Страница 81 из 84
Он усмехнулся и вытащил из-под стопки ковров помятый и грязный листок. «РАЗЫСКИВАЕТСЯ!» было написано сверху, а ниже шёл голографически трёхмерный портрет Орианы Каро в парадном алом платье, во всех деталях магического разрешения 4К, и надпись:
'Беглая преступница, сектантка, обвиняется в тайном сотрудничестве с демонами алой и чёрной крови. Украла силы божественных истоков, вооружена ими и очень опасна! Путешествует в сопровождении неизвестного мужчины, человека, хрониста. Разыскивается властями княжества Антар и Союзом Светоносных.
Внимание: за любую подтверждённую информацию о местонахождении и действиях преступницы Орианы Каро будет выдана награда: 100 звёзд. За информацию, которая приведёт к поимке беглой княжны, выдающаяся награда: 1000 звёзд'.
— Эти листовки раздавали на десятке торговых площадей речной республики, — пояснил Хедин.
— Закономерно. Но почему листовка про княжну, а про меня только общие слова?
— Потому что ищейки Светоносных не знают, кто является спутником Орианы Каро и как он выглядит, — уверенно сказал сов. — Получив листовку, я проверил сплетения нитей судеб и убедился, что это именно твоя спутница. После чего узнал всё, что мог, — и могу гарантировать, что ни в каких официальных потоках не фигурирует твоё описание и не ведутся твои поиски.
— Но я же засветился на таможне, таможенники Антара меня видели, правда, не с этой внешностью, но они могли дать ищейкам весьма колоритное описание…
— Значит, не дали, — усмехнулся Хедин. — Видимо, граждане княжества не так уж и охотно сотрудничают с новыми властями. Вероятно, многие из них по-прежнему преданы любимой княжне.
Я вспомнил, как таможенник упоминал, что Ори спасла его родителей. А от Светоносных его предки получили только страдания и проблемы, так что будет вообще неудивительно, если многие антарцы сделают правильный выбор…
— Это очень радует. Но есть одно «но».
Я прищурился, внимательно разглядывая старика, и напряг все чувства, включая Чистоту, пытаясь понять, не бегут ли сюда ищейки Гелиона. Казалось, что всё тихо, только ярко-голубой огонь тревожно мерцал в сфере вертящихся перьев.
— Мастер Хедин, сумма вознаграждения велика. Неужели у вас не было соблазна меня выдать?
— Ради ста или даже тысячи звёзд? — удивился старик. — Совершить злое дело? Фьюи-и-ить.
Он длинно просвистел по-совиному, и голос опять стал двойным, наполовину человеческим, наполовину птичьим; я вдруг заметил, что тень Мастера раздваивается на две тени: светлую и мрачную, и вторая совсем нечеловеческих пропорций. Всё это время она пряталась в гуманоидной тени, но сейчас потемнела и раздалась большой птичьей фигурой с лохматыми крыльями и когтистыми лапами, заполнив всё пространство лавки.
— Если бы меня интересовали богатства, я бы не пророс в лабиринте кварталов Хезрэш, — проронил Хедин. — Не для того я покинул свой уничтоженный лес и осел в этом месте, полном несправедливости и бедноты, чтобы преумножать зло в любом из миров. Зла и так много, Яр.
— Ладно, простите за моё подозрение, вы не дали ни малейшего повода. Я просто должен был спросить глаза в глаза.
— Что ж, прощаю твою вынужденную дерзость, — проклекотал нечеловеческий голос, и дух древнего леса съёжился до размеров старика с совиной головой, мрачная тень угасла и растворилась в светлой.
Наступила неловкая краткая пауза. Я обратил внимание, что Ориана буквально пришита черновыми стежками вплотную к Брану, будто они изображают пару, а моя фигурка чуть ниже и немного в стороне. Получалось, что все сплетни выстроены вокруг павшего и княжны, как будто они главные герои этой истории, а остальные, включая меня, лишь участники. Впрочем, почему «как будто»?
Ведь почему-то чаще всего получается, что в происходящих со мной историях я не главный герой, а вспомогательный. Начиная с императора Алорина или с юной Орчаны, несущей крест расы джарров; заканчивая драмой Часовщика и проклятием Сайхины… Интересно, почему так выходит? Ладно, сейчас не важно.
Два последних осколка души Брана были ни с чем не связаны: четвёртый в окружении переливчатых кристаллов, а пятый в клубах дымчатых искажённых лиц, которые очень напомнили мне души, кричащие в агонии Душеворота. Ну и дела.
— Куда именно ведут эти нити?
— Вот это я как раз не смог выяснить, не успел, — устало посетовал Хедин. — Хотя пятая явно ведёт в царство умерших, а вот куда третья и что это за кристаллы, не знаю. Я лишь нащупал такое сплетение нитей, в котором для тебя и Брана почему-то важны кристаллы. По-моему, они будут большого размера.
— Ладно, разберёмся. А это… боги?
По краям циновки были пришиты узорные вставки покрупнее фигур смертных и даже Брана: они казались похожими на лики природных сил в окружении символической вязи. Вглядевшись, я стал узнавать небожителей, участвующих в ситуации.
Белый гневный лик Гелиона отливал солнечным блеском, его плетение ощетинилось остриями копий и стрел. Серый и нейтральный лик Лексора в окружении свитков и скрижалей взирал спокойно и строго. Прищурившийся Силен со свирелью и чашей прятался в зарослях дуба и плюща. От фавна тянулись сразу две ниточки: первая к вышивке неизвестного мне строго храма в окружении звёзд; а вторая к группе маленьких танцующих фигур, это какая-то компания музыкантов? Получается, это и есть наши союзники, наследники Ривеннора, которые хотят вернуть Брана и возродить павший город? Как-то несерьёзно они выглядят.
— Это и есть коалиция Свободных?
— Да. Силен, Храм Памяти и Бродячая свора.
— Что за Бродячая свора?
— Понятия не имею, ведь они весьма хорошо защищены от дивинации, их окружает многослойная аура скрытности, размытия и беспорядка. Думаю, это что-то вроде бродячего цирка, который путешествует по этажам Башни и разным независимым планетам.
Этакие межпланарные хиппи мультивселенной.
— Союзники, достойные Фавна, — вздохнул я.
— Не забывай про себя самого, княжну Ориану и Брана. Вот коалиция Свободных.
— А кто входит в Пепельных?
— По-моему, только Вел’Зарион. Похоже, он действует в одиночку и прячет свои намерения от коллег. Что логично: между высшими демонами ними всегда идёт соперничество, и никто из его народа не обрадуется, если хозяин пепла вдруг станет богом.
— Значит, надо поскорее уведомить его собратьев, может, они как-то помешают Вел’Зариону, — задумался я.
— Теперь взгляни на ваших неприятелей, Светоносных.