Страница 94 из 118
— Что было дальше?
— Володя не собирался возвращаться. Он приехал из-за смерти матери.
— Почему же остался?
Алексей пожал плечами.
— Если бы я знал… Мы с Бессоновым, конечно, уговаривали его не уезжать, но мне кажется, все решила та карточная игра. Без денег он бы ничего не добился. Шлейфер не принимал его в гильдию, а к отцу он не обратился бы за помощью даже под страхом смерти.
— Ему не известно, почему Шлейфер его выгнал?
— Нет.
— Это может быть как-то связано с дочерью портного?
— С Фирой? — удивился Алексей. — А она тут при чем?!
— Я только что в салоне слышала, будто Володя… скомпрометировал ее…
— Володя?! — еще больше изумился Виртушинский. — Никогда не поверю! Они с Фирой были друзьями! Неужели ты сомневаешься в нем?!
Соня пристыженно опустила глаза.
Она вспомнила ночь в мастерской, когда, испуганная, примчалась к нему, вспомнила брачную ночь… Володя вел себя, как настоящий рыцарь. Иной на его месте потребовал бы – или просто взял силой – то, что по праву считал своим.
Однако, поразмыслив еще, она вдруг поняла, что мало знает мужа. Володя днями пропадал в мастерской, вечера поглотила светская жизнь. Те редкие минуты, что им выпадали наедине, они посвящали плотским наслаждениям, а не беседам.
И Соня, увлекшись, не пыталась это изменить. Она открыла для себя новый мир, таинственный, волнующий, полный оттенков, о которых прежде и не подозревала, и изучала его с нетерпеливым восторгом.
Что происходило с мужем за пределами спальни, она не ведала. Хуже того, даже не думала интересоваться. А он ничего не говорил. Просто целовал ее и уходил в свой собственный мир, выстроенный вдали от нее.
Соня не жаловалась. Она была привычна к одиночеству. Но в этот миг она остро ощутила, какая пустота зияет рядом с ней. Пустота от незнания человека, которого любила.