Идеальный сын

Глава 30

Стенограмма допроса Мэдисон Хартман в полиции

– Как долго вы дружите с Оливией Мерсер?

– Практически всю жизнь. Мы подружились в первый же день детского сада. На нас были одинаковые платья, и это нас сблизило.

– То есть вы очень близки с ней?

– Ну да! Мы лучшие подруги.

– Давала ли Оливия вам когда–нибудь понять, что может сбежать из дома?

– Нет. Никогда. Оливия никогда бы не сбежала. Она бы так не поступила с родителями.

– Она употребляла наркотики или алкоголь?

– Вы шутите? Оливия была хорошей девочкой. Однажды мы с Эйданом – это мой парень – предложили ей выпить немного пива, которое Эйдан спёр из запасов своего отца, и она даже не притронулась.

– Если бы она планировала сбежать, она бы кому–нибудь рассказала?

– Да! Она бы рассказала мне… Но она не сбежала. Я вам говорю. Не может быть… Это Лиам. Этот подонок, Лиам Касс.

– Вы думаете, что Лиам несёт ответственность за её исчезновение?

– Я не думаю, что он несёт. Я знаю, что он несёт.

– Почему вы так говорите?

– Ну, потому что Лиам псих?

– Почему вы думаете, что он псих?

– Ладно, раньше я не была до конца уверена. В смысле, о нём ходили слухи. Я училась в другой средней школе, но люди иногда говорили о том учителе английского и о том, что, по их мнению, Лиам ему сделал. Некоторые дети верят, что это он, хотя я, честно говоря, не верила до сих пор. Вы знаете об этом?

– Да. Мы знаем.

– В основном это просто было ощущение, которое у меня от него было. Очевидно, он довольно симпатичный, но он казался таким ненастоящим. Многие девочки думали, что он очень обаятельный, а я просто считала его фальшивкой.

– В каком смысле?

– Вот пример. Однажды я видела, как он дурачился с друзьями до первого урока, а потом опоздал на занятия. У меня с ним был первый урок, и учительница спросила, почему он опоздал. Он сказал ей, что его подвозила мама, и у неё прокололась шина, поэтому он опоздал.

– Многие дети врут.

– Да, я знаю. В смысле, я постоянно вру учителям или родителям. Но они всегда как будто знают, что я вру. Трудно убедительно соврать взрослому. Но Лиам так хорошо это умел. Он смотрел прямо в глаза учительнице и говорил это с невозмутимым лицом, и учительница ни на секунду не заподозрила неладное. Я бы тоже поверила, если бы не видела, как он дурачился на улице. Понимаете? И было ещё кое–что.

– Например?

– Например, я была на стадионе после школы, потому что ждала, пока Эйдан закончит футбольную тренировку, а у ребят из команды были соревнования. Лиам бежал дистанцию и проиграл, и я видела, что он был очень зол из–за проигрыша. Он подошёл к забору и пнул его так сильно, что он сломался. Я была в шоке от того, каким злым он казался.

– Вы рассказывали об этом Оливии?

– Нет…

– Почему?

– Ну, потому что в прошлом году Эйдан ударил стену и сломал руку, так что если бы я рассказала ей эту историю, она бы припомнила мне Эйдана и сказала бы, что это не страшно. Или сказала бы, что мне стоит расстаться с Эйданом.

– Оливия советовала вам расстаться с Эйданом?

– Да… в смысле, несерьёзно. Но он ей не нравился.

– Почему?

– Не знаю. Она считала его футболистом–хулиганом, но… какое это имеет отношение к Лиаму?

– Эйдан когда–нибудь проявлял агрессию по отношению к вам?

– Нет! Никогда! Эйдан не идеален, но он хороший парень. Не то что Лиам.

– Лиам когда–нибудь проявлял агрессию по отношению к Оливии?

– Нет. Он умел быть очень милым, когда хотел. Именно об этом я и говорю – он был таким фальшивым. А она полностью попалась на это. Он ей так нравился… а она вообще не такая. Она так не влюбляется в парней. Он полностью её одурачил.

– Как вы думаете, у него была какая–то причина причинить ей вред?

– Нет. В смысле, она уже хотела с ним встречаться, и я уверена, что она сделала бы для него всё, что угодно.

– Так почему вы так уверены, что Лиам несёт ответственность за её исчезновение?

– Потому что он сумасшедший! Таким не нужна причина, чтобы делать что–то безумное, верно?