Страница 70 из 118
Соня вздрогнула.
— Да.
— Отчего же он так быстро покинул нас?
— Наверное, спешил, — пробормотала девушка и присела рядом с бабушкой.
Слова Оржеховского вертелись у нее в голове весь вечер, не давая покоя.
Она все еще размышляла о них, когда вернулась домой и, не зажигая свечей, принялась медленно бродить по спальне, расстегивая платье.
Они были слишком простыми, слишком краткими… но в этой простоте чувствовалось нечто настоящее, нечто, что задело ее гораздо глубже, чем она готова была признать.
Значит, это все? Он не хочет ее видеть?
Или напротив, теперь они будут держаться, словно ничего не произошло? Словно не было тех прогулок, долгих взглядов в уютном молчании, случайных касаний… поцелуя… Словно за это время они не стали друг для друга кем-то бо́льшим…
Соня остановилась у окна, глядя в узкий просвет между тяжелыми гардинами. Где-то там, в ночной снежной дали, прямо под Старокиевской горой, затерялась среди переулков Подола мастерская Володи.
Что он делает сейчас? Спит? Думает о ней?
Она скинула платье, развязала ленты на сорочке и одну за другой неторопливо вытащила шпильки из волос. Мотнула головой и легкие русые кудри рассыпались по спине. Она провела рукой по шее, по холодной коже, и не заметила, как по щеке скатилась тихая слеза.
Почему же ее сердце сжимается от странной, глухой тоски, если все идет так, как должно?
Ведь все правильно! Все предрешено!
Со дня на день приедет Платон Феликсович. На следующей неделе за обедом в узком кругу родственников и ближайших друзей объявят их помолвку. Затем они обвенчаются, и она навсегда оставит Киев.
Соня крепче обняла себя за плечи.
С того вечера, как бабушка представила ее капитану, и до этой ночи она стала другой. В ней пробудилось новое и неизвестное чувство, которое трепетало, как слабый огонек на ветру и ждало часа, чтобы разгореться во всю мощь.
И причиной тому был отнюдь не капитан…
Ей вдруг стало невыносимо одиноко. Соня легла в постель и, натянув одеяло до подбородка, уставилась в темноту. Ее губы дрожали. К горлу подступил тугой ком.
«Если бы он сказал хоть что-то еще… дал хоть какой-то намек…»
Но нет!
Володя покинул ее…