Страница 7 из 118
— Эти наряды шил не Шлейфер, — сообщил виконт. — Мадам Наталья на днях говорила графине Петровской, что они от некого парижского мастера.
— Вы заметили, что на всех ее платьях линия талии опущена ниже? Это новая мода?! — поинтересовалась Денисенко.
— Сколько же оно стоит? — не унималась Голишевская.
— Явно недешево. Но ведь и граф богат!
— К тому же, чем еще заниматься молодой женщине, когда престарелый муж одиннадцать месяцев в году живет в своем поместье в Переяславе?! — добавила майорша. — Только менять наряды с такой же частотой, с какой она меняет любовников!
— Вы полагаете, у нее новый любовник?! — оживилась баронесса.
Ее вопрос остался без ответа. Музыка смолкла, и Давыдовы направились прямиком к Оржеховскому.
— Владимир Станиславович! — приветливо улыбнулась Наталья Сергеевна. — Какая неожиданная встреча!
Володе пришлось выйти вперед из своего закутка и поклониться графской чете. Графиня вложила пальчики в его ладонь и благосклонно кивнула, когда Оржеховский почтительно поцеловал их. Затем она представила его мужу.
Граф Давыдов, вельможа екатерининских времен, был одет в старомодный бархатный камзол с золотым галуном и держался с апломбом, достойным императорского памятника. Наталья Сергеевна, миниатюрная брюнетка, напротив, обладала живым нравом. Ей было слегка за тридцать, и последнее материнство, подарившее графу долгожданного наследника, по мнению всех без исключения горожан, придало ее красоте особую молодость и свежесть.
— Стало быть, вы и есть тот самый загадочный бастард князя Оржеховского?! — спросил Давыдов. — Я в городе всего пару дней, а мне уже все уши прожужжали про ваше внезапное возвращение. Вы в курсе, что очень похожи на отца? — добавил он, указав рукой на галерею второго этажа.
— Надеюсь, это не так! — возразил Володя, машинально глянув наверх.
Там стояли князь Оржеховский вместе с купцом Ковальским. Мужчины о чем-то спорили. Князь тоже заметил сына и, нахмурившись, отвернулся.
— Почему вы поселились на Подоле среди ремесленников, а не на Печерске? — поинтересовался граф.
— При всем уважении, ваше сиятельство, но я не рожден дворянином, — ответил Володя. — И никогда им не стану. Пусть князь и дал мне свою громкую фамилию, я не из вашего круга.
— Что привело вас на бал? — сменила тему графиня. — Вы же не любитель таких мероприятий!
— И правда, — согласился Володя. — Я удивлен не меньше вас, ведь изначально не собирался приходить.
— Верно, это божий промысел! — засмеялась Наталья Сергеевна. — В таком случае вы обязаны пригласить меня на танец!
— Почту за честь!
— Прекрасная мысль! — заметил граф Давыдов. — Сударыня, вас еще никто не приглашал на вальс?
— Нет, я оставила его за вами.
— Тогда я с удовольствием уступлю его Владимиру Станиславовичу. Эти новомодные танцы слишком сложны для моих старческих ног.
— Благодарю, муж мой, — сказала графиня и послала супругу обворожительную улыбку.
Владимир молча кивнул графу и, предложив Наталье Сергеевне руку, повел ее в центр зала. Но прежде, чем она пошла за ним, граф задержал ее на секунду.
— Странный выбор, моя дорогая, — шепнул он ей. — Впрочем, дело ваше.
Когда зазвучали первые аккорды Шуберта, Наталья крепко сжала плечо Володи и, слегка подавшись вперед, тихо произнесла:
— Вы понравились графу.
— Вы так считаете?! — удивился Оржеховский.
— Я же говорила, нам нечего опасаться! Пока его имени не грозит публичный скандал, он будет закрывать глаза на все остальное.
— Сколько он еще пробудет в городе?
— До конца Контрактов, как минимум. Или чуть дольше. Но это не помешает нам. Я смогу навещать вас в вашей мастерской. В эти недели все дворянки с Печерска будут постоянно ездить на ярмарку, так что мое появление здесь не вызовет подозрений.
— Вряд ли это возможно, — сухо ответил Володя.
— Почему?
— Я никого не допускаю в свою мастерскую.
— Даже меня?
— Особенно вас! Мастерская портного – место, где обитают Музы. Они слишком пугливы.
— И что же, та незнакомка в длинном плаще, два дня назад не спугнула их всех? — с язвительной ноткой в голосе осведомилась Давыдова.
Володя озадаченно глянул на партнершу.
— О чем вы?
— Моя горничная видела, как вы упаковывали заказ в коробку. Она уверяла, что на этот раз вы превзошли сами себя!
— Наталья Сергеевна, вы, должно быть, запамятовали, но я – портной. Я зарабатываю на жизнь тем, что шью платья для прекрасной половины человечества.
Наталья начала сердиться.
— О, вы отлично понимаете, о чем я! — раздраженно зашипела она. — Меня не волнуют мещанки, которые покупают у вас готовые суконные платья! Вы приняли заказ у кого-то из дворянок. Голубое платье из шелка с серебряной вышивкой!
Володя слегка наклонился к уху Натальи и негромко произнес:
— Если бы вы расспросили горничную подробнее, она сказала бы вам, что та самая женщина приходила в мой магазин, а не в мастерскую.
— Кому еще вы шьете?! — потребовала ответа Давыдова.
— Ей-богу, Наталья Сергеевна, ревность вам не к лицу.
— Отвечайте!
Володя выдержал паузу.
— Не имею ни малейшего понятия, — наконец признался он.
— О чем? — опешила женщина.
— Об имени заказчицы.
Наталья вскинула на него изумленный взгляд и сбилась с ритма.
— Но как такое возможно?!
— Мне прислали конверт, в котором лежал портрет молодой женщины, ее точные мерки, а также пожелания к платью, — пояснил Володя. — В придачу шел толстый кошель с щедрой оплатой. Через неделю за заказом явилась служанка.
— И вы не догадались поинтересоваться, кому она служит?!
— Раз заказ был тайным, значит, тому была причина.
Графиня подавила тяжелый вздох.
— Вы узнали барышню на портрете?
— Нет. Я никогда раньше ее не видел.
— Как она выглядит?
— Милая девушка с русыми волосами. Карие глаза.
— Под это описание подойдет половина женщин Киева, — недовольно фыркнула Давыдова и отвернулась.