Не Просто Людин

Птеры, обожравшись мертвым ящером, лениво перелетали с камня на камень. Около шести дургов вяло гоняли рапторов, но всё это происходило как в замедленной съёмке. Твари набили брюхо и потеряли осторожность.

Сейчас, сквозь пелену голодной лихорадки, я видел только одно. Мясо.

Я подполз к туше раптора. Кровь, мясо, требуха, но вместо отвращения рот наполнился вязкой слюной.

Я вцепился зубами в разодранную шею твари. Оторвал кусок жесткого, волокнистого сырого мяса. Начал жевать. Меня снова скрутило. Я выблевал проглоченный кусок на камни, задыхаясь от кашля и слёз.

В ответ желудок запульсировал раскалённым свинцом. Боль скручивала позвоночник в дугу. Выбора не было. Либо я покормлю себя, либо это сожрёт меня.

Я зажмурился, снова впился в тушу и начал жрать. Давился, глотал кусками, не обращая внимания на вкус. Я запихивал в себя мясо, почти не жуя, пока желудок не набился до отказа.

И тогда пришёл приход.

Тошнота отступила. Лихорадка исчезла, уступив место звенящей ясности. Мир вспыхнул новыми красками. Слух обострился настолько, что я слышал, как бьются сердца ленивых дургов на другом конце пещеры.

Я поднялся на ноги. Тело пело от переизбытка энергии. Мышцы налились силой, я чувствовал себя лёгким, как пух.

Я подобрал копьё. Оружие, которое ещё час назад оттягивало руки, теперь казалось невесомой тростинкой. Легонькое, как алюминиевая трубка.

Вспоминать секунды боли и обжорства мозг отказывался, зато выдал предельно чёткое, холодное логическое решение: нужно зачистить пещеру до того, как вернётся команда.

Я шагнул вперёд.

Ближайший раптор, заметив движение, издал клёкот и бросился на меня.

Я просто чуть сместил корпус в сторону, пропуская клацающую пасть в миллиметре от плеча, и коротким, небрежным движением кисти вогнал копьё ему в основание черепа. Хруст. Раптор рухнул замертво по инерции проехав пузом по камням.

Я выдернул копьё. Кровь даже не успела брызнуть.

Два дурга, привлечённые шумом, сорвались с места. Моё тело двигалось быстрее мысли. Транс накрыл меня с головой. Шаг навстречу левому дургу — удар древком по морде, сминающий кости, разворот на пятке — и лезвие копья входит в раскрытую пасть второго.

Я не сражался. Я танцевал. Танец хищника. Я подскакивал, крутился, бил, колол. Никаких лишних движений. Никакой усталости.

Двенадцать трупов. Я прибил всех, кто находился в пещере.

Сердце билось ровно. Дыхание даже не сбилось. Я методично, стащил все тушки к проходу. С шестой тушкой все схлынуло. Сила, легкость кончились. Гиперстимуляция отступала, оставляя после себя лёгкое головокружение и привкус сырой крови во рту. На одной характере я стащил еще пятерых и присел на камень передохнуть, оперевшись на копьё. Вытер лицо рукавом.

Из глубины прохода, ведущего со второго яруса, послышались шаги и приглушённый мат.

Начали подниматься люди.

Первой вышла Зара. Осунувшаяся, вся в копоти, она еле держалась на ногах. За ней потянулись остальные. Эти были перемазаны в крови, измотаны в край и выглядели примерно как и я.

Последним тяжело поднялся Ржавый.

Он тут же посмотрел на меня. Я молча махнул ему рукой на сваленную у прохода кучу туш рапторов и дургов.

Костя, шаркая ботинками, подошёл и подсел ко мне.

— Мы прошли второй этаж, — тихим, уставшим голосом похвастал он. — Только искр добыли в общем сто шестьдесят. Масло с Ржавым злые, хотят всю недостачу на тебя свалить.

— Десять искр! — удивлённый голос Ржавого привлёк внимание всех. — Заяц набил тут тварей на десять искр.

— Отлично! Значит, у него долг будет меньше, — тут же вставил Масло.

Масло испытующе всмотрелся в меня.

— Ты что — то сожрал! — прямо наехал он. — Больно ты живчиком выглядишь. Мы там вымотались на полную, Зара даже восстанавливаться уже не может — истощение! А ты тут один столько тварей положил?

Я подобрался. Правду говорить было не стоит ни в коем случае.

— Пришлось сожрать… искру раптора, иначе хана, — вынужденно соврал я, глядя ему в глаза.

— Так я и думал, — кивнул Масло, немного сбавляя напор, но всё ещё сверля меня взглядом.

— Как понять, что она усилила, или как направить? — спросил я.

— Никак, — скривился Масло. — Усиление от искры зависит от первичной предрасположенности, от первой поглощённой искры, и от вида твари, чью искру ты сожрал. Тебе следует подойти к менталисту, он проверит твои сигнатуры…

— Хорош болтать! — просипела Зара, с трудом глотая воздух. — Нам ещё возвращаться, десяток — то точно по пути набьём.

— Ага, учитывая, что ты полностью пустая, — дёрнул плечами Масло, явно сомневаясь в её пользе.

— Нам всё одно возвращаться… — слабо огрызнулась она.

— Так! — командный голос Ржавого утратил сталь, но всё ещё звучал. — Дойдём до выхода! Там и посчитаем, кто и сколько. Отдых пять минут.

Я посмотрел на засохшую корку на своих руках.

— Ржавый, может помоемся? — предложил я.

— Нет, — отрезал Ржавый, тяжело усаживаясь на камень. — Я пуст.

В итоге отдыхали мы полчаса. За это время Зара так и не восстановилась, зато выспались почти все остальные.

— Подъём! — проворчал Ржавый, поднимая нас пинками с камней. — Идём наверх.

Мы прошли пустые девятую и восьмую пещеры. На входе в седьмую земля резко ушла из — под ног. Я не устоял и тяжело рухнул на колени. Своды пещеры утробно заскрежетали, сверху посыпалась каменная крошка. Земля буквально лягалась, как взбесившаяся лошадь.

— Землетрясение? — крикнул Костя, озираясь по сторонам.

— Нет! — лицо Ржавого посерело. — Что — то крупное лезет наверх. Судя по вибрации… Это прорыв с третьего яруса! Встаём! Живо! Бегом, если хотите жить!

И мы сорвались с места. Гул за спиной нарастал с каждой секундой, подгоняя нас.

Мышцы горели, дыхание сбивалось.

На крутом подъёме Зара споткнулась и с глухим вскриком полетела на камни. Остальные даже не обернулись. Я, не сбавляя хода, подскочил к ней, рывком вздёрнул на ноги и, подхватив под мышку, буквально потащил за собой. Девушка захрипела, но ноги переставлять начала.

Мы шли через пещеры, не ввязываясь в драку с птерами и прочими уже появившимися тварями. Но, видимо то же гул сбивал их агрессию и они стремились спрятаться. Минут через тридцать этого марафона мы ввалились в зал приёма — первый зал у спасительных бронедверей.