Страница 15 из 83
Глава 5 Охота на крыс
Шизейн Нинтрэйд и Мистелла мирно попивали любимое вино директрисы всё в том же ресторане, где приёмная мать баловала свою дочь. Заведение носило название «Горькие слёзы» — и сегодня оно оправдывало его как никогда. Шизейн хотела узнать подробности у своей подруги: та точно знает в деталях, что сейчас происходит в Мирай. Хотя, если честно, директриса думала, что эта красношёрстная дрянь не станет отвечать и придумает какую-нибудь отмазку. Но чёрт с ним. Сейчас важнее другое — что случилось с её дочерью.
Трикстер сама рассказала ей: она буквально была на грани. Ещё чуть-чуть — и девочка спалила бы себе мозг, если бы кто-то её не спас. Шизейн не знала, кто именно, но догадывалась о том, что Мистелла в этом была как-то замешана.
Шизейн отставила бокал и посмотрела прямо в глаза подруге:
— Мистелла, я хочу знать всё. Что это был за голос? Кто спас мою дочь? И почему твой имплант чуть не убил её?
Хакерша высунула язычок, плеснула на него небольшую каплю вина и игриво поиграла с ней, явно специально провоцируя подругу. Облизнув губы, чтобы те стали немного влажными, она нехотя ответила:
— Моей вины тут нет. Имплант перегрузился не потому, что я напортачила. Я создала его таким, каким он и должен быть, — моя работа была полностью чистой, могу заверить тебя в этом. Перегрузка произошла по другой причине: твоя дочь, скажем так, немного «особенная». У неё в моменте сорвало крышу, отчего виртуозность сильно поднялась. Если не понимаешь, о чём я: этот имплант напрямую работает с эмоциями носителя и, можно сказать, позволяет хакерам творить почти магию в рамках инфосети. Правда, нормально взаимодействовать с ним на хорошем уровне мало кто может. Но Трикстер, как ты уже успела понять, в общий список не входит.
Мистелла сделала ещё один глоток, смакуя вино, и добавила уже тише, с долей задумчивости:
— И нет, я не знаю, кто её спас. Но этот кто-то переписал мой код на лету. А это, Шизейн, не под силу ни одному хакеру Мирай. Даже мне. Я могу лишь предположить, что твоя дочь была замечена и спасена тем, кто и создал этот имплант изначально. А кто он — доподлинно неизвестно. Одни говорят, будто это легендарный хакер. Другие — что это разумный супер-ИИ, который следит за всеми «гуляльщиками». Но достоверной и проверенной информации нет. Так что просто радуйся, что он спас твою девочку. Теперь перегрузка ей не страшна — он переписал код импланта так, чтобы Трикстер больше не была подвержена риску. Скажу даже больше: теперь её талант к виртуалу можно раскрыть на полную. Твоя дочь, Шизейн, может стать величайшим хакером Мирай в истории.
Директриса молчала несколько минут, размышляя. Запрещать дочери связываться с виртуалом она даже не думала — за такое Трикстер может возненавидеть собственную мать. У неё начнутся спонтанные срывы, а то и чего хуже — сбежит. Значит, ей только и остаётся, что поддерживать девочку. Полностью и безоговорочно.
А вот что делать с дурацкой идеей от Владычицы — тут у неё руки связаны. Ей прямым текстом намекнули, чтобы сидела тихо и не вмешивалась. Разве что указаний насчёт Трикстер не поступало — и на том спасибо. А Рига… эта глупая журналистка просто хотела собрать лишние просмотры для своего кружка. Впрочем, тортик с подменой воспоминаний сработал, как и всегда, успешно. Было бы куда сложнее, если бы Трикстер выкинула подобное на большое количество учеников. Шизейн опасалась, что девочка захочет что-нибудь сделать во время олимпиады, а этого она допустить никак не могла.
Шизейн вытрахает дочери все мозги, вдолбив туда одну простую истину — переходить дорогу Владычице банально глупо и недальновидно. Лучше пусть Трикстер занимается без каких-либо ограничений с Мистеллой. Как купить свою дочь, она прекрасно знает. Если ей что-то понадобится — Шизейн достанет. Главное, чтобы девочка не совершала глупостей.
Дальше Шизейн попыталась вызнать, что же известно хакерше по всему тому дерьму, что связано с убийством родных Трикстер:
— Расскажи, что ты знаешь по делу Трикстер. Я уверена, тебе прекрасно всё известно. Кто из трёх? Грависия? Орлителла? Или, может, Ирнесия? Эти три кошки были ближе всего к нынешней Владычице. Пусть они и не могут из-за своего положения участвовать в Игре, но продвинуть своих дочерей — вполне. Вот только учатся их дочери инкогнито, и информация на любую из них — фальшивка. Попытается директриса отыскать правду — найдёт только подтверждение фальшивки. В Мирай в таких вопросах работают очень чисто. Тут хоть всю школу проверяй — толку не будет. Никто не знает, кто есть кто на самом деле. Кроме, возможно, тебя, Мистелла, и парочки других крутых профи.
На это Мистелла с весёлой гадкой ухмылочкой ответила:
— Так попроси других крутых профи, заплати им кругленькую сумму — и они тебе всё преподнесут на тарелочке с голубой каёмочкой. В чём, собственно, проблема? Ах, да… Я совсем забыла: никто же в здравом уме не сунется в дела Владычицы и Игры. Кроме меня одной, конечно же. Поэтому повторю то, что уже сказала твоей дочери: можешь облиться прокисшим молочком — ничего я тебе не скажу и помогать не стану. А девочка находится под моей защитой. Ей ничего не угрожает, пока она ведёт себя тихо.
Мистелла откинулась в кресле, закинула лапки на стол и принялась поигрывать бокалом. Сделав глоток, она добавила уже мягче, но с прежней непробиваемой уверенностью:
— Твоя дочь — уникум, Шизейн. Если она не наломает клубков раньше времени, из неё выйдет толк. Моя задача — сделать из неё великого «гуляльщика». Твоя задача — проследить, чтобы она не вляпалась в то, из чего я не смогу её вытащить. Идёт?
Директриса мысленно взвыла. Ну чего она такая принципиальная?! Сказала бы — и хвост с ним! Но нет же! Ей бы поиграть в очередные свои шерстяные умопомрачительные игры. Как же ей хочется вмазать этой красношёрстной дряни! Честное кошачье слово! Вашу Владычицу!
Она мысленно махнула лапкой, понимая, что с этой дурной кошкой всё равно не договориться. Чего ей только не предлагай — толку будет ноль. Шизейн, вздохнув, проговорила слова согласия:
— Договорились. Ты делаешь из неё легенду виртуала не хуже себя, а всё остальное я беру на свои лапки. Но знай: ты та ещё сучка!
На что получила ехидный ответ от Мистеллы:
— Ты тоже та ещё шаболда, так что не выёбывайся, серебристая.
— Завали, красная…