Страница 35 из 84
Я только что пережил непростую опасную сделку, ставки в которой оказались выше, чем можно представить, и в глубине души ощущал себя героем. Я чувствовал любовь сразу двух прекрасных женщин; кайф от владения собственным доменом и безграничными горизонтами развития впереди; драйв от хорошей закуски и стакана радости; уверенность от плеча надёжного партнёра, который магическим обрядом жизни превращался в друга. Всё внутри сложилось в одно ощущение победителя, который смело идёт вперёд.
— Ну ладно!
Схватил прозрачную пилюлю, приложил к красной ладони, желейка налилась сочным алым цветом — и я её проглотил.
— А почему всех по трое, а нас двое?
Вокруг бычились тройки: мини-банда рыжих лепреконов, у которых с татуировками были даже дубинки; пара минотавров плюс один мини-минотавр; три воинственных студенточки с книгами заклинаний наперевес; пожилые скуфы-бильярдисты из соседнего зала с киями наголо; необычные куче-существа из покатых валунов и камней, раскатисто гремящие по полу; и трое инфернальных хрюканов из сумрачного угла, каждый по два центнера весом.
— Нас тоже трое, — усмехнулся Щёлкарь. — Знакомься, это шизомаг Леон, мой друг и клиент по переписке.
И помахал рукой в другой конец зала. Я слегка ошалел, когда вешалка, которая стояла у входа всё время нашей трапезы, вдруг дёрнулась, поменяла текстуру и цвет — и превратилась в гибкого ящерна-хамелеона в удобной магической робе с прорезами.
— Здрас-с-сте, — бросил он, подходя. — Я там медитировал, отдыхал перед дракой. Щёлкарь, вот и вс-с-стретились в реале.
И слопал третью пилюлю.
«Ну и компания», — мелькнуло у меня в голове. — «Нульт-маг с мечом, белка-некромант с чётками и хамелеон шизомаг, что бы это ни значило… Да мы всех тут порвём!»
— Тройки приняты, троек больше нет, — воскликнул старший бармен, и по взмаху его руки на барную стойку, внутри которой столпились возбуждённые официанты, опустился двойной кожух бронестекла с защитным слоем магии воздуха.
С окнами трактира произошло то же самое, и кстати, снаружи бурлила толпа: существа всех миров устроили давку, чтобы смотреть на нашу драку, и там тоже вспыхнули краткие потасовки за лучшие места. Один здоровяк так
распиховался
, что в толпе как из-под земли выросла пара лысых монахов Храма в белых робах. Увидев их, задира присмирел, заплатил штраф и уступил место в первом ряду тем, кто поменьше ростом.
— Да начнётся Большая Потасовка во славу Лунного Духа! — крикнул бармен.
Луна в стакане подпрыгнула, по всему залу раскатился протяжный звон, полотнища лунного света дрогнули, и что-то изменилось в самой физике мира в отдельно взятой таверне.
— Хоп! — скуф издал боевой клич и шарахнул мне по шарам кием, а в лицо швырнул тяжёлый бильярдный шар. Я отбил кий клинком, а гладкую сферу поймал в левую руку и мигом вернул вражине в рожину, вызвав вскрик боли. — Ай!
Другой игрок мастерским ударом разбил горку шаров прямо в воздухе, запустив их в Щёлкаря — но черепа из чёток некроманта выросли в размерах и разлетелись вокруг, они ловили снаряды и крошили их вместе с собственными зубами, ведь им было пофигу. Третий скуф озирался в поисках врага, когда на него обрушился сверху бильярдный стол, после удара с треском морфнувшись обратно в шизомага.
— А-ха-ха, — зашипел хамелеон и хлестнул ошалевшего бильярдиста хвостом. — Брейк тебе в лузу!
Лепреконы схлестнулись с каменюгами, их драка сокрушала стулья и столы, с того конца трактира шёл оглушительный грохот и отборный лепреконский мат. Мелькали дубинки и радужные вспышки критов удачи, которыми владела рыжая братия. Неудивительно, что они побеждали!
Минотавры, хрюги и студентки бились в центре зала, где царил сущий хаос, было непонятно, кто кого. Я окинул взглядом идущие бои и увидел, как Белосвин-альбинос воззвал к магии крови и хлестнул пульсирующей алой сетью — студентки закрылись коллективным щитом антимагии. В тот же миг большой минотавр кинул маленького, он пролетел сквозь антимагию, уменьшающий эффект коктейля слетел, и громадная туша с рёвом врезалась в старшую из ошалевших девчонок, они покатились по полу и ударились о стену. Ловкая студентка успела ударить быкана током, и его одеревенелое от паралича тело с размаху приложилось башкой о стену. Шея хрустнула, и минотавра раздвоило: невредимого настоящего выдернуло в эфир — а поломанный фантом пару секунд пролежал на месте и эффектно лопнул, как мыльный пузырь.
Девчонка победно вскочила и поспешила на помощь подругам, но было поздно.
Вторая студентка вскрикнула от боли, когда громадный Розохрюн схватил её за волосы и с двойным визгом (обычным у неё, довольным клокочущим у него) поволок по разбитым стульям и столам. Студентка пыталась вырваться и магией обрезала себе часть волос, но свин размахнулся и жестоко хряснул телом одной девчонки другую, их защитные заклятья вспыхнули и погасли в шоке, поломанные от удара руки стали призрачными, и все увидели, как обеих студенток унесло в эфир.
Они в ужасе обнялись, явно не ожидая такой жестокости, но обе были целы и невредимы. Я уже понял, что здешняя система устроена хитро: в момент получения слишком опасных повреждений она заменяет живого участника боя на фантомную копию, которая и принимает все зрелищные увечья на радость зрителям.
Клыкастый Чернохряк, могучий вепрь с будто бы безобидной тростью, схлестнулся с двумя минотаврами сразу — они превосходили его ростом, но он с лихвой переплюнул их злобой. Трость мелькала в толстых руках хрюги, он довольно похрюкивал, нанося точные и болезненные удары по коленным чашечкам и локтям — и судя по тому, как стремительно повалил здоровяков минотавров и превратил их в беспомощных стонущих мычал, палочка-выручалочка была непростой. Что-то с болезненным заговором, эффективное для ударов по нервным узлам. На помощь Чернохряку пришёл Белосвин с сетью крови, и мычание минотавров стало мучанием. Ненадолго.
У стены не на шутку схватились Розохрюн в парадном поварском фартуке с отточенным тесаком — и последняя из студенток. Брюнетка мстила за испуг и унижение блондинки с рыженькой, она явно была старостой курса, потому что швырялась заклинаниями со смертоносной быстротой. Вжух, свин отбил заклинание поварёшкой, а другое просто проглотил и смачно всхрюкнул от удовольствия, после чего сам перешёл в атаку. Зачарованный тесак мясника разрезал летящую в него ледяную стрелу, поварёшка бахнула магичку в лоб, а когда она отшатнулась, Розохрюн резким и опытным выпадом вспорол ей живот тесаком.