Страница 118 из 127
Но мой малыш был в безопасности. Я была в безопасности. Голлайя пришел за мной, как я и знала. И так будет всегда. Он назвал меня своей женой. Своей королевой. Я шмыгнула носом.
Мне на плечи лег тяжелый плащ, Голл сел на землю передо мной и поднял меня к себе на колени.
– Тш-ш, – пробормотал он, прижимая меня к груди и укачивая. – Теперь ты в безопасности, моя драгоценная мизра. – В его объятиях было тепло и уютно. – Моя прекрасная пара. Мне так жаль. Теперь ты в безопасности, – произнес он мне в макушку. – Я обещаю, что с тобой больше никогда ничего не случится.
Я села ровно и обняла его за шею, вглядываясь в свирепое лицо Голла, забрызганное голубой кровью моего похитителя. Я думала, что это я все еще дрожу, но дрожал он.
– Я знаю.
– Ты ранена? – Он тяжело сглотнул, отчаянно сжимая меня в объятиях. – Он… навредил тебе?
– За исключением запястья, я не пострадала. Никак.
Ему нужно было услышать эти слова.
– Мне так жаль. Этого не должно было случиться.
– Ты не знал. Ты не мог знать.
– Это не имеет значения, – хрипло произнес он, его голос дрожал. – Я должен защищать свою мизру. Я никогда себе этого не прощу.
Я приложила ладонь к его щеке, чтобы он посмотрел на меня. Его глаза были дикими и полными вины и страдания, золото вокруг вертикального зрачка ярко сверкало на голубом фоне.
– Твоя мизра? – мягко спросила я. – Или твоя жена?
Мой собственный голос наконец сломался, по лицу скатилась слеза.
– Боги, Уна. – Он прижался лбом к моему. – Ты – мое
все
.
Мне было все равно, что он весь в крови и что дымящиеся останки сотен упырей наполняют воздух гнилостным серным запахом. Я прижимала его к себе, нуждаясь в его теплых объятиях. Похоже, он тоже нуждался в моих. Так мы сидели довольно долго, мой муж обнимал меня, а я обнимала его.
Спустя некоторое время он поднял меня на руки, закутав в свой плащ, и вынес из замкового двора на поле, где ждал Драк, хрустя костями одного из более свежих упырей.
Я шмыгнула носом.
– Итак, король Голл собирается снова изменить законы. У него будет жена, а не мизра или наложница.
Он посмотрел на меня, серый свет раннего утра осветил его лицо. При нашем приближении Драк довольно зарычал.
– Я понял кое-что о Виксе и Мизре. Возможно, они не были связаны формально. – Он остановился перед Драком, все еще крепко обнимая меня и не отводя своего горячего взгляда. – Но она была его миром.
Его драконьи глаза вглядывались в мои, удерживая в плену.
– Как и ты для меня, – добавил он хриплым низким голосом. – Никогда не будет никаких наложниц. Но титул мизры значит больше, чем мать моих детей. Она была самым драгоценным сокровищем, которое Викс когда-либо держал в руках. – Он сжал меня крепче, напомнив, что сейчас я в его руках. – Теперь я это понимаю.
Мы забрались на спину Дракмера. Я села боком на колени Голла. Он крепко прижал меня к себе, укутав в свой плащ и защищающее тепло властных рук.
Когда я положила ладонь ему на грудь, желая почувствовать сильное биение его сердца, то заметила, что нити лунной связи на руке и запястье мерцают ярче. Когда Дракмер поднял нас выше к облакам и первые лучи солнца осветили небо, нити засияли еще ярче.
Голл взял мою ладонь и переплел наши пальцы, соединив оголившиеся предплечья. Нити нашей связи двигались и переплетались, как это было в храме Луны со старейшиной Лелуином. Мы восхищенно смотрели на это чудо, а потом Голл взглянул на меня с таким же восхищением, с каким я смотрела на него.
– Я люблю тебя, Уна, – сказал он с такой искренностью и уверенностью, что мое сердце забилось сильнее, а душу затопило осознание.
Я улыбнулась и уткнулась головой в изгиб его шеи.
– И я люблю тебя, – прошептала я, пока Драк нес нас по золотому утреннему небу.