Сердце проклятого принца

Он был настолько узким, что плечи касались стен. Пахло паутиной и старой штукатуркой. Свет проникал через решётки возле потолка. Я вернула доску на место, чтобы исчезновение заметили не сразу, и пошла влево.

Через двадцать шагов коридор разветвился. Метки.

Шпилек больше не осталось, вышитые розы были пришиты слишком крепко. Я проверила медальон, кольцо, серьги. Украшения можно было бросать, но их не хватило бы на длинный путь.

В нише возле стены стоял забытый туалетный столик для прислуги. В ящике обнаружились сломанный гребень, огарок свечи и круглая коробочка с высохшей пудрой. Я растёрла её пальцем. Белый порошок всё ещё оставлял заметный след на тёмном дереве.

Высыпав пудру в раскрытый медальон, я закрыла створки не до конца. Теперь при каждом прикосновении можно было брать щепоть, не неся коробку.

На стене первой развилки нарисовала маленькую розу и стрелку влево. Если Рейнар найдёт оторванный цветок, поймёт знак. Если не найдёт — метки останутся просто детской мазнёй в забытом проходе.

Я пошла дальше.

Проход несколько раз поворачивал, поднимался на пять ступеней и снова опускался. За решётками мелькали тёмные комнаты под чехлами. В одной стояла детская кроватка, в другой — ряды пустых книжных шкафов. Старое крыло не использовали много лет, но здесь всё ещё сохранялась прежняя жизнь: облупившиеся рисунки на стенах, сломанная деревянная лошадка, выцветшая портьера с золотыми кистями.

Я оставляла знак на каждом повороте. Маленькая роза, стрелка, иногда просто три точки там, где штукатурка была слишком светлой. Пудры становилось меньше. Приходилось экономить.

Через одну из решёток донеслись голоса.

— Комната пуста! — кричал мужчина. — Доску за шкафом выломали.

— Перекройте переходы, — ответила Сесилия. — Она не знает дворца и далеко не уйдёт.

Я ускорила шаг.

Дурман всё ещё действовал. Сердце билось неровно, колени слабели, стены временами наклонялись. Дважды пришлось останавливаться и прижиматься лбом к холодному камню. Но ожидание в комнате означало смерть короля и обвинение Рейнара.

Впереди появился свет. Проход закончился маленькой дверцей, скрытой за гобеленом. Я приложила ухо. С другой стороны звенела посуда, кто-то ругал поварёнка, пахло жареным мясом и горячим хлебом. Кухня.

Я толкнула дверцу. Она приоткрылась на палец, затем упёрлась во что-то тяжёлое. Через щель увидела край медного котла и ноги кухонных слуг. Достаточно было позвать.

— Помогите…

Голос вышел слабым. Никто не услышал за шумом. Я ударила ладонью по двери. Молодая судомойка обернулась. Наши глаза встретились через щель.

— Леди Розвуд? — выдохнула она.

— Позови охрану. Только не людей герцога Блэкмора. Скажи: короля отравили, доктор Мерсер…

Договорить не успела.

Кто-то схватил меня за волосы и оттащил от двери. Я вскрикнула, ударила локтем назад и услышала ругань. Мужчина в лакейской ливрее удерживал одной рукой, второй пытался зажать рот. Я сунула пальцы в медальон, набрала остаток пудры и бросила ему в лицо. Он ослеп на несколько секунд. Этого хватило, чтобы вырваться.

Я побежала. Не назад, а по другому проходу, надеясь запутать преследователя. Позади гремели шаги, мужчина кашлял и звал остальных. На развилке я свернула направо, поднялась по узкой лестнице и оказалась перед деревянной решёткой. За ней виднелся освещённый коридор жилого дворца. Люди проходили совсем рядом. Дама в меховой накидке, двое лакеев, офицер. Я дёрнула решётку. Заперто.

— Помогите! — крикнула я. — Здесь принцесса Элиза!

Офицер остановился.

— Кто говорит?

— За стеной! Позовите Рейнара! Король отравлен, герцог Блэкмор…

Сзади накинули ткань на голову. На этот раз без дурмана. Просто грубый мешок, заглушивший крик. Я вцепилась в решётку, но пальцы оторвали один за другим. За стеной офицер требовал принести ключ. Он услышал.

Меня поволокли вниз. Я сопротивлялась до тех пор, пока мужчина не ударил под рёбра. Воздух вышел из лёгких, ноги ослабли. Второй связал руки спереди и затянул верёвку так туго, что кольцо врезалось в палец.

— Эта баба хуже кошки, — выругался первый, промывая глаза водой из фляги.

— Герцог велел не портить лицо.

— Тогда пусть сам её ловит.

Они понесли меня обратно. Мешок не снимали, но я продолжала считать повороты и незаметно касалась стен связанными руками. В медальоне оставалось совсем немного пудры. На двух развилках удалось провести короткие линии. На третьей порошок закончился. Я раскрыла медальон полностью. Остатки осели на пальцах, обнажив портрет матери. Мужчина толкнул в спину.

— Не отставай.

— В мешке плохо видно дорогу.

— Скоро зрение не понадобится.

Мы вышли в более широкий коридор. Изменилась акустика, шаги стали гулкими. Пахло холодным камнем, воском и давно не топленным залом. Мешок сняли. Передо мной стояла Сесилия. На ней был тёмно-вишнёвый дорожный костюм, поверх плеч лежал чёрный мех. Светлые волосы собрали в тугой узел. Ни одного украшения, кроме рубиновых серёг. Она выглядела не беглянкой, а женщиной, подготовившейся к отъезду заранее.

— Я недооценила деревенское воспитание, — сказала Сесилия, оглядывая разорванный рукав и пыль на юбке. — В столице девушки обычно не ползают за шкафами.

— Поэтому их легче удерживать связанными?

— Воспитанные девушки не заставляют мужчин использовать верёвки.

— Мужчины всегда находят женщину виноватой в собственном насилии.

Сесилия едва заметно поморщилась.

— Снимите кольцо.

Один из людей потянулся к моей руке. Я сжала пальцы в кулак.

— Аларик велел не трогать украшения, — напомнил второй. — Она должна выглядеть как на приёме.

— Платье уже испорчено.

— Это не мой приказ.

Сесилия посмотрела на мужчину так, что он отступил. Но кольцо осталось на месте.

— Вы семь лет ждали предложения Рейнара, — сказала я. — Аларик обещал брак, а сам готовился убить племянника. Неужели не понимаете, что он с самого начала лгал вам?

— Замолчите. Если бы охота удалась, вы никогда не встретили бы Рейнара. Теперь, если его обвинят в смерти короля, вы останетесь вдовой изменника без опоры при дворе. Зачем вы Аларику после смерти наследника? — Сесилия приблизилась.— Я получу титул, земли и место при новом дворе.

— Какие именно?

Она не ответила.

— Он ничего не подписал, — продолжила я. — Только обещал. Так же, как обещал сделать вас женой Рейнара когда-нибудь потом.