Страница 30 из 95
Перед внутренним взором постепенно начали всплывать не слова, не спор и не голоса Совета, а отдельные образы, которые он не произносил ни разу и не позволял себе формулировать даже мысленно до конца.
Река в человеческом городе.
Тихая поверхность воды, которая казалась слишком спокойной для места, где мир людей соприкасался с чем-то большим, чем он способен был объяснить.
Женщина, стоящая у берега так естественно, будто она принадлежит этому месту, и одновременно совершенно ему не принадлежала.
Она не искала ничего необычного и не ждала чуда. И именно поэтому всё необычное само нашло её.
Лиор помнил, как она не сразу заметила его присутствие.
А когда заметила, в её взгляде не появилось ни узнавания, ни страха, ни той реакции, к которой он привык за столетия своей жизни.
Только короткое человеческое недоумение, в котором было больше реальности, чем во всех официальных залах Эйрилона вместе взятых.
Он тогда не приблизился. Не представился. Не вмешался.
Он просто наблюдал, оставаясь в тени, как привык делать всегда, когда ситуация ещё не требует вмешательства, но уже начинает выходить за пределы случайности.
И именно тогда произошло то, что он до сих пор не позволял себе называть напрямую.
Старуха у воды подняла руку, и в этот момент воздух вокруг реки изменился так, будто сама ткань мира на мгновение стала тоньше.
Лиор почувствовал это сразу. Не глазами и не разумом.
Чем-то гораздо более древним, чем логика и наблюдение.
Перо появилось в её ладони так естественно, словно оно всегда принадлежало этому моменту. И в этом не было иллюзии или трюка. Не было ошибки.
Только факт, который не вписывался ни в одну из известных ему закономерностей.
Он не вмешался тогда. И это было решением, о котором он не сожалел и не гордился.
Просто констатация. Потому что вмешательство в тот момент ничего бы не изменило.
Лиор медленно опустил взгляд на собственную ладонь, словно пытаясь вернуть себе ощущение контроля над происходящим.
Но контроль не возвращался так, как он привык.
В памяти всплыл другой образ — более ранний, не менее чёткий, но ещё более закрытый.
Озеро Мирай.
И женщина, которую он видел там до того, как события начали складываться в цепь, от которой теперь нельзя было отступить.
Он долго стоял у окна, не двигаясь.
И только спустя несколько мгновений тихо произнёс, почти беззвучно, так, чтобы эти слова остались только внутри него самого:
— Это не должно было совпасть.
Но совпало.
И теперь в его мире существовало нечто, чего не должно было существовать одновременно.
Два следа. Два пера.
И одна женщина, которая пока ещё не понимала, что её жизнь уже перестала быть только её собственной.
И на мгновение ему показалось, что этот человек и тот, кто стоял у реки, — два разных существа. Он медленно выпрямился.
— Если бы ты знала, кто я, — произнес он уже тише, — ты бы смотрела иначе.
Пауза.
И почти сразу — другое, уже более холодное:
— Но ты не знаешь.
Он отвернулся и пошел дальше по галерее. Шаги звучали ровно. Как всегда. Как положено наследнику.
Но внутри уже появилось то, чего не было там раньше. Трещина. Небольшая. Едва заметная.
И именно такие трещины первыми разрушают стены, которые кажутся вечными.
Когда Лиор подошёл к восточному крылу дворца, солнце уже окончательно скрылось за облаками, уступив место холодному сиянию двух лун.
В этой части дворца всегда было тихо. Сюда редко заходили без приглашения.
Высокие двери из светлого дерева распахнулись почти сразу, словно хозяйка давно почувствовала его приближение.
— Ваше Высочество, — с улыбкой произнесла служанка, слегка поклонившись. — Госпожа Серания просила, чтобы вас проводили сразу.
Лиор лишь коротко кивнул. Он хорошо знал дорогу. Пройдя длинную анфиладу комнат, он остановился перед открытой дверью.
Серания стояла у высокого окна спиной к нему.
Тонкое платье цвета ночного серебра мягко струилось по полу, а четыре золотистых крыла были сложены за спиной так изящно, словно являлись продолжением её силуэта.
Она не обернулась сразу.
— Совет закончился? — спросила она, продолжая смотреть на вечерний город.
— Несколько минут назад.
— Судя по тому, что ты пришёл ко мне, всё прошло хуже, чем я ожидала.
Лиор тихо усмехнулся.
— Ты по-прежнему читаешь меня лучше всех.
Только тогда она повернулась.
Серания была удивительно красивой женщиной. Не той красотой, которая ослепляет с первого взгляда, а той, которую начинаешь замечать постепенно. Правильные черты лица, светлая кожа, длинные волосы цвета тёмного мёда и спокойные зеленые глаза, в которых почти никогда нельзя было прочитать её настоящие мысли.
Она подошла ближе. Не торопясь. Остановилась совсем рядом.
— Ты выглядишь усталым.
— Сегодня многие говорили.
— А ты слишком много слушал.
Она подняла руку и осторожно поправила выбившуюся прядь его волос. Жест был настолько привычным, что Лиор даже не подумал отстраниться.
— Архонт снова оказался прав? — спросила она негромко.
— Хуже.
— Значит, прав оказался кто-то другой?
Лиор посмотрел ей в глаза и устало улыбнулся.
— Боюсь, сегодня правых было слишком много.
Серания тихо рассмеялась.
— Тогда Эйрилон ждут тяжёлые времена.
Несколько секунд они просто молчали.
Она первой нарушила тишину.
— Это связано с Наследницей?
Лиор поднял взгляд На мгновение ему захотелось ответить честно. Рассказать обо всём. О пророчестве. О споре с отцом. О женщине, которая каким-то образом уже успела изменить привычный ход его мыслей. Но он промолчал. Потому что привычка хранить государственные тайны была сильнее желания разделить с кем-то тревогу.
Серания заметила это сразу. Она знала его слишком давно.
— Значит, связано, — тихо сказала она.
В её голосе не было ни ревности, ни любопытства. Только понимание.
Она сделала ещё один шаг и, положив ладони ему на грудь, негромко произнесла:
— Иногда мне кажется, что ты приходишь ко мне не потому, что тебе нужен покой.
Лиор вопросительно посмотрел на неё.
— А потому, что здесь ты можешь хотя бы ненадолго перестать быть наследным принцем.