Академия запретных чувств

14. Спасение

Он ударил меня с такой силой, будто хотел вложить в этот удар всё своё разочарование. А ведь у него со мной всё сразу пошло не по плану, и сейчас его план провалился, потому что меня пришли спасать.

Я слышала гул наверху, но мне сложно было сосредоточиться: перед глазами всё плыло, и голова просто раскалывалась в том месте, куда он меня ударил. Я попыталась ещё что‑то закричать, но получалось только бессвязное мычание. Он зажал мне рукой рот так сильно, что, кажется, у меня хрустнула челюсть. У него вообще было слишком много силы — или я была для него совсем хрупкой.

Он резко соскочил с кровати и побежал из комнаты. Я слышала грохот и наверху, и совсем рядом. Звуки были похожи на те, будто наверху кто‑то таранил дверь чем‑то тяжёлым. Я не стала терять время и попыталась освободиться от верёвок на руках, пока он был отвлечён, скорее всего, сокрытием улик. Вскоре я почувствовала запах дыма: он что‑то сжигал, свои записи скорее всего.

Резкий рывок — и я освободила правую руку. Вытащив систему из руки, я быстро начала развязывать остальные верёвки, несмотря на то что плохо соображала и всё вокруг не имело чётких очертаний. Жажда жизни горела во мне — я ни на секунду не расслаблялась, потому что не понимала, что он будет делать дальше со мной, учитывая, что я знаю всю его историю, но догадывалась.

Я хотела соскочить с кровати, но у меня закружилась голова. Полностью не разгибаясь и придерживаясь за стену, я сняла бутылку того, что он в меня вливал, со стойки возле кровати и кинула её со всей силы в пол. На ощупь выбрав самый большой осколок, я взяла его в руки, для защиты. Сейчас не было возможности соблюдать аккуратность, и действия мои были не очень точны, поэтому я сразу же порезалась. Но это было неважно — я должна была защищаться.

— Что ты творишь, дура? — услышала я за спиной. — Ну‑ка дай сюда!

Он схватил меня за руку, но я успела ударить его ногой, а потом головой в лицо. Его очки слетели прямо мне под ноги, и я их с жадностью и удовольствием раздавила их молниеносно.

— Я убью тебя! — закричал он. — Тебя и себя! Умрём в один день, как и планировали!

В его голове явно всё смешалось — он уже не видел разницы между мной и ей.

Мы боролись, и я смогла ранить его осколком стекла. В этот момент он опешил и отошёл к двери. Я резко двинулась вперёд и побежала к лестнице, ведущей наверх, но тут дверь наверху открылась, и что‑то железное, подпрыгивая по ступеням, скатилось прямо к моим ногам. Это была шашка — дымовая. Меня резко окутал дым, буквально в паре шагов от спасения, он быстро заполнял все пространство.

Я закашлялась, и вдруг он схватил меня сзади за талию и затащил обратно в комнату, которая все эти дни, что я здесь провела, была моей. Он захлопнул за собой дверь и решётку и замуровал нас и явно не собирался выходить оттуда живым.

К моей неожиданности, он чуть ослабив хватку, начал обнимать меня по‑другому, прижимаясь носом к моей шее.

— Оля, — шептал он, — как же я скучал…

— Серёжа, — прошептала я ему в ответ. Я решила подыграть ему, ведь он явно уже потерял нить реальности. — Я тоже по тебе скучала. А давай выйдем на улицу? Здесь очень душно, хочу на свежий воздух.

— Успеем. Давай побудем ещё здесь, вдвоём, — не переставая ласкать меня руками. Мне становилось всё тяжелее дышать — паника, настоящая паника поднялась у меня внутри.

— Серёжа, открой дверь, — повторила я свою просьбу, сохраняя голос ровным.

И на секунду он поверил мне, задумался, но страшный стук в дверь всё испортил.

— Открывайте! Мы знаем, что вы здесь! — слышался чей‑то глухой голос из‑за двери.

— Это ты во всём виновата! — резко оттолкнув меня, сказал он, и я с глухим звуком упала, сильно ударившись о стену.

Моё сознание решило сдаться окончательно, потому что я не только не смогла встать, но с трудом удерживала взгляд на своём похитителе, опасаясь, что он со мной что‑то сделает. И я была права: он что‑то кричал, хватался за свои волосы, потом наклонился ко мне и что‑то прокричал. Но я не могла уловить ни одного слова — я понимала только одно: он на меня очень зол. Я заметила у него в руке трубки от капельницы, кажется, он собирался задушить меня, я инстинктивно попятилась назад, но снова уперлась в стену.

Вдруг я увидела искры в стене. Весь мой мир сузился до этих прекрасных маленьких огонёчков. Движения моего похитителя вдруг замедлились, и я с таким вдохновением смотрела на моё спасение, молясь ещё раз увидеть небо, солнце и обнять любимого — может, и в последний раз, но это всё, чего я хотела. И я молилась как могла.

Он ещё раз схватил меня и снова впечатал в стену. Я не отключилась — нет, но пространство вокруг меня стало мутным и медленным. Я видела, как падала дверь и как слой пыли взлетел вверх. Кто‑то кричал — несколько человек ворвались в маленькую комнатку.

Он схватил меня, и что‑то холодное и острое воткнулось мне в шею. Но я настолько была слаба, что не могла сделать ни одного движения против.

— Отпустите её! Марков Сергей Владимирович, вам будут предъявлены обвинения по… — Всё снова куда‑то провалилось, и в моих глазах наконец‑то потемнело.

Я чувствовала, как меня кто‑то трясёт. А потом я снова упала. Но я не сдавалась, пытаясь привстать и открыть глаза, я увидела его: карие глаза, волосы разметались по лицу, всё его тело было напряжено. «Какой же он красивый», — подумала я. А потом мой похититель резко побежал в сторону лестницы и Макс двинулся за ним.

— Нет! — закричала я изо всех сил, что у меня были. И вдруг раздался оглушительный выстрел. Его эхо несколько раз отскочило от этих стен, хранящих печальную историю, и, пока оно становилось всё тише и тише, пока оно полностью не исчезло, я так и лежала на полу, боясь открыть глаза: «А что, если?..»

— Нет, нет, нет… — шептала я, едва шевеля губами, когда знакомые мужские руки подняли меня и не прижали так крепко, словно до сих пор боялись потерять. Я уткнулась ему в грудь и разрыдалась. Я плакала не за себя, а за всех тех, кто не дождался помощи, за тех, за кем не пришёл их герой. А потом провалилась в сон — от усталости, от горести, от того, что мне повезло, а другим зеленоглазым пленницам — нет.

Я пришла в себя в медицинском кабинете. Рядом со мной сидела медсестра.

— С тобой всё в порядке. Просто ты немного ослабла. Пару дней отдохнёшь — и будешь в порядке, — отчеканила она.