Страница 22 из 83
— Кто бы знал, что Лиасен окажется Катарсис… Хакерша, конечно, не была уверена на все сто процентов, но вероятность, что Лиасен — именно она, процентов восемьдесят. Не будь у неё минтарии, она бы не испугалась вступить с Мистеллой в прямую конфронтацию, а сейчас её данные как хакера упали десятикратно. Кошка даже не смогла заметить её — какая жалость.
Наставница Трикстер развернулась, бросила последний взгляд на обнимающихся мать и дочь, а затем прошла сквозь окно, выпрыгнув на улицу. Пусть девочки проведут это время наедине — им сейчас это нужно. Тем более Мистелле ещё к уроку нужно подготовиться, а это займёт немало времени. Мелкая как пылесос втягивает в себя знания — только успевай подбрасывать. Интересно, что же будет, когда обучение будет закончено? Наставнице не терпелось увидеть результаты… Однажды это фиолетовое чудо переплюнет саму Мистеллу — и тогда весь Мирай пойдёт ходуном…
…
Владычица не стала вносить никакие изменения в запланированное мероприятие. Единственное, что изменилось, — шоу преобразилось в рекламу одной из кандидаток, и имя этой кандидатки — Этера. После устранения Орсилай её позиции взлетели до небес: теперь она была главной фавориткой среди молодёжи, и вся машина пропаганды работала на неё. Лиасен явно решила: раз уж одна участница выбыла столь эффектным способом, надо извлечь из этого максимум выгоды. Смерть — тоже контент.
В день олимпиады было оговорено, что она будет включать в себя не только мирайский язык, но и математику, а также знание законов государства. В «Нивиар» съезжались репортёры, съёмочная группа, техники настраивали оборудование. Вся школа гудела, ведь на олимпиаду прибудет лично Владычица Мирай, и даже самые равнодушные ученицы вдруг заинтересовались: ещё бы, такое шоу пропускать нельзя — это возможность утереть носик Этере и заявить о себе. Но за день до всей этой движухи, во время обеда, Трикстер опять вызвали к директору.
В этот раз я не знала причины подобного — вела себя тихо и не нарушала никаких правил. Последние недели вообще была образцовой дочерью: уроки, занятия с Мистеллой, сон в обнимку с мамой. Так какого хвоста меня опять дёргают?
Перед тем как отправиться в кабинет к маме, я подошла к Этере, жующей пирожок за своей партой с таким невозмутимым видом, будто завтрашняя олимпиада — не её звёздный час, а так, что-то неважное. Упёрлась лапками в парту и с плохо скрываемым раздражением поинтересовалась:
— Как думаешь, для чего меня на этот раз зовут? Ты же у нас чёртов предсказатель — просвети меня, дурную.
Чёрная кошка прожевала пирожок, аккуратно вытерла губы салфеткой и лишь после этого соизволила ответить. Пожала плечами — жест вышел почти царственным — и выдала самую логичную для неё версию:
— Вероятно, тебя попробуют заставить участвовать в олимпиаде вместо Орсилай, так как шоу потеряло одного игрока. Кстати, а ты знала, что её мамашу списали в утиль? Прошла новость, что во время лечения в оздоровительном отеле она чем-то отравилась и умерла. И это в наше-то время? Не находишь это странным?
Я выслушала новость с абсолютным равнодушием. Даже ухом не повела. Только кончик хвоста едва заметно дрогнул — не от сожаления, а от удовлетворения. Ещё раз прокрутила в голове слова подруги и выдала ровно то, что думала:
— Мне глубоко насрать. Туда ей и дорога.
Этера внимательно наблюдала за реакцией. Ни тени вины, ни капли раскаяния — только холод. Что ж, этого следовало ожидать. Она отложила салфетку и, убедившись, что подруга не впечатлена новостью, продолжила тем же спокойным, аналитическим тоном:
— Я считаю, тебе беспокоиться не о чем. Тебя банально хотят купить, предложив то, что ты очень сильно хочешь. Лиасен нужно шоу — без второго актёра оно не получится. Вероятно, тебе предложат проиграть в самом конце олимпиады. Если только ты сама не планируешь заявить о себе как о будущей Владычице, конечно. Но ты мне сама говорила, что тебе это неинтересно.
Она задумалась на секунду, припоминая:
— Так, к слову: похожие мероприятия планируются во всех остальных элитных школах. Пусть и далеко не все они будут посещены лично Владычицей. Так что расслабь булки и иди получай что-то ну очень ценное и нужное, встретимся на олимпиаде.
На это Трикстер лишь фыркнула, развернулась и пошла в сторону выхода из класса.
…
В этот раз я не торопилась — шла медленно и расслабленно.
Но что мне предложат за участие? Это крайне интересный вопросик. Я знаю себе цену и продешевить не собираюсь. До сих пор помню рассказ госпожи Мистеллы про имплант, который носит название «расширитель сознания». Редкая, опасная, безумно дорогая игрушка, способная вывести мои способности на новый уровень. Если мне предложат его — слить Этере где-нибудь в конце вообще не проблема. Даже забавно будет увидеть расстроенное лицо чёрной мымры, когда победа ей достанется просто так, — она ненавидит так побеждать.
Я толкнула дверь кабинета, заранее готовясь к худшему — так, на всякий случай. Вдруг опять эта рыжая морда здесь? Но нет — свезло. Мама была тут одна. Сидела за столом, перебирала какие-то бумаги и выглядела при этом... ну, как обычно — устало и слегка раздражённо.
Я выдохнула и мысленно усмехнулась: может, подруга всё-таки ошиблась и меня вызвали по другой причине? Сейчас и узнаем.
— Ма-а-ам, чего звала-то? — с наигранной весёлостью в голосе спросила я, решив заранее поднять настроение любимой мамочке. Кто знает, вдруг там ничего серьёзного, а я уже напридумывала себе рыжих морд и шантаж с имплантами?
Шизейн, заметив вошедшую дочь, отложила бумаги в сторону и указала взглядом на стул рядом с собой. Голос её прозвучал очень нежно:
— Садись, деточка. У меня к тебе предложение. Думаю, ты и сама должна быть в этом заинтересована.
В голове тут же вспыхнуло: «Имплант. Только имплант. Если там какое-то фуфло — пусть идут в задницу». Я подошла к стулу, уселась и склонила головку набок, изобразив вопросительный интерес. Хвост обвил ножку стула и замер в ожидании.
Мама какое-то время молча смотрела на меня, словно прикидывая, с какого угла начать разговор. Спустя десяток секунд она кивнула каким-то своим мыслям и спросила:
— Скажи, родная, что ты думаешь о сложившейся ситуации в школе? Что, по-твоему, сейчас происходит и для чего я тебя сюда позвала?
Я сделала вид, что задумалась — прищурилась, почесала подбородок лапкой, даже хвост для убедительности качнула туда-сюда. С невозмутимым видом выдала мысли Этеры за свои: