзкина, удалив слова и отдав их твоей мизре?

Он не спрашивал почему. И не возражал, что мы хотим забрать то, что по праву принадлежит фейри теней. Они были серьезным народом. Но его поведение затмевало даже обычные для них сдержанность и безразличие. От молодого принца веяло смирением, под слоем которого угадывалась печаль.

– Чего ты хочешь? – спросил я, удерживая его огненный взгляд.

В этот момент я удивился, что никто из его народа не обладает даром зефилима. Викс не наделил их способностью использовать фейский огонь. Они получили магию от своей далекой праматери, Мизры, дочери Нэкта, – дары ночи. И я отдам этому принцу все, что он хочет, в пределах разумного, чтобы использовать его способность управлять тенями и дать Уне последний из божественных текстов.

Принц прошел вперед, внутрь нашего круга, почти полностью состоящего из моих Избранных. Валлон остался на месте.

Торвин поднял подбородок и решительно произнес своим глубоким голосом:

– Я хочу знать, как тебе удалось разрушить чары твоего отца в подземельях Нэкт-Мера, чтобы убить его.

Мое сердце забилось быстрее от удивления такому требованию.

– Ты хочешь узнать, как я разрушил чары моего отца?

Его отец, тот, который, по слухам, сошел с ума, держит его в какой-то зачарованной тюрьме? Очевидно, он свободен идти, куда хочет. Странная просьба, особенно учитывая, что мы получим взамен.

– Расскажи, как ты разрушил его магические оковы. Будучи призрачным королем, он владел силой Викса. Но тебе удалось бросить вызов этой силе, воле богов, и занять его трон.