Акулий король

– У меня, как знаешь, нет другой беды, Том, кроме моего зятя, – сразу начал Донни.

Он всегда говорил коротко и по делу и не отнимал времени больше, чем потребуется. За одно то, что пытку собой он не продлял дольше необходимого, Том его уважал.

– Я понял, мистер Мальяно. Чем могу быть вам полезен?

Донни довольно кивнул. Это правильный вопрос. Хороший вопрос. Он поднял стакан, качнул им в сторону Тома и сказал:

– За мою дочь Риту и ее здоровье. Прости, что сегодня пью вот так, со своим тостом и без твоего спроса.

– Это хороший тост, – заверил Том и сделал глоток.

Донни тоже отпил виски и громко щелкнул спинкой языка, поставив стакан на стол, аккуратно, чтобы случайно не капнуть на бумаги.

– Она сегодня попала в больницу. Увы, несчастный случай. Бог миловал, но я, конечно, ожидал, что Карл одним из первых подорвется к ней…

Том поперхнулся, виски брызнул коричневыми пятнышками на его рубашку и светло-серый костюм. Дон участливо потянулся за пазуху и достал оттуда платок, одолжив его Броуди.

Том был в таком шоке, что даже не успел напугаться, а мог бы. Потрясенное воображение вяло нарисовало вместо платка пистолет: почему нет? Благодарно приняв платок, он пробормотал «спасибо» и промокнул рубашку. Донни безразлично пожал плечами:

– Ему же звонили из больницы. Карлу, я имею в виду. И дежурная медсестра, и мой личный помощник. Мы прождали почти три часа, но Карл так и не приехал. Как это? Неужели он был так занят работой?

Броуди побелел от страха и гнева. Он готов был сорваться с места и вышвырнуть поганца Вудхауса, этого подлого честолюбивого козла, из его кресла-вертушки прямо в окно.

– Мистер Мальяно, – сказал он, понизив голос. Донни был крайне спокоен. Он медленно барабанил пальцами левой руки по подлокотнику кресла. И хотя кресло это выглядело куда более хлипким, чем то, в котором сидел Том, казалось, что хозяин кабинета – именно он. – Прошу прощения. Я не знал. Карл даже ничего мне не сообщил. Я сейчас спрошу у их куратора, но в таких случаях мы всегда отпускаем сотрудника… ведь это экстренная ситуация, понимаете ли.

– Понимаю, – задумчиво сказал Донни и, подняв руку, неторопливо провел по краю аккуратно подстриженных, ухоженных ногтей подушечкой большого пальца. У Тома по плечам пробежал озноб. Жест был таким, словно хищник выпустил когти и проверяет их на остроту. – Получается, он просто получил эти звонки и сам принял решение игнорировать их? Получается, ты хочешь сказать, он бросил свою жену в такой ситуации, что она осталась одна в больнице с выкидышем на шестом месяце беременности, и ему хватило подлости… не приехать?

– Я не знаю, мистер Мальяно, но поверьте… если бы это дошло до меня… я и сам муж и отец. И потом, я соболезную вашей семье и вашей дочери и надеюсь, что ее здоровью впредь ничего…

– Разберитесь с этим, Броуди, – то, как он резко перешел на формальный тон, страшно испугало Тома. – Кто же виноват? Мой нерадивый зять, да простит Господь недальновидность моей дочери и мою слабость в том, что я ей потакал… или что, его как-то насильно здесь задержали?

– Вы хотите, я вызову его немедленно.

– Хочу, – согласно склонил голову вперед Донни. Теперь, глядя на Тома наливающимися кровью, страшными глазами, он напоминал чудовищного быка. – Кстати, я подъехал ровно в ваш обеденный перерыв. Может быть, Карл сумеет немного пообедать со мной? Заодно я бы потолковал с ним, пояснил, что понадобился Рите, что сказал врач.

– Он может уйти на сколько угодно! – словно обрадовался Том. – Мистер Мальяно, с этим нет никаких проблем!

– А с его переводом в Нью-Йорк? Вы подписали все нужные документы?

Том запнулся. Он не знал, что ответить: как сделать это правильно, потому что не подозревал, насколько дон был против переезда Карла и Риты в Большое Яблоко, которым Вудхаус так яро грезил.

– Пока нет… он хотел принести бумаги на подпись сегодня ближе к пяти часам, – наконец честно признался он, не в силах увиливать, поскольку не знал, хорошо это или плохо, что он не поставил подпись.

Мальяно взял стакан. Подался вперед. Поставил локоть на стол и поднял виски, неотрывно глядя в безвольное лицо Броуди.

– Пусть пока что они останутся неподписанными. Это ясно?

И когда тот ответил «да», они выпили.

Карл явился в кабинет начальника раздраженным: день не задался с самого утра; то документы потерялись, то Рита попала в больницу… не то чтобы второе очень его интересовало, но настойчивые – назойливые – звонки он игнорировал мастерски. Чем он ей поможет сейчас, даже если сорвется с рабочего места? Ничем. И потом, у него вправду было много дел. Так много, что он попросил все посторонние звонки на свое имя просто сбрасывать: Карл не давал давить на себя своему упертому тестю. Он сам решит, когда и что будет делать с собственной женой. И Рита под врачебным наблюдением в его компании вряд ли нуждается – ложь, конечно, – тем более когда сейчас он буквально живьем горит, пытаясь восстановить все документы, которые эта балованная дура куда-то дела…

– Том, у меня меньше десяти минут, – небрежно сказал он, прикрывая за собой дверь и сперва не глядя на шефа. – Что еще стряслось?

– Карл.

Одного голоса Тома Броуди хватило, чтобы поглядеть наконец на него и на того, кто сидел за столом к Карлу спиной. Ну конечно. Карл скривил рот. Он впился взглядом в стриженный машинкой затылок, в широкий разворот плеч и идеальный костюм. Через мгновение, не торопясь, тесть повернулся к нему и медленно встал из кресла.

– А я думал, – мрачно пошутил Карл, – родительскую порку отменили еще в шестьдесят восьмом. Что, достанем розги?

– О чем ты говоришь? – гневно спросил Броуди. – Почему ты ни слова не сказал, что твоя жена загремела в больницу? Простите уж за такое словцо, мистер Мальяно, но я, сами знаете, как человек, который дорожит семейными отношениями…

– А Дженни об этом знает?

Том побагровел, подскочил как мячик со своего большого шефского кресла, но Донни с усмешкой остановил его рукой и пристально взглянул:

– Я ведь могу поговорить с ним наедине и угостить обедом? Вы же не против?

– Все, что нужно, – поднял ладони Том. – Мистер Мальяно, он ваш.

Карл нахмурился. Неряшливо убранные вбок кудрявые волосы бросили особенно острые тени на его лицо.

– Простите, что значит «он ваш»? У меня там, на проводе, клиент, – Карл дерзко взглянул на дона. – Вы считаете, что можете заявиться сюда и по щелчку пальца остановить всю мою работу, чтобы я…