Страница 12 из 76
Глава 4
Прошел месяц, за который маньчжурский фронт, до этого трещавший по швам и медленно, но неумолимо откатывавшийся назад, закреплялся на новых рубежах. Разгром большого участка фронта, причем не в затяжных боях, а в ходе одной стремительной операции, стал для японского командования таким шоком, что они просто остановили все активные действия, лихорадочно пытаясь понять, что, черт возьми, произошло.
Я стоял на капитанском мостике флагмана моей небольшой эскадры, и смотрел на карту, развернутую на голографическом столе. Карта была живой. Красные иконки японских подразделений, еще месяц назад уверенно ползшие на запад, теперь топтались на месте, перегруппировывались, строили новые оборонительные порядки. А в самом центре, на месте нашего прорыва, зияла огромная дыра, которую они не решались заткнуть, опасаясь повторения.
— Анализ разведывательных данных за последние сутки завершен, хозяин, — раздался в моей голове бодрый голос Алисы. Ее аватарка в виде серьезной аналитической дамы в очках сменилась на чиби-версию в адмиральской фуражке. — Потери противника в результате операции «Маньчжурский гамбит» составили: личного состава — четыре тысячи триста сорок семь человек убитыми и тяжелоранеными, включая полковника Косигаву и весь его штаб. Уничтожено: артиллерийских батарей двенадцать, складов с боеприпасами и ГСМ семь, узлов связи девять. Подавлены и частично уничтожены отдельные роты полевых Кинетиков. Наши потери: восемьсот шесть убитых и тяжелораненых. Общая оценка: операция прошла с эффективностью, превышающую расчетную. Кто молодец? Я — молодец!
— Ты молодец, кто бы спорил, — усмехнулся, делая глоток остывшего кофе. — Что по нашим китайским союзникам?
— О, тут все гораздо интереснее, — хихикнула Алиса, и ее аватарка игриво подмигнула. — Маршал Сюань Дэ, получив от тебя списки предателей, сопровожденные неопровержимыми доказательствами в виде записей переговоров, устроил такую охоту на ведьм, что инквизиция сгорела бы со стыда. За последнюю неделю на импровизированных виселицах в тыловых гарнизонах болталось сто двадцать семь офицеров, от лейтенантов до генералов. Включая двух родственников военного министра и одного троюродного племянника самого Императора.
Я представил себе эту картину и невольно поморщился. Я, конечно, понимал, что без чистки этот прогнивший организм не вылечить, но такая публичная и кровавая бойня могла привести к непредсказуемым последствиям. Старая аристократия так просто не сдается.
— В Пекине, — продолжала Алиса, — сейчас творится сущий ад. Двор разделился на два лагеря. «Партия националистов», которая требует выдать им твою голову на блюде, и «партия реформ», которая, наоборот, требует дать тебе еще девять дивизий, как договаривались изначально. Маршал Сюань Дэ пока держится, опираясь на поддержку «реформистов» и неоспоримый факт — фронт стабилизирован. Но на него давят со страшной силой.
— Что и требовалось доказать, — пробормотал я. — Заварил кашу, теперь придется ее расхлебывать.
На самом деле, все шло точно по плану. Я не просто разгромил японский полк и окружающие его подразделения. Я бросил камень в вонючее болото китайской политики, и теперь круги от этого камня расходились все шире, вынося на поверхность всю гниль и грязь. Мне нужно было, чтобы они сами, своими руками, перегрызли друг другу глотки, ослабив старые кланы и открыв дорогу новым, более прагматичным силам. Силам, с которыми можно было договариваться.
— Кстати, о последствиях, — голос Алисы снова стал серьезным. — Помнишь тех двух аристократов, которые прилетали из столицы с «особыми полномочиями» и пытались отбить своего повешенного братца? Старшенький, аналог графа Цянь, вернувшись в Пекин, развил бурную деятельность. Он теперь твой личный враг номер один. По его заказу уже работают три группы наемников-Кинетиков. Цель — твое устранение. Две из них уже нейтрализованы силами китайской контрразведки, лояльной маршалу. Но третья, самая опасная, пока в тени. Будь осторожен.
— Спасибо за предупреждение, дорогая, чтобы я без тебя делал⁉ Но и ты знаешь, после тех событий в Крыму, я всегда настороже.
Это была правда. Я ни на секунду не расслаблялся. Мои «волкодавы» во главе с Матвеевым несли охрану по тройному периметру. Дроны-разведчики круглосуточно патрулировали небо. Алиса мониторила все каналы связи в радиусе двухсот километров, отсеивая любой подозрительный трафик. Я превратил наш лагерь в маленькую, неприступную крепость.
На экране коммуникатора вспыхнул сигнал вызова. Генерал Воронцов, мой любимый тесть.
— Слушаю, Александр Сергеевич, — ответил ему, активировав видеосвязь.
На экране появилось знакомое, суровое лицо генерала. Он был в парадном мундире, что было странно. Обычно он предпочитал простую полевую форму.
— Здравствуй, Кирилл. Не отвлекаю?
— Никак нет. Как раз наслаждаюсь утренним кофе и отчетами о проделанной работе.
— Хорошая работа, — коротко кивнул Воронцов. — Очень хорошая. В Петербурге ваш «Маньчжурский гамбит» произвел фурор. Наследник лично докладывал Императору. Твои акции, парень, взлетели до небес.
— Рад стараться, ваше превосходительство.
— Брось ты это, — отмахнулся генерал. — Я звоню по делу. Ты в ближайшее время нужен в Пекине.
— Что-то случилось? Японцы готовят контрудар?
— Хуже, — усмехнулся Воронцов. — Дипломатия. Китайский Император, под давлением маршала Сюаня и «партии реформ», решил тебя наградить. Лично. Орденом Нефритового Дракона второй степени. Это неслыханная честь для иностранца и максимально, что может в принципе получить лаовай! Будет большой прием во дворце, вся знать, послы. Отказаться нельзя.
Я мысленно застонал. Приемы, балы, пустая болтовня с напудренными аристократами… Хуже этого для меня была только зубная боль.
— Понимаю твое кислое лицо, — снова усмехнулся тесть, он прекрасно знал мою «любовь» к подобным мероприятиям. — Но это необходимо. Это политический акт. Таким образом Император публично покажет, на чьей он стороне. Весь остальной контракт скорее всего решится именно там.
Это меняло дело. Ради такого стоило потерпеть несколько часов в душной компании придворных павлинов.
— Когда вылетать? — коротко спросил я.
— Завтра утром. За вами пришлют специальный борт. И да, — Воронцов на мгновение замялся, — возьми с собой Лену. Ее присутствие обязательно. Она, как-никак, тоже Строганова. И Воронцова. Это удвоит политический вес вашего визита.
— Понял. Будет сделано.