Страница 23 из 64
Глава 11
POV Баюань
Сон — это непозволительная роскошь для того, чья жизнь стоит меньше горсти медных монет. Сон притупляет инстинкты, делает тело мягким, а разум — медлительным. За годы, проведенные на арене и в железном ошейнике, я научился спать с открытыми глазами, позволяя отдыхать лишь половине сознания, в то время как вторая половина всегда вслушивалась в темноту, ожидая удара.
Но в эту ночь я не спал вовсе.
Я сидел на полу у изножья ее кровати, скрестив ноги в позе лотоса. Мое дыхание было ровным, беззвучным, сливающимся с тишиной Павильона Одинокого Лотоса. Но внутри меня бушевал ураган из черного пламени.
Сквозь тонкие щели резных ширм пробивался бледный свет луны. Он падал на ее лицо. Лян Цзинъи спала, ее дыхание было глубоким и спокойным.
Я опустил взгляд на свою левую руку, туго перебинтованную белым шелком. Ткань слабо пахла целебными травами, миррой и ею — тонким, сводящим с ума ароматом жасмина. Боль от глубоких порезов на ладони пульсировала в такт ударам сердца, но эта боль была сладкой. Она была осязаемым доказательством того, что ее руки касались меня. Что она сама, добровольно, омывала мою кровь.
В складках моей темной одежды лежал кусок искореженного золота. Я забрал обломок того ошейника, который прислал ей Министр Яо Чэнь. Я забрал его, чтобы помнить. Чтобы не позволить ярости угаснуть ни на мгновение.
Когда этот жирный боров в Саду Радости потянулся к ней своими потными, унизанными перстнями пальцами, мне стоило колоссальных усилий не вырвать ему кадык. Моя внутренняя Ци взбунтовалась, требуя выхода, требуя разорвать его плоть. Я остановился только потому, что увидел в ее глазах страх. Не за себя, а за меня.
Она боялась, что гвардейцы Императора убьют меня.
Глупая, наивная принцесса.
Я закрыл глаза, концентрируя Ци в даньтяне и направляя ее по меридианам, чтобы ускорить заживление раненой руки. В моем воображении Запретный Дворец предстал не как скопище величественных зданий с изогнутыми крышами, а как шахматная доска, как план идеальной бойни.
Три тысячи гвардейцев Внешнего двора. Пятьсот элитных воинов Императора во Внутреннем дворе. Десятки скрытых мастеров теней, охраняющих покои Небесного Владыки и Благородной супруги Вэй.
Я убивал и больше. В те времена, когда мой клан еще существовал, я выходил один против десятков лучших мечников Девяти Провинций. Но тогда мне не нужно было никого защищать. Защищать всегда сложнее, чем убивать.
Если я просто перережу горло Яо Чэню в его постели, Император обрушит свой гнев на Цзинъи. Ее обвинят в организации убийства, потому что мотив слишком очевиден. Благородная супруга Вэй не упустит такого шанса и подстроит все так, чтобы пятая принцесса выпила отравленное вино до заката следующего дня.
Значит, тайное убийство министра не решит проблему, оно лишь ускорит ее гибель.
В темноте моей души начала вырисовываться иная картина. Куда более масштабная, и кровавая.
Мне не нужно убивать одну змею, вместо этого нужно сжечь все змеиное гнездо. Этот Дворец, этот Император, этот трусливый наследный принц — все они гнилые. Они смеют использовать ее как разменную монету. Они смеют отправлять ее в дом садиста, прекрасно зная, что ее там ждет.
Мои губы изогнулись в холодной, лишенной веселья усмешке.
В глубине души я был им благодарен. Да. Я был благодарен Благородной супруге Вэй и самому Императору. Их жестокость отрезала Цзинъи от мира. С каждым их ударом, с каждым предательством она все больше понимала, что никому не нужна. Никому, кроме своего цепного пса.
Я хотел, чтобы они отвернулись от нее. Жаждал того момента, когда она поймет, что во всем подлунном мире не осталось ни одного безопасного места, кроме тени за моей спиной. Когда она поймет это, она больше никогда не попытается уйти, и сама вложит свою судьбу в мои окровавленные руки.
И тогда я уничтожу их всех.
Я открыл глаза. Ночной дозорный вдалеке пробил в колотушку час Быка. Время, когда тени становятся самыми длинными.
Я бесшумно поднялся на ноги. Мои шаги по деревянному полу не издали ни звука, словно я ступал по воздуху. Я подошел к окну и, приоткрыв створку ровно настолько, чтобы проскользнуть в щель, растворился в ночном тумане.
Влажный, холодный воздух ударил в лицо. Я использовал технику легких шагов, концентрируя Ци в ногах. Одним движением я взмыл на изогнутую черепичную крышу павильона. Ни одна черепица не скрипнула под моим весом. Я слился с ночью, став ее частью.
Мне нужно было проверить патрули. Я знал расписание дворцовой стражи, но привычка не доверять никому и ничему заставляла меня проверять все самому.
Передвигаясь по крышам, перепрыгивая от одного здания к другому с грацией дикого кота, я запоминал. Двое стражников у Лунных Врат сменяются каждые два шичэня. Они ленивы, часто зевают, их копья опущены. Перерезать им горло займет половину вздоха.
Я скользнул к восточной стене, ближе к покоям Благородной супруги Вэй. Здесь охраны было больше. Патрули из пяти человек с фонарями. Их шаг размерен. Я наблюдал за ними с высоты векового кедра, скрытый густыми ветвями.
И вдруг мое внимание привлекло движение внизу, в тени Зала Совершенной Чистоты.
Кто-то крался. Человек в темных одеждах, сливающихся с мраком, двигался профессионально. Он избегал света фонарей, перебегая от колонны к колонне. Это был не обычный евнух и не вор, его пластика выдавала воина, обученного скрытности.
Он направлялся в сторону Павильона Одинокого Лотоса.
Моя кровь превратилась в лед. Инстинкт хищника взвыл, заглушая все остальные мысли.
Я спрыгнул с ветки кедра, не издав ни малейшего шума при приземлении. Тенью я скользнул следом за нарушителем, расстояние между нами быстро сокращалось.
Незнакомец остановился у глухой стены, отделяющей Внутренний двор от садов, прилегающих к павильону Цзинъи. Он достал из-за пазухи моток тонкой веревки с крюком на конце.
Шпион Яо Чэня? Или убийца, посланный Благородной супругой Вэй, чтобы закончить то, что не смог сделать отравленный чай?
Не имеет значения, он умрет здесь.
Человек замахнулся, чтобы забросить крюк на стену.
Я оказался за его спиной быстрее, чем бьет молния. Моя здоровая рука метнулась вперед. Я не стал использовать оружие — звук падающего тела или лязг металла могли привлечь патруль.