Страница 81 из 118
Давыдова окинула Соню и Володю долгим подозрительным взглядом.
— Припоминаю… Мария Александровна говорила что-то о женихе для внучки еще в сентябре… Но кто бы мог догадаться, что это именно вы!
Она выдержала паузу.
— И все же вы не дождались окончания траура Софии Степановны! — заметила она, хищно улыбнувшись, словно предчувствуя скрытую тайну.
Виконт Вудвилл и баронесса Голишевская не давали о себе знать. Сложно было судить, готовили они изощренную месть, или же смирились с новым положением дел, но ни один из них не распускал грязные сплетни о Соне. С фон Трейденом вопрос тоже был закрыт. Графиня сама написала ему письмо, и оно застало его как раз вовремя – утром в день отъезда в город. Отставной капитан, неожиданно получивший еще одну отставку, не стал приезжать в Киев.
Таким образом, все складывалось, как нельзя лучше, и, казалось, больше не о чем тревожиться.
Однако у Софии, которая внешне, как и всегда, выглядела невозмутимой, внутри кипели настоящие страсти. Ее полностью оградили от предсвадебных хлопот, будто покупка вещей для девичьего сундука или составление списка приглашенных могли смертельно ее утомить. Все решалось за нее и без нее. А она осталась немым свидетелем собственной жизни, отстраненным и чужим среди происходящего.
Постепенно легкое беспокойство первых дней, свойственное всем невестам мира, вкупе с чувством заброшенности переродилось в настоящую панику. И Лидия Петровна, сама того не ожидая, подлила масла в огонь.
_____________
[1] Граф Карл Иванович Опперман (нем. Karl Ludwig Wilhelm Opperma