Не Просто Людин

Глава 12

Кабинет коменданта крепости при Боевой Академии Магии Сибирской губернии.

— Ну и зачем ты это сделал? — хозяин кабинета, граф Важурин Артём Севастьянович, сидя в массивном кресле, смотрел в окно. Бескрайние зелёные луга там перемежались с мрачными туманными рощами.

— Я хочу получить звание лейтенанта, ваше сиятельство, — ответил стоящий у дверей прапорщик, глава службы дознания Михаил Паров.

— А мне это каким боком интересно?

— Есть информация.

— Информация — сущность скоропортящаяся, — не оборачиваясь, бросил граф. — Говори.

— Я бы хотел… гарантий, — промямлил Михаил.

То, что сейчас происходило, Михаилу очень не нравилось. И чем глубже он погружался в созниние и итриггеры коменданта, тем страшнее становилось.

— Какие гарантии? Гарантии чего?

— Ну… получения звания…

Граф Артём Севастьянович был молод и местами горяч. Но с детства воспитывался в чётком понимании: он второй сын, и наследства ему не видать. Поэтому и выбрал военную карьеру. Этот пост он лично выгрыз в кабинетных боях столичных штабов. И чуйка на возможности у него работала отменно.

— Хочешь в мою команду — докажи свою полезность, — жёстко отрезал комендант.

Вот уж чего не хотел Михаил, так это оказаться в команде юного карьериста, не гнушающегося никаких методов. Но второго такого шанса прыгнуть выше головы могло и не быть.

— Во время утреннего трибунала я… случайно… посмотрел мысли боярина Колычева.

— Залезать в мозги вышестоящего начальства — это даже не трибунал, Паров. Это расстрел на месте.

Граф Важурин лениво потянулся, делая вид, что рука случайно ложится на рукоять пистолета в кобуре.

— Я случайно! — затараторил Михаил, делая вид, что перепугался до смерти. — Кто ж знал, что у воеводы такая слабая защита! Он просто не закрылся от меня, посчитав букашкой!

Граф осклабился.

— Да… бояре — та же чернь, что и простолюдины. Только везучие. Получил достаточно Искр — и ты хозяин жизни… А ты хочешь получить Искры?… Стать боярином?… Интересно.

Граф обдумывал ситуацию. Даже не то, что было в голове у воеводы, а то, какой инструмент он может получить в лице этого прапорщика. Дар видеть суть — штука редкая. Несколькими искрами можно повысить Парову ранг, но не слишком высоко, чтобы тот не смог прочитать мысли самого графа.

Михаил внутренне улыбнулся. В том зале утром он не смог прочитать мысли только одного человека — Зайцева. И то не потому, что там стояла защита, а потому, что в голове у этого простолюдина был такой первобытный хаос, что чарт ногу сломит. А вот размышления графа Важурина сейчас читались без проблем.

— Если информация дельная, я… позволю тебе повысить ранг и дам рекомендацию на звание лейтенанта, — наконец произнёс комендант.

— О, это щедро с вашей стороны, ваше сиятельство! — искренне восхитился Михаил. Скряга ты надменная. Всё же стоило идти к Колычеву. Там вероятность получить пулю в лоб намного больше, но и выхлоп был бы солиднее. Ладно, что уж там.

— Боярин Колычев, воевода Сибирской губернии, собрался заменить вас на графиню Голованову, сидевшую там же, на суде, — выдал Михаил свой главный козырь. — Для этого он собрал и привёл в крепость звезду барона Коновалова.

— Хм… Фантазии у тебя богатые, — граф задумался. За три месяца на посту он ещё не изучил дела всего личного состава, но основные знал. И Михаил Паров паникёром не был. — Погоди. Ты сказал барона?

— Да. Изначально пятёрка была из двух баронов: Федоренко и Коновалов. Остальные — так, для прикрытия.

— То есть капитан и барон — командир, а второй барон — рядовым? Да, что — то тут не так. Кодекс дворянства позволил бы вызвать меня на дуэль любому из них… И любой исход сделал бы мои позиции слабее.

— Именно.

— И что дальше?

— Я уже откорректировал поведение старшины Мирошкина, — тихо произнёс Михаил. — Он должен будет отвести этих новобранцев в рощу и… оставить там. Они погибнут, растерзанные тварями. Крайний срок — завтра утром, когда прилетят птеры. Свидетелей не останется. Угроза будет устранена.

Граф поморщился, вспоминая вредного старика — старшину.

— Мирошкин… Да! После трагической гибели рекрутов… надо бы его перевести на первую заставу. С глаз долой. Что ж, Паров, ты заработал свою искру. Свободен.

Туманная роща. Окресности БАМа

Да и хрен с ним! — решил я.

Я со всей дури вмазал увесистой палкой по уродливой морде, проступившей из тумана. Удар вышел на загляденье — с хрустом и брызгами какой — то слизи. Тварь отлетела в сторону, а я рванул на крик Авана.

В пять прыжков, сквозь белую пелену, и я чуть не споткнулся о распластанное на земле тело.

Аван тяжело и хрипло дышал, вцепившись пальцами в скользкие корни дерева. На его правой голени сидела тварь.

Я не стал замахиваться. Просто с ходу, вложив в движение вес всего тела, всадил конец своей толстой палки прямо в стык между головой и грудью твари.

Тварь сорвало с ноги Авана, она покатилась по грязи, судорожно суча лапами.

Вблизи она оказалась размером с крупную овчарку. Шесть суставчатых лап, покрытых корой, вытянутое тело и жуткая треугольная голова с пульсирующими жвалами. Эти жвалы смогли прокусив плотную ткань штанов Авана.

— Живой? — я упал на колени рядом с парнем.

— А — а—а… — только и смог выдавить он сквозь стиснутые зубы. Кровь толстыми толчками хлестала из разорванной голени, смешиваясь с грязью.

Туман над нами зашуршал.

Сухой, скрежещущий звук доносился отовсюду. Я вскинул голову. На нижних ветках деревьев, едва различимые в серой мгле, сидели другие. Два. Пять. Ещё пара спускалась по стволам прямо к нам. Я крепче перехватил свою палку, понимая, что против такой стаи я даже пискнуть не успею. Слишком их много.

Из тумана вынырнул Коновалов.

Его лицо было бледным и предельно сосредоточенным. Он рухнул на колени рядом со мной и раскинул руки.

— Лежать! — рявкнул он.

Воздух над нами плотно загудел. Вспыхнул полупрозрачный, мерцающий купол щита.

В ту же секунду меня с чудовищной силой впечатало лицом в мокрую землю. Щит Коновалова не просто укрывал — он физически давил нас вниз, расплющивая по корням, оставляя между нашими спинами и магическим барьером не больше полуметра.

БАМ! БАМ! ХРЯСЬ!

Твари посыпались сверху. Купол содрогнулся, но выдержал. Твари обжигались и отпрыгивали.