Фронтир

Никто больше не отдавал приказов. Никто не диктовал маршрут, не выставлял условий контракта. Впервые за долгие недели я осознал, что решение, куда лететь дальше, целиком лежит на моих собственных плечах, — и это открытие оказалось едва ли не пугающим, куда более пугающим, чем недавнее сражение. Одно дело — принимать бой, когда выбора не остаётся. Совсем другое — принимать решение, когда вариантов внезапно оказывается слишком много.

— Итак, — произнёс я, собрав команду в кают-компании, где Ника укладывала задремавшего Андре в колыбель, а Кеша, судя по волне мысленного удовлетворения, уже пересчитал наш новый капитал в добрую дюжину местных валют, — перед нами открыты все четыре двери. Империя, Содружество, Теократия, Союз Кланов. Выбирайте.

— С точки зрения торговли, — тут же откликнулся Гоги с той скоростью, с какой оживает делец при упоминании открывшегося рынка, — самый логичный выбор — Содружество. Развитая система посредников, минимальные пошлины для новых партнёров, репутация менее хищническая, чем у прочих. Опять же — перепродажа: остаток можно реализовать с приличной наценкой.

«Категорически не согласен с постановкой вопроса, — тут же вклинилась мысленная реплика Кеши с интонацией оскорблённого профессионала. — Уважаемый Гоги предлагает купить первое, что подвернётся, вместо полноценного тендера. Любой разумный покупатель обязан собрать минимум три предложения от разных продавцов. У нас теперь уникальная возможность стравить между собой сразу четыре крупнейших политических образования Ойкумены за право снабдить Землю технологиями. Почему мы должны отказываться от подобного рычага в пользу первого удобного варианта?»

— Затем, — мрачно вставил Изя, — что каждый визит к очередной цивилизации Старших Рас — отдельный риск для безопасности команды и, в частности, Андре. У нас уже был опыт общения с Империей. Опыт неоднозначный, начиная с гросс-адмирала, вполне способного отправить нас на убой ради собственных интересов, и заканчивая карательной экспедицией, обернувшейся засадой. Я бы предпочёл не повторять подобные эксперименты без крайней необходимости.

— Вопрос куда серьёзнее банальной торговли или безопасности, — вмешался Джон тем ровным тоном, каким излагал наиболее неприятные выводы. — Покупка технологий у любого из Старших объединений — не просто коммерческая сделка. Продавец автоматически получает влияние на планету-покупателя, причём долгосрочное, далеко за рамками конкретной поставки. Выбирая поставщика, мы фактически выбираем будущего политического партнёра всей Земли — того, чьи интересы человечеству придётся учитывать десятилетиями вперёд, если у Земли вообще будут эти десятилетия.

— При всём уважении к геополитике, — не удержался Кеито со своей неизменной академической невозмутимостью, — меня больше беспокоит научный аспект. Мало приобрести технологии — важно приобрести те, что действительно способны ускорить развитие Земли, а не просто закрепить за ней статус вечно зависимого клиента. Прежде чем выбирать направление, я бы хотел иметь представление о реальном научном уровне каждого объединения, а не только об их дипломатической щедрости.

— А меня, — тихо, но твёрдо произнесла Ника, не отрывая взгляда от спящего Андре, — куда больше волнует другой вопрос. Пираты знали о нём. Империя знала. Гросс-адмирал знал. Кто ещё уже знает? И что случится с ребёнком, стоит нам появиться на территории любого из этих объединений с младенцем Предтечей на руках? Прежде чем обсуждать тарифы и стратегическое партнёрство, я бы хотела услышать хоть от кого-нибудь внятный ответ на вопрос безопасности Андре, а не предположение, что раз его боятся навредить, значит, он в безопасности.

В кают-компании на секунду повисла тишина — та самая, что наступает, когда самый неудобный вопрос наконец озвучен вслух, а ответа на него ни у кого попросту нет.

— Вообще-то, — задумчиво заметила Зея, до этого молча сидевшая в углу с видом существа, оценивающего происходящее исключительно с академической дистанции, — есть значительно более простое решение. Отправиться к тем, кто сильнее всех, и просто спросить, чего они хотят. Избавит от необходимости гадать и распылять ресурсы на визиты во все четыре стороны сразу.

— К тем, кто сильнее всех, — осторожно уточнил я, — ты имеешь в виду…

— Тех Искусственных Интеллектов, что стоят над всей Большой Четвёркой, — невозмутимо пояснила Зея. — Тех, кто устанавливает правила Кодекса и в конечном счёте определяет, жить Земле или нет. Империя, Содружество, Теократия, Кланы — не более чем посредники среднего звена. Зачем вести переговоры с менеджерами, если можно сразу обратиться к владельцу компании?

Логика была по-своему безупречной — примерно такой же, какой бывает логика человека, предлагающего решить проблему бюрократической волокиты, позвонив напрямую президенту страны вместо того, чтобы разбираться с местным чиновником. Формально верно. Практически способно закончиться катастрофой такого масштаба, что все предыдущие неприятности покажутся детским утренником.

— При всём уважении, — осторожно заметил Джон, — визит к структурам выше Большой Четвёрки без подготовки, репутации и понимания их приоритетов сравним с попыткой договориться о личной аудиенции с богом, минуя всю церковную иерархию. Теоретически возможно. Практически заканчивается либо ничем, либо чем-то значительно худшим.

— Кроме того, — не удержался я, — прежде чем стучаться к владельцам компании, неплохо бы понять, чего вообще хочет каждый из менеджеров среднего звена. Так у нас будет хотя бы приблизительное представление о рыночных условиях, прежде чем вести переговоры с кем-то, кто способен, при желании, стереть с лица Ойкумены не только Землю, но и всю нашу скромную компанию заодно.

Спор разгорелся с новой силой, и я, откинувшись на спинку кресла, слушал его вполуха, наблюдая, как каждый из моих спутников защищает собственную картину мира с той же убеждённостью, с какой члены совета директоров отстаивают диаметрально противоположные стратегии развития компании. Гоги настаивал на выгоде. Кеша требовал тендера. Изя говорил о безопасности. Джон видел геополитику. Кеито жаждал научной перспективы. Ника беспокоилась об Андре. Зея предлагала пойти ва-банк и обратиться сразу к богам. И самое неприятное заключалось в том, что каждый из них, по-своему, был совершенно прав.