Страница 45 из 94
Я всегда считала собрания родительского комитета формой пытки. Хотя я люблю своих детей, я не выношу планирования мероприятий для них на весь год. Я не против планировать одно мероприятие, например, киновечер, хотя я предпочла бы просто быть подчинённой, раздающей билеты на фильм или пиццу в день мероприятия. Но мы с Джессикой старые знакомые. Если ей нужна моя помощь, у меня нет выбора, кроме как предложить её.
– Нам всё ещё нужны добровольцы на книжную ярмарку, – жалуется Реджина Ноулз. – Никто не хочет заниматься уборкой. А это время, когда нам нужна помощь больше всего.
Да, вечная проблема. Все хотят помогать на мероприятиях, но никто не хочет быть в команде уборщиков.
– Я уверена, что мы найдём кого–нибудь на уборку, – говорит Джессика. Её глаза обводят комнату, и несколько женщин пытаются отвести взгляд. – Рейчел? Мария? Вы поможете?
Рейчел Рихтер и Мария Шелдон выглядят совершенно не в восторге от идеи убирать после книжной ярмарки. Я делала это раньше, и упаковывать все эти книги – изнурительная работа. Все мы это знаем. Но Джессика смотрит на них в упор, и они обе кивают в знак согласия.
– Замечательно. – Джессика хлопает в ладоши. – Теперь, когда с книжной ярмаркой покончено, давайте поговорим о киноклубе. – Наконец–то. Она смотрит на Алисию Левин. – Алисия, я хочу поблагодарить тебя за то, что ты согласилась возглавить киноклуб.
Что?
– Рада помочь, Джесс, – говорит Алисия.
Она шутит? Что здесь происходит?
Я прочищаю горло и говорю как можно деликатнее:
– Извини, Джессика, но разве ты не просила меня возглавить киноклуб?
Джессика убирает выбившуюся прядь светлых волос за ухо.
– Да, но я знаю, как ты занята, Эрика. И Алисия была так любезна, что согласилась. Так что… я снимаю с тебя эту обязанность.
В комнате снова наступает тишина, и все смотрят на меня и Джессику. То, что она сказала, было наглой ложью. Она просила меня возглавить киноклуб. И она передумала, когда узнала об Оливии.
Она могла бы по крайней мере быть любезной и предупредить меня заранее, чтобы я не тратила время на дорогу сюда, когда мой сын нуждается во мне дома.
И тут тишину нарушает шёпот. Я не знаю, что, чёрт возьми, они говорят, но могу только догадываться. Мне хочется крикнуть им, что если им есть что сказать о моём ребёнке, пусть скажут мне в лицо. Но на самом деле я этого не хочу. Я просто хочу домой.
Я неуверенно поднимаюсь на ноги.
– Думаю, тогда я, наверное, пойду.
– Как хочешь, – говорит Джессика. – Я ценю, что ты предложила помощь, Эрика. Честно.
Были времена в моей дружбе с Джессикой, когда мне хотелось ударить её, но никогда так сильно, как в этот момент. Но я способна контролировать свои импульсы. Поэтому я хватаю сумочку и выбегаю из комнаты, прежде чем эти женщины увидят, как я плачу.