Страница 3 из 77
Я сидел и сканировал зал. Трое охранников. У того, что слева — кобура. Расстояние до окна — четыре метра. Сегодня в зале была куча народу. Журналисты и пострадавшая сторона — прибывший наконец из санатория некий барон Коновалов. Набычиный хлыщ с каменным лицом.
Судья вновь принялся листать невеликое дело. Одна тощая папка, пятнадцать бумажек. Показания очевидцев. Медицинское освидетельствование. Техническое освидетельствование авто.
По бумагам выходило, что я разнёс машину барона в хлам. Удары головой. Три раза. Два раза спереди и один раз сбоку. Тем самым приведя автомобиль Волга КТ, спортивная вариация, в состояние полного разрушения.
Я слушал это и охреневал. То есть я головой протаранил машину так, что она не подлежит восстановлению? И суд это хавает?! Или там тоже полное импортозамещение шильдика.
Да барон просто списал свою разбитую в пьяном угаре тачку на меня! А чтобы оправдать моё состояние, вписали, что я был пьян. Ещё бы, тот реген, что влил в меня Поликарп, чистый спирт. Освидетельствование всё подтвердило. Удобно.
В общем, не лучшее начало новой жизни. Ладно. Я Игнат Зайцев. Без отчества — простолюдинам оно не положено. Кожевник, алкаш и терминатор, крушащий лбом автомобили.
Судья закончил читать этот бред и уставился на адвоката пострадавшей стороны.
— Ваши требования?
— Ваша честь! — вскочил холёный юрист Коновалова. — Ввиду отсутствия у ответчика необходимой суммы денег на счетах, считаю правомерным лишить его статуса простолюдина и продать на закрытом аукционе холопов. Вырученные средства направить на покупку нового автомобиля, а также на погашение процентов по кредиту, штрафов и компенсацию упущенной выгоды. Итого: сто четыре тысячи рублей!
Холопов? Продать?!
Холодная ярость затопила сознание. Рабство. Вот, значит, как. Я инстинктивно рванулся вперёд, наплевав на цепи, прикреплённые к поясу. Я порву этого ублюдка до того, как охрана успеет достать оружие.
Но не тут — то было. Верзила — конвоир, что всё время стоял рядом, среагировал мгновенно. Огромные лапищи легли мне на плечи и с невероятной, почти неестественной силой впечатали обратно в скамью. Тело затрещало.
— Сидеть смирно, — прошипел он мне в самое ухо. И добавил едва слышно: — Попроси Суд Камня Истины.
Судья, казалось, даже не заметил моей попытки рывка.
— За административное правонарушение — в холопы… хм… — старик пожевал губами. — Сколько та Волга стоит, а? Пятьдесят тысяч в базовой комплектации. Хорошо… Адвокат ответчика?
Мой защитник, всё это время читавший какую — то газету, лениво оторвался от прессы. Вздохнул. Посмотрел на меня, потом на судью.
— Возражаю!
Фух. Я выдохнул. Неужели этот бесполезный слизняк сейчас начнёт работать и крушить аргументы обвинения? Найдёт нестыковки с разбитой машиной?
— В чём же? — иронично приподнял бровь судья.
— Возражаю против того, чтобы на моего клиента вешали проценты по кредиту. Это чересчур, Ваша честь.
Вот с…. слов нет.
Судья мотнул головой и принялся поглаживать бороду.
— Ну, а вы что скажете? — старик судья наконец, впервые за три дня, посмотрел прямо на меня.
— Вот сейчас, — толкнул меня конвоир в бок.
Я вскинул голову и встретился взглядом с судьёй.
— Требую Суда Камня Истины!
Голос прозвучал громко. Судья, уже занёсший деревянный молоток, замер. Барон Коновалов дёрнулся. Мой адвокат мгновенно посерел и принялся суетливо вытирать лысину платком.
Тишину нарушал лишь звук бьющейся в стекло мухи. Жжж — бум. Жжж — бум.
— Суд… не вправе отказать простолюдину в этой процедуре, — медленно, словно не веря своим ушам, произнёс судья. — Секретарь. Зачитайте положение.
Секретарь встал.
— Артефакт Камень Истины проверяет слова сторон. Лицо, затребовавшее суд Камня, артефакт проверяет на полный список правонарушений за всю его жизнь. При наличии лжи в показаниях или иных скрытых преступлений, наказание Камня Истины только одно… — секретарь сглотнул. — Смерть.