Страница 72 из 142
— Почему не закончились? Разве по ту сторону не ждёт спокойствие, родные и всё такое? — спросила Лера, вспоминая открытую дверь в Лимбе. За ней пахло морем и Макс играл в свой любимый футбол…
— Я, конечно, не знаю, что там, да и никто не знает, но Хозяйка погоста одной ногой стоит по эту сторону, а другой по ту. Уверен, что у неё есть способы сделать существование невыносимым даже там. Мне показалось, что ты должна знать об этом, ведь ты больше похожа на Хозяйку, чем на Хранительницу, — пожал плечами Степан.
— В смысле! Ты о чём? — у Леры по спине побежали мурашки от такого заявления.
— Я сказал что-то не то? Сильно извиняюсь, если обидел. Право, не хотел, — замямлил Степан.
— Нет, я просто очень удивилась. Прошу, объясни, что ты имел в виду.
В голове тут же всплыли слова Стеши о мамином внезапном исцелении и о том, что Хозяйка пропала в то же время, когда мама поправилась. Лера так и не успела спросить у неё и поговорить со Стешей, удалось ли ей что-то узнать. Сама мысль, что мама может быть связана с Хозяйкой казалась совершенно нелепой.
Внезапной молнией перед глазами девушки вспыхнуло то, что с ней произошло.
Вот она вырывает яйцо пиявки из груди Зои. Баба Стеша сказала, что новичкам везёт. Вот она стряхивает с себя липкий ужас, хотя старушка утверждает, что это невозможно. Вот она смогла призвать Стешу к своей могиле. Наконец, она несёт черноту липкого ужаса и просит погост забрать её ношу. Голова призрачного исполинского змея поднимается и признаёт её своей… А если это не мама, а всё же отец? Его способности она не знает, да и Макс не успел ничего рассказать о себе.
Как ни крути, получается, что её Сила отличается от остальных хранителей и старост. Вот почему Мастер не видит то, что видит она.
Потрясённая своей догадкой, Лера слушала объяснение Степана:
— Надежда, предыдущая хранительница, была будто тёплая, как все живые. А ты — нет. В тебе есть холод, который мы чувствуем, когда близко Хозяйка…
— Извини, мне надо подумать, — прервала Лера его объяснения, — я ещё обязательно зайду.
— До свидания, прости, если невольно сказал не то, — почти шёпотом вслед ей проговорил Степан.
Она встала и пошла к выходу, не видя ничего перед собой. В голове, будто кусочки мозаики, складывались события, но вопросов становилось только больше: «Знает ли мама что-то? Почему ничего не говорила? Или она сама не понимает? Стеша считает, что это мама, но почему? Разве ей было с кем сравнивать? Почему ей, Лере, никто ничего толком не объясняет?!»