Страница 13 из 26
— Ты дрожишь вся! — спохватился он и посмотрел в мои глаза. — Пойдем в дом, поедим? Там бабушка снова картошку приготовила с отваром из трав.
— Пойдем, — тихо ответила я, хотя внутри все похолодело.
Мне бы рискнуть и спросить последнего человека - Александра о прошлой ночи и празднике. Но я все еще боялась взглянуть ему в глаза.
Зайдя на кухню, я села рядом с Олегом и уткнулась взглядом в свою тарелку, стараясь не смотреть по сторонам. Однако, боковым зрением я все же скользнула по сидящим за столом. Мое сердце пропустило удар.
Напротив Игоря и Марата, сидел он. Александр. Вся наша компания вела себя шумно, но Александр сидел абсолютно неподвижно, не прикасаясь ни к картошке, ни к отвару из лесных трав.
Его мощные плечи были напряжены, а огромные черные глаза, о которых утром с таким восхищением говорила Ира, были устремлены прямо на меня. В его взгляде не было той фальшивой беззаботности, с которой Олег, Игорь и Марат разыгрывали это «утро после мирного сна». Александр смотрел на меня так, словно ждал, когда я наконец наберусь смелости и встречусь с ним глазами.
— Лада, ну чего ты замерла? Пей, пока горячий, — Олег заботливо подвинул ко мне глиняную кружку с темным, пахнущим болотной свежестью отваром.
Он положил руку мне на плечо, как будто мы с ним уже давно встречаемся. Его пальцы слегка сжались, словно безмолвно приказывая подчиниться.
Я почувствовала, как Александр за столом едва заметно вздохнул, откинувшись на стуле.
— Спасибо, бабушка! — сказала Ирина. — Вы нас просто спасли! А теперь нам надо идти дальше. Кстати, подскажите дорогу к шаману и той пещере, о которой вы говорили.
Бабушка, собиравшаяся отойти от стола, медленно повернулась. На ее сморщенном лице промелькнула странная, едва уловимая тень, но она тут же нацепила на себя прежнюю добродушную улыбку, хотя ее глубоко посаженные глаза оставались холодными.
— К шаману, значит? В пещеру?.. — тихо проскрипела старуха, перебирая пальцами край своего фартука. — Молодые, горячие... Дорога туда непростая, через черную топь идет. Без провожатого сгинуть можно.
— А кто из ваших может нас проводить через топь? — спросил в надежде Игорь.
— Васька может или Иван… Только они сейчас на дальнем покосе, — добавила бабушка. — К полудню вернутся, не раньше. Так что сидите пока. Может за мою доброту поможете мне по хозяйству?
— Да, конечно. А что нужно сделать? — заинтересовался Игорь и уже начал закатывать рукава.
— Дрова наколоть надо, соколики, да в поленницу сложить. Вон, за сараем целая гора чурок лежит, — бабушка указала узловатым пальцем в сторону окна. — Стара я стала, спина совсем не держит. Поможете — и я вам про пещеру побольше расскажу, чего другие и не знают.
— Без проблем, бабуль! Заодно и разомнемся перед дорогой, — Марат лихо вскочил из-за стола, увлекая за собой своего отца и дядю.
Олег тоже поднялся, бросив на меня короткий взгляд:
— Лада, ты посиди тут, отдохни пока. Мы быстро.
— Девки пусть тоже идут, — скомандовала старушка. — Помогут вам аккуратно все сложить.
— Вот еще, женщинам тяжести таскать, — недовольно буркнул Олег, но спорить со старухой не решился.
Бабушка лишь сухо зыркнула на него из-под кустистых бровей, и парень примирительно поднял руки, выходя на крыльцо вслед за остальными. Ирина, весело щебеча, сразу побежала догонять Игоря, Александра и Марата. Я медленно поднялась со стула, так и не успев позавтракать.
— Что замерла, красавица? — раздался сзади скрипучий голос. Бабушка стояла у печи, но смотрела прямо на меня. — Иди, иди. Помоги своим. Только отвар-то свой... допила бы. Силы на дворе понадобятся.
Я молча кивнула. Взяла железную кружку с отваром и выпила. Стоило сделать последний глоток, как по телу разлилось тепло, а мысли на секунду подернулись легким туманом.
— Вот и ладно, вот и умница, — удовлетворенно прошамкала старуха, и ее глаза на миг блеснули торжеством. — Теперь ступай, работа ждет.
Я вышла из дома. Во дворе вовсю кипела работа: Игорь размашисто махал колуном, с треском раскалывая березовые чурбаки, Марат и Олег подтаскивали новые бревна, а Ирина с улыбкой складывала наколотые дрова в аккуратную поленницу. Александр тоже взял колун, и искоса посматривая на меня, принялся за работу.
— Лада, иди помогать! — весело крикнула Ирина, кивая на охапку только что расколотых плашек. — Давай к поленнице их, поближе к Александру.
— Иду! — отзываюсь я, удивляясь тому, как легко и послушно звучит мой собственный голос.
Я подошла к куче свежих, пахнущих соком плашек, наклоняюсь и беру охапку. Нечаянно, проходя мимо Александра я потеряла равновесие. От резкого движения полено выскользнуло из моих ослабевших рук и с глухим стуком рухнуло прямо на ногу Александру.
Он глухо, протяжно застонал, точь-в-точь как в моем сне. Этот звук мгновенно пробил туман в моей голове, заставив сердце бешено заколотиться. Александр замер, медленно опустил колун и посмотрел на меня своими огромными, черными глазами.
Время остановилось, и на мгновение мне показалось, что мы снова стоим посреди того леса. Он прижимает меня к дереву и тяжело дышит прямо в шею, успевая расстегивать кофту, чтобы дотронуться до груди.
— Лада! — резкий, как пощечина, голос Олега заставил меня вздрогнуть и вырвал из этого секундного, но пугающе осязаемого наваждения.
Образ ночного леса, шершавая кора дерева за спиной и горячее, тяжелое дыхание Александра у моей шеи растворились в ярком дневном свете, оставив после себя лишь покалывание на коже и бешеный стук сердца.
Александр стоял передо мной, тяжело опираясь на колун, а его огромные черные глаза смотрели на меня с такой неистовой силой, будто он сам только что пережил это мгновение вместе со мной.
— Эй, ты в порядке? — Олег уже подошел вплотную и бесцеремонно перехватил меня за локоть, уводя в сторону от Александра. — Ты как будто зависла. Дровами кидаешься... Точно перегрелась.
— Я в полном порядке. Просто наступила на полено и потеряла равновесие.
Александр тем временем молча наклонился, поднял злополучное полено и с глухим стуком швырнул его в общую кучу. На его лице не дрогнул ни один мускул, но я видела, как тяжело вздымается его широкая грудь. Он снова взялся за топорище, повернувшись к нам вполоборота. Его фигура в этот момент казалась пугающе огромной.