Страница 65 из 76
Он с силой захлопнул тяжелую стальную дверь сейфа.
И в ту же секунду, когда раздался глухой металлический хлопок, старинные часы на камине пробили двенадцать раз. Полдень.
И одновременно с двенадцатым ударом часов, откуда-то с улицы, со стороны Невы, донесся оглушительный, раскатистый взрыв, от которого задрожали толстые стены дворца.
Война началась…
* * *
Первый взрыв был лишь прелюдией. За ним последовал второй, третий, четвертый. Они слились в непрерывный, оглушительный грохот, от которого, казалось, содрогалась сама земля. Это был методичный, выверенный артиллерийский обстрел. Кто-то, находясь на другом берегу Невы, планомерно, квадрат за квадратом, обрабатывал внешний периметр обороны имения Голицыных.
— Докладывай! — рявкнул князь, бросаясь к своему рабочему в центре своего подземного бункера.
Он успел спуститься сюда за те первые несколько минут, что прошли после первого взрыва. Подвал дворца на самом деле был огромным, многоуровневым командным центром, способным выдержать прямое попадание авиационной бомбы. Отсюда, как на ладони, он мог видеть все, что происходит на поле боя.
— Противник ведет огонь из мобильных артиллерийских установок, ваше сиятельство! — доложил один из операторов, не отрываясь от своего экрана. — Бьют по внешним заграждениям и барьеру дворца!
— Барьер! Что с барьером⁈ — Голицын смотрел на главный экран, где над его имением мерцал, идя волнами от попаданий, полупрозрачный купол защитного поля.
— Энергия на восьмидесяти процентах! Держим! Но бьют очень плотно! Используют снаряды с пылевым зарядом, пробивная способность очень высокая!
Снаружи донесся новый звук — визг рвущегося металла и рев мощных двигателей. На экранах появились изображения. Несколько тяжелых, бронированных штурмовых машин, похожих на гигантских черепах, таранили чугунную ограду имения, сминая ее, как картонную. За ними, прикрываясь броней, двигалась пехота — бойцы в черной форме, те самые «волкодавы» Строгановых.
— Огонь! Огонь по штурмовым машинам! — приказал Зарубин, координируя оборону.
Гвардейцы Голицына, укрывшиеся в заранее подготовленных огневых точках, открыли шквальный ответный огонь. Тяжелые пулеметы, автоматические гранатометы, снайперы-Кинетики — все это обрушилось на атакующих.
Но князь, глядя на это, не испытывал страха. Наоборот, на его лице появилась торжествующая улыбка. Он ждал этого. Он был готов.
— Активировать «Последний рубеж»! — приказал он.
Оператор откинул прозрачную крышку и повернул ключ на отдельной панели.
И в тот же момент весь ландшафт вокруг дворца пришел в движение. Идеально подстриженные газоны, клумбы с розами, мраморные фонтаны — все это с гидравлическим шипением начало уходить под землю или разваливаться в разные стороны. А из-под земли, вырастая, как зубы дракона, поднимались стальные стены, бетонные доты, противотанковые укрепления и целые секции траншей, облицованных броневыми листами. За несколько секунд изящный дворцовый парк превратился в настоящий укрепрайон, в лабиринт смерти, где каждый метр простреливался с нескольких точек.
— Вот так, сучка, — прошипел Голицын, глядя на главный экран. — Попробуй теперь, возьми меня.
Это была его главная гордость. Его «сюрприз». Система обороны, которую он тайно, в течение нескольких лет, монтировал под своим имением. Он заплатил целое состояние инженерам, подкупил десятки чиновников, чтобы получить разрешение на «прокладку новых коммуникаций». И теперь его вложения окупались сторицей.
Штурмовые машины Строгановых, прорвав внешний периметр, оказались в западне. Они уперлись в стальные стены, оказавшись в узких коридорах, где их тут же начали расстреливать в упор из безоткатных пушек. Одна из машин, получив несколько попаданий в борт, задымила, перегородив проход. Пехота, лишившись прикрытия, была вынуждена залечь, ведя огонь из-за обломков. Атака захлебнулась.
— Так держать, Зарубин! — торжествующе крикнул Голицын. — Жгите их! Жгите этих псов!
Он был в эйфории. План работал. Его гвардейцы, укрытые в неприступных дотах, методично расстреливали атакующих. Потери у Строгановых должны были быть огромными. А у него — минимальными. Нужно было просто продержаться. Продержаться пять часов. Через пять часов с Урала должны были прибыть его лучшие сибирские батальоны, две тысячи закаленных в боях с аномальными тварями головорезов, которые сметут остатки строгановских «волкодавов» и раскатают их в кровавый блин.
— Жаль, конечно, что придется покинуть Империю, — с долей сожаления подумал князь, наливая себе в бокал коньяк из хрустального графина. — Но ничего. У меня есть счета, о которых не знает никто. Даже эта всезнающая девчонка. Этого хватит, чтобы не просто безбедно жить, но и чтобы собрать новую армию. И вернуться. Я обязательно вернусь. И тогда ты, Николай, и ты, сопливая баронесса, умоетесь кровью…
Он поднес бокал к губам, собираясь сделать победный глоток.
И в этот момент один из опорных пунктов его обороны, самый мощный, расположенный на центральном направлении, вдруг превратился в огненный шар. Огромный, белый, ослепительный шар, который на мгновение залил светом все вокруг, а затем взорвался изнутри с такой силой, что взрывная волна докатилась даже до бункера, заставив его содрогнуться.
Князь поперхнулся коньяком.
— Что это было⁈ — прохрипел князь, глядя на дымящуюся воронку на месте дота.
— Не знаю, ваше сиятельство! — растерянно ответил оператор. — Похоже на детонацию боекомплекта! Но как⁈ Его защита…
— Что со связью⁈ Свяжитесь с командиром сектора!
— Связи нет, ваше сиятельство! Все каналы молчат!
Голицын в ярости стукнул кулаком по столу.
— Что значит «связи нет»⁈ Если ее нет, то как, черт возьми, я смотрю эту трансляцию⁈
— Потому что я так хочу, — раздался в его ушах тот же самый, до тошноты знакомый, звонкий девичий голос, лившийся из динамиков.
Князь дико огляделся. Операторы в бункере замерли, глядя на него с испугом.
— Наслаждайся своим триумфом, пока можешь, дедуля, — ехидно продолжил голос. — Правда, недолго. Тебе же еще надо успеть сдохнуть сегодня. Как бешеной псине!
И голос исчез. В тот же миг все операторы, как по команде, убрали руки со своих консолей и сняли наушники.
— Ваше сиятельство, — сказал один из них, поворачиваясь к князю, его лицо было белым от ужаса. — Системы не отвечают. Мы полностью потеряли управление обороной.