Страница 15 из 26
Я сглотнула, не в силах отвести взор от его плотно сжатых губ. Магия поцелуй-травы, которой мы только что наелись за столом, коварно смешалась с чистой, первобытной химией, вспыхнувшей между нами.
Я резко отдернула руку, чувствуя себя пойманной на месте преступления, и едва не споткнулась о скамью, поспешно отходя к подруге. Александр остался сидеть, шумно втягивая воздух через нос и пытаясь совладать с собственным телом, которое так не вовремя решило заявить о своих правах.
— Ну что? Не будете торопиться, ваш Александр сгинет, — сказала бабушка, меняя тему разговора.
— А как туда добраться? Долго идти? — спросил Игорь, смотря на часы.
— Сколько идти? У всех по-разному, — отрезала бабушка, завязывая потуже узелок своего платка. — Для кого-то это пара шагов, а кто-то всю жизнь плутает и дойти не может. Ну все! Вам пора.
— А провожатых нам дадите? — спросила подруга.
— Их ждать долго будете, а вам торопиться надобно, — ответила бабушка.
Мы дружно встали из-за стола. Стулья с грохотом отодвинулись. Я старательно прятала глаза, уставившись на гладкие половицы, лишь бы случайно не встретиться взглядом с Александром. Щеки все еще горели после того, как я вытирала его штанину, а в воздухе до сих пор витал густой, дурманящий шлейф поцелуй-травы и пролитого отвара.
— Вот вам, на дорожку, — бабушка протянула Марату сверток. — И помните: в пещеру должен войти тот, кто услышит свое имя. Только звать она будет не тем именем, которым вас здесь величают, а истинным. Тем, что в самой душе высечено. Кто первый свой зов признает, тот и должен шагнуть во тьму впереди всех. А теперь ступайте. Время ваше на исходе.
Александр, закинув за плечо рюкзак, двинулся к выходу. Проходя мимо меня в узком дверном проходе, он на секунду задержался. Его плечо намеренно и ощутимо прижалось к моему, заставляя мое сердце снова пуститься вскачь.
— Пойдешь сразу за мной, — не оборачиваясь, бросил он низким, хриплым голосом, от которого по спине пробежали мурашки. — И ни на шаг не отставай.
Он зашагал по направлению, указанным Марьей. Я замешкалась у двери, смотря ему вслед.
— Ничего себе! Я заметила как он на тебя зыркнул, — прошептала Ирина. — Он что, имеет на тебя виды?
— Нет, тебе показалось, — так же тихо сказала я.
— Ага, показалось ей, как же! — хмыкнула Ирина, легонько пихнув меня локтем в бок. — У него на лбу крупными буквами написано «мое, не трогать». Ты бы видела, как у него челюсть сжалась, когда ты его штанину вытирала. Там искры летели такие, что печь Марьи Ивановны могла сама собой зажечься!
— Лада! — меня тихо окликнул Олег, который шел позади нас.
Казалось он не хотел идти дальше.
— Что?
— Мне надо вернуться… Там позвонили и… Вообщем мне надо домой, пока не стемнело. Дорогу обратно я помню. Там еще и лодка осталась, доплыву.
— Ладно. Жаль, что ты не пойдешь с нами.
— А его жена дома ждет, — громко сказала с порога бабушка.
— Что такое вы говорите? — нервно заулыбался Олег. — Нет!
— Что нет, соколик? Хотел на время почувствовать свободу, как тебе кажется? А тут еще красивая девка подвернулась. Только она не твоя.
— Чушь несет! — прошептал мне Олег. — Старая, совсем из ума выжила. Какая жена? Короче, мне пора. Бизнес, неотложные дела. Пока!
Я проводила взглядом Олега, который чуть ли не бегом скрылся из вида.
— Лада! Ты идешь? — крикнула Ира.
— Иду! — сказала я и побежала догонять нашу компанию.
— А куда Олег делся? — спросила Ирина.
— Домой захотел. А бабушка сказала, что он женат. И откуда она все знает? — ответила я.
— Да что тебе мужики какие-то дефектные попадаются? — возмутилась Ира. — Путь тогда катится ко всем чертям.
Впереди послышался негромкий возглас Игоря. Мы вышли на небольшую прогалину.
Лес вокруг изменился до неузнаваемости. Деревья здесь стояли мертвые, скрюченные, словно застывшие в вечном безмолвном крике, а по самой земле стелился густой, молочно-белый туман, доходящий нам до колен.
— Странно. Туман обычно утром бывает, но никак не к вечеру! — сказал Игорь.
Туман не просто стелился, а медленно закручивался кольцами вокруг мертвых, скрюченных стволов деревьев, будто живой. От него веяло таким сильным могильным холодом, что у меня мгновенно перехватило дыхание, а зубы начали выбивать дробь
— Бабушка же предупреждала, — почти шепотом сказала Ира, сильнее сжимая рюкзак. — Время до полуночи на исходе. Пещера уже близко, этот туман — ее дыхание. Оно чует нас... Чувствуете страшно как-то, что аж дыхание замирает…
— Уууу… Кругом духи и чужие миры! — зловещеческим голосом промычал Марат, пугая Ирину.
Ирина испуганно вскрикнула, отпрыгнула в сторону и со всего размаху влепила Марату легкий подзатыльник.
— Марат! — в сердцах выдохнула она, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу. — У меня и так поджилки трясутся, а ты еще со своими шутками дурацкими! Нашел время привидений корчить!
Марат потер ушибленное место, но довольно захихикал. Его мальчишеская выходка на секунду разбавила жуткое напряжение, от которого у нас действительно перехватывало дыхание. Даже туман вокруг, казалось, на мгновение замер от такой неуместной наглости.
Мы сделали еще несколько шагов и туман резко расступился. Прямо перед нами, в склоне покрытой мертвым мхом скалы, зияла огромная черная дыра. Вход в пещеру выглядел как раскрытая пасть какого-то чудовища.
Самое жуткое было в том, что из этой темноты не пахло сыростью или плесенью. Оттуда доносился едва уловимый, рваный гул, похожий на шум далекого мегаполиса: далекий гудок кареты, обрывок непонятной музыки, шелест крыльев и... тихий, едва различимый звук колокольчика.
— Это что? Реально вход в другой мир? — засмеялся нервно Игорь.
— Что-то пещера никого не зовет по имени, — усмехнулся Марат. — Может устроим тут привал? Смотрите тут дерево упало. На него можно всем уместиться. А вот тут камни. Из них сделаем подобие мангала… Обжарим грибы, хлеб на костре. Знатный ужин получится! Ириш, доставай из сумки все съестное.