Неправильная Любовь

Глава 16 Час Расплаты

Перед нами возник автоматический экстренный экран оповещения. Он выскакивает только в критических случаях.

По всей Москве взвыли сирены. Голос диктора, перекрывающий вой, вещал:

— Несанкционированная активация орбитальной обороны. Уровень угрозы — максимальный. Всем направиться в убежища, повторяю: всем направиться в убежища!

Внизу зашевелился город — входы в бункеры начали подниматься, перекрывая улицы. Началась паника. Люди как безумные вбегали в спасительные люки, толкая друг друга, роняя вещи. Где-то заорала сигнализация, где-то заплакал ребёнок. Москва, которая всего минуту назад жила своей обычной жизнью, превратилась в растревоженный муравейник.

— До залпа по Новой Земле две минуты! — продолжал вещать диктор.

А меня опять окружил ярко-белый барьер — тот самый, что и в прошлый раз защитил от молнии.

— Это я? — с ужасом спросил я у двух богинь, глядя на свои руки, которые снова начали дрожать.

Этера еле сдерживалась, чтобы не заржать в голос.

— Вот то, чего ты так ждала, Лирел! Наслаждайся, подруга! — кошка не выдержала и начала ухахатываться, катаясь по полу, от чего её голограмма начала мерцать.

Архонтесса не стала медлить. Одним движением она влетела в окно, разбивая его вдребезги, и умчалась вверх на огромной скорости — туда, к орбите, к пушке. Стекло брызнуло осколками, ветер ворвался в кабинет, но мне было не холодно — белый барьер надёжно укрывал от всего.

А Этера… Этера ржала. В голос. Держась за живот.

— Ой, не могу! — сквозь смех выдавила она. — Я грозилась взорвать Новую Землю, а в реальность это обратило проклятье твоей любимой игрушки!

Она повернулась ко мне, всё ещё давясь смехом:

— Мальчик, если она не успеет — будет бабах. — Этера облизнулась. — Но ты не беспокойся, мы подберём тебя в открытом космосе, если что. Проклятье не даст тебе погибнуть.

Я смотрел на неё одновременно с ужасом и шоком. Я никак не мог привыкнуть к тому, что эти девушки откровенно безбашенные.

— Ты… ты серьёзно сейчас шутишь?!

— А что мне ещё делать? — пожала плечами Владычица, поднимаясь с пола и отряхиваясь. — Лирел долетит, не переживай. Трёхтысячелетняя богиня как-нибудь справится с одной супер-пупер пушкой.

Сирены продолжали выть. Город охватило безумие. В небо уносилась радужная точка — Лирел.

До залпа оставалась где-то минута.

…

Архонтесса добралась до орбитальной станции секунд за десять.

Но станцию окружало нечто странное. Полупрозрачный купол из пульсирующей красной энергии — такой же, как мой белый барьер, только злой, агрессивный. Тоже эффект проклятья? Похоже, оно не только пушку активировало, но и защиту вокруг неё выставило. Чтобы никто не помешал.

Лирел зависла перед ним, внимательно осматривая преграду. Потом осторожно коснулась пальцем.

И отдёрнула руку, словно обжегшись.

Времени не было. Ни изучать, ни искать обходные пути.

Она направила руку в сторону купола и ударила по нему чистой энергией. Ослепительно-радужный поток врезался в красную преграду. Тот дрогнул, но устоял.

Второй удар. Третий. Трещины поползли по поверхности, но купол всё ещё держался.

Четвёртый удар — и красная защита взорвалась осколками, рассыпаясь в пыль.

Но пушка… пушка продолжала заряжаться. На таймере оставалось секунд тридцать. Может, чуть больше.

Самый простой способ — уничтожить саму пушку. Грубо, но эффективно. Ломать её вручную слишком долго — металл не поддастся быстро, а время утекало сквозь пальцы.

Поэтому Лирел во второй раз вскинула руку, собирая силу в один мощный удар. Радужное сияние вспыхнуло вокруг её ладони, разгораясь всё ярче.

По внутренним часам Архонтессы оставалось не больше десяти секунд.

А внизу, на Новой Земле, диктор уже не просто вещал — его голос срывался на хрип, пробиваясь сквозь вой сирен:

— Пять! Четыре! Три!..

Лирел ударила.

Ослепительный поток радужной энергии врезался в основание пушки, прожигая металл, плавя броню, разнося внутренние механизмы в пыль. Орудие взорвалось в тот самый миг, когда диктор выкрикнул:

— Две!..

Вспышка. Грохот.

Заряд так и не был выпущен. Орудие уничтожено. Люди, чьим разумом завладело безумие, потеряли сознание.

Тишина.

Сирены продолжали выть, люди внизу продолжали кричать, но смерть не наступила.

Лирел отлетела назад, рассматривая результаты своей работы.

В кабинете «Галактик Плаза» диктор на голограмме, где была показана паникующая Москва, замолчал на полуслове. А потом, после паузы, выдал растерянное:

— Отмена… Отмена угрозы! Заряд нейтрализован! Несанкционированная активация прекращена!

Я выдохнул. Рядом Этера присвистнула:

— Красиво. Прямо в последние две секунды. Твоя будущая жена умеет делать эффектные жесты.

…

Галактик Плаза. Верхние этажи.

Лирел вернулась обратно в кабинет телепортом и неожиданно для меня запрыгнула ко мне на колени. Она была дико возбуждена. По моим ощущениям, меня прямо сейчас опять изнасилуют, причём на глазах у Владычицы Этеры.

Я даже пискнуть не успел, как Архонтесса уже прижалась ко мне всем телом и приняла нормальный рост для моего удобства, а затем обвила шею руками. Ощущение безумного желания обладать у Лирел росло с каждой секундой.

— Лирел... — подожди, ты уверена что хочешь этого прямо сейчас?

Она подняла на меня свои прекрасные голубые глаза, в которых было только одно животное желание. Она не будет сдерживаться — это было уже и так понятно…

— Я только что разнесла орбитальную пушку, — прошептала она, кусая моё ухо. — И спасла кучу народу. Я требую награды, дорогой.

Она взяла мою ладонь и положила себе на грудь — я даже полностью обхватить её не смог. Сердце колотилось как бешеное.

— Адреналин зашкаливает. Я хочу тебя. Прямо сейчас. — Она впилась в меня губами, не обращая ни капли внимания на наблюдавшую за нашим делом Этеру.

Где-то на заднем плане Этера деликатно кашлянула:

— Может, и мне переместиться сюда, подруга? А Трикстер сольёт инфу? — Она облизнулась, стрельнув глазами в мою сторону. — Может, пересмотрим план? Начнём программу «Символ» немного раньше? Трикстер обработает контент и подаст так, что я пала под чарами, едва увидев малыша. Могу даже записать пару видосов, как облизываю твою фотографию. Ммм?

Валькирия на удивление смогла оторваться от затяжного поцелуя с языком и развернулась, давая мне возможность вдохнуть.

— Да ты охренела в край, драная кошка.