Страница 32 из 78
Макгро поднес стакан к носу и втянул аромат напитка. Лицо у него сделалось мечтательным.
— Запах зеленых холмов Эрин, — понимающе произнес Киаран. — Наслаждайтесь, господа.
После того, как он отошел от нашего столика, лицо Макгро опять посерьезнело.
— Видишь ли, Элис, — пояснил он, — Каннингхэм в некотором смысле влиятельнее меня. Он возглавляет Тайную службу королевства. Иногда он предстает в роли простого дознавателя, но у него есть и другое лицо. И лучше бы тебе с ним не встречаться.
Я отхлебнула виски и замерла. Как всякий хороший алкоголь, он был не жгучим, а мягким, словно нагретый солнцем бархат. И вызывал не опьянение, а хмельное удовольствие. По крайней мере, мой мир после одного глотка стал куда гармоничнее, чем был до этого.
Такой напиток не мог помешать мне соображать.
— Погоди, — вспомнила я. — Ты рассказывал ему о своем плане разговорить отца так, словно доверяешь ему государственную тайну. Он что, до твоего рассказа был не в курсе всего вот этого… про поисковый артефакт и Сердце дракона?
Герцог насмешливо прищурился.
— Ты что, всерьез полагаешь, что при дворе наместника Альбионии существует всего одна группировка? Мои союзники и служба Брогана придерживаются разного мнения насчет главной драконьей святыни. Мы тратим много сил на то, чтобы найти и активировать ее. Они предпочли бы, чтобы ее вообще не существовало. Чтобы легенда оставалась легендой.
Это был подходящий шанс расспросить дракона, и я его не упустила.
— Скажи, а что это вообще такое — Сердце дракона? Я ни разу ничего о нем не слышала до тех пор, пока не попала… пока не познакомилась с тобой.
Риан тоже сделал глоток виски, прижмурился от наслаждения и только после этого ответил:
— У нас есть легенда. Некогда в белых скалах жил огромный, грозный дракон. Он наводил ужас на всю округу. Чтобы умилостивить чудовище, люди несли ему золото и драгоценности, обеспечивали его едой. Приносили ему в жертву рабов и самых красивых девственниц.
Однажды дракон возомнил о себе слишком много. Решил, что он хозяин Вселенной, повелитель Мироздания. И собрался присвоить себе солнце, чей блеск не давал ему покоя. Дракон взлетел в облака и устремился вверх. Он летел и летел, и в конце концов подобрался к солнечному диску совсем близко. Дракон не учел одного: солнце не только светит и греет — оно способно сжечь все живое.
Крылья ящера вспыхнули, точно бумага, и он рухнул вниз, на скалы. От гигантского дракона осталась лишь куча пепла, а в самой ее середине — целое и невредимое сердце зверя. Оно, хоть и совсем медленно, продолжало биться.
Предание говорит, что это сердце по сей день лежит где-то в пещере среди белых скал. Что ты так смотришь, Алисия? Что такого удивительного я сказал?
И почему, интересно, они ищут Сердце дракона, если легенда прямо говорит о том, где оно?
— Скажи, а белые скалы — это… абстрактное понятие? Или географическое название?
Теперь Риан смотрел на меня с таким изумлением, точно у меня открылся третий глаз.
— Я всегда считал, что это просто какие-то скалы… но ты права, на западе, у самого океана есть такое место… как я мог забыть?
— А что вам даст эта реликвия, если вы найдете ее?
Легенда была поучительная, ничего не скажешь. Но зачем сердце этого гордеца из предания понадобилось сегодняшним драконам? Я бы сказала, что они и без реликвий прекрасно справляются — свою исконную родину вернули, жизнь постепенно налаживают.
Макгро между тем нахмурился.
— Как ты думаешь, Алисия, почему мы так охотно берем в жены человеческих женщин? Тому есть три причины. Во-первых, от смешанных союзов с людьми всегда рождаются драконы. Во-вторых, ваши, людские магические способности в полной мере передаются потомству. О третьей причине никто не говорит вслух.
Дело в том, что от браков двух драконов дети не рождаются почти никогда. Если в такой семье появляется на свет хотя бы одно дитя — это уже большое счастье. В легенде о гордом драконе говорится еще, что его сердце вернет нашему племени прежнюю плодовитость.
Вот оно что! Да, это веская причина. Драконы, как я слышала, живут долго. Но все-таки когда-то они умирают. А это значит, им нужны дети, чтобы продолжить свой род. И ребенок от двух драконов в их глазах, наверное, большая ценность, чем полукровка?
Кстати, о детях. На улице уже совершенно стемнело, а я все еще не вернулась в приют.
— Понимаю вас, — кивнула я. — Риан, мне пора домой. Что-то на сердце неспокойно.
— Все оттого, что я заморочил тебе голову нашими драконьими проблемами, — усмехнулся герцог. — Едем, я провожу тебя.
Во дворе приюта уже никого не было, но в кухне горел свет, там столпились, кажется, все дети, и было что-то уж слишком шумно. Рассмотрев все это, я выпрыгнула из кареты быстрее ветра, и побежала к дому. Мой внутренний менталист чуял беду. И не доверять себе у меня не было никаких причин.
* * *
Ну что сказать? Предчувствия меня не обманули.
Едва переступив порог кухни, я увидела, как Молли хлопочет вокруг изрядно побитого Волчары. Ссадина на лбу, роскошный фингал под глазом, да еще и губа треснула… чем они тут без меня, интересно, занимались?
— Дети, немедленно отвечайте, что случилось? — задавая вопрос, я рассчитала верно.
Не прошло и мгновения, как я получила с десяток ответов, из которых сложилась общая картина происшествия.
— Мисс Элис, к нам мужики забежали!
— Пять человек. И все злющие такие!
— Мистер Гарри их побил.
— Они его тоже немножко побили.
— Но потом испугались и убежали.
— Мисс, уже все хорошо!
Молли оторвалась от Гарри, которому делала какую-то примочку, прокашлялась и мрачно признала:
— От меня все беды, мисси. Это тетка каких-то лиходеев подослала, чтобы меня забрали. Может, к ней бы отвели, а может статься, прибили бы, да в реку кинули с камнем на шее. Вот ежли б не Гарри…
Я оглядела помянутого Гарри.
— Да, он у нас герой.
— Я мирный человек, мисси, — Волчара скромно потупился, но было заметно, как по-хулигански блестят его глаза.
— Ты вышибала в борделе, Гарри, — на всякий случай напомнила я. — Полагаю, ты кто угодно, но только не мирный человек. И наверняка умеешь использовать кулаки по назначению.
— Да я-то что, — отмахнулся нурит. — А вот детишкам вашим и впрямь палец в рот не клади. Как раз по самые уши оттяпают.
Я вопросительно воззрилась на вертевшихся поблизости девочек.
— Мы ничего не делали, — поспешно открестилась Нея.