Страница 58 из 78
Глава 20
Участники торжества потом рассказывали, что все прошло великолепно. Я бы, может быть, присоединилась к их мнению, да вот беда: день собственной свадьбы я запомнила не целиком. При попытке выстроить события по порядку в голове мутилось, а потом перед глазами всплывали обрывочные, хотя и яркие, картинки.
Вот меня будят дети — всем скопом врываются в спальню, тормошат меня, обнимают и хором желают разнообразных приятностей. Потом их деловито выпроваживает Молли, улыбается мне из дверей и обещает скоро вернуться, чтобы помочь мне облачиться в свадебный наряд.
Вот я еду в экипаже к храму пресветлой Ливы. Дверца кареты открывается, и меня встречает Риан в парадном мундире. Я на мгновение слепну от блеска его наград, и только потом смотрю ему в глаза. Он очень счастлив… и я тоже? Да, именно так: я счастлива.
Вот служитель храма произносит речь, желает нам любви, согласия и множества детей. Потом надевает нам на руки брачные браслеты, и они вспыхивают ярким зеленоватым светом, подтверждая: Лива благословила наш союз.
Вот наступает время приема. Гости поздравляют нас, Риан хохочет над чем-то во весь голос, и я смеюсь с ним заодно. Мы теперь «одна сатана», так что все правильно.
Кева смотрит на нас с умилением, вроде бы даже слезы блестят у нее на глазах. А вот Броган Каннингхэм чем-то недоволен. Его лицо кривится в злой гримасе, но скоро он берет себя в руки и приобретает бесстрастный вид. Не думаю, что искренний.
Вот наконец прием подходит к концу, и муж уверенно тащит меня в сторону спальни. Одной рукой растворяет двери, другой вталкивает меня внутрь и тут же прижимает к груди. Молчит минуту, другую, а потом тихо произносит:
— Ты представить себе не можешь, как я рад, что моей женой стала именно ты. Я люблю тебя, Элис. Больше жизни люблю, и… ради всех богов, идем в постель!
Этой ночью я еще успела порадоваться, что в Альбионии не приняты всякие глупости, вроде проводов новобрачных к семейному ложу или, к примеру, пения под их окном похабных песенок, «чтобы слаще любилось».
Нам и так любилось отлично. До рассвета я не единожды убедилась в том, что драконы и впрямь любят своих женщин «со всем прилежанием». А еще — с вниманием, нежностью и лаской. В прежнем мире мне и не снилось такое, а тут… я бы покраснела, но было некогда: очень уж хотелось показать своему мужу, насколько сильно я люблю его.
К утру мы совершенно выбились из сил. За окнами особняка Макгро медленно начинался день. Риан оглядел меня и хмыкнул:
— Вот именно так должна выглядеть новобрачная… если, конечно, ее брак не был фиктивным.
— Ну, наш-то союз фиктивным никак не назовешь, — с этими словами я уютно устроилась на плече своего дракона. — Знаешь, что пришло мне в голову?
Риан шутливо щелкнул меня по носу.
— Это моя реплика! Я должен этак романтично вздохнуть и спросить «о чем ты думаешь, дорогая». А ты обязана пикантно покраснеть и прошептать «о тебе, любимый». Но что-то, как я вижу, краснеть ты не собираешься. Значит, думала не обо мне. И как только посмела отвлекаться на посторонние размышления⁈
Последнюю фразу он грозно пророкотал мне прямо в ухо и принялся щекотать меня самым возмутительным образом. Я хохотала и уворачивалась, потом мы дрались подушками, и только одержав надо мной сокрушительную победу, Макгро наконец поинтересовался:
— Так о чем же ты думала, драгоценная моя супруга?
Я потрясла головой, чтобы хоть немного упорядочить болтавшиеся в ней мысли, и объяснила:
— Нам же полагается свадебное путешествие? Давай отправимся к Белым скалам. Только сначала я должна навестить профессора Макдонахью. Мы же порешили, что надо попросить его об еще одном обследовании. Пусть скажет, что во мне такого… направляющего.
Риан задумчиво покивал и осмотрел меня так, будто рассчитывал сам найти во мне след ментальной перестройки организма.
— К Макдонахью съездим завтра. А сегодня, если ты не забыла, у нас еще одно празднество.
— Батюшки, ведь и правда! — вторая часть свадебных торжеств абсолютно вылетела у меня из головы. — Чего ж мы валяемся, Риан⁈ Надо предупредить Кеву. Позвать гостей. Накрыть столы… а у нас еще и угощение не готово! Да вставай же ты, лентяй!
Муж тоскливо поморщился.
— Боги, зачем только я тебе напомнил! Лежали бы сейчас спокойно… ну ладно, не спокойно, но…
— И не лежали бы! — обличительно воскликнула я. — С тобой полежишь, пожалуй. Все, первая брачная ночь закончилась. Поднимайся, и пойдем завтракать. Пока едим, обсудим, как провернуть все побыстрее.
На наше счастье, оказалось, что генеральша Макгро привыкла начинать утро рано. Когда мы, зевая и вяло пикируясь, выплыли в столовую, там уже был накрыт завтрак. А Кева сидела за столом, невозмутимо попивая кофе.
— Доброго утра, новобрачные. Что-то вы рано, — усмехнулась она. — Поспать-то сумели хоть немного?
От нашего дружного вздоха на окнах заколыхались портьеры.
— Кева, у нас же сегодня праздник для своих, — жалобно протянула я. — А ничего не готово. Я прямо не представляю, за что хвататься. Может, вы еще немного… эм… покомандуете?
Генеральша рассмеялась.
— Я так и думала, что придется еще немного потрудиться. Поэтому раздала часть приказаний вчера. Еду в приют привезут новые управляющие из «Жирного гуся». Заодно оценим, что за наследство получила твоя воспитанница. Кто-то из твоих детей должен был сбегать с приглашением в бордель Крольчихи Лу. Я верно подумала, что их ты тоже захочешь увидеть? Классные комнаты в приюте уже готовы, в одной из них можно будет поставить столы для угощения. Дети должны все приготовить. Так… что еще?
Я только глазами хлопала. Вот что значит уметь руководить. Все организовалось как будто само собой. Нам оставалось только доехать до приюта, — и можно было начинать праздновать.
— Ну, похвали меня, дорогая, и пойдем одеваться, — подмигнула моя спасительница. — Риан, как всегда, напялит мундир и будет готов. Нам с тобой так легко не отделаться.
* * *
В приюте царил подлинный бедлам. Мы вышли из экипажа у ворот, да так и застыли возле ограды, не входя во двор.
Туда-сюда носились дети со стульями, полотенцами, посудой и разной кухонной мелочевкой. На крыльце, уперев руки в бока, стояла миссис Джонсон, и хохотала от души. Одновременно она командовала моими воспитанниками.
— Ну-ка, вы двое, Майкл и Питер, протрите стулья начисто, и несите в ту комнату, что с голубыми обоями. Что с вами сделаешь, бестолковцы? Небось, как мертвяков гонять, — так вы первые, а стулья протереть и нету вас.