Страница 34 из 57
Гроссман снимает крупную сумму, чтобы расплатиться за краденые вещи. Верно. Это подтверждалось выпиской с банковского счёта. Затем, притворяясь, что едет на аукцион антиквариата, он навещает своего агента в Лондоне, чтобы избавиться от краденного через обычные каналы. Он берёт товар с собой. Возможно, драгоценности. Кто-то знает, что он их имеет, нападает на него в поезде и забирает их. Преступника что-то беспокоит. Может быть, проводник. Может быть, кто угодно. Поэтому он прячет Гроссмана в сундуке в стоящем поблизости вагоне…
Но кто знал, что там был сундук?
Персонал вокзала и поезда, носильщики, Смолл, миссис Доукс. Да, даже убийца, который следовал за Гроссманом до поезда. Это всё равно мог быть кто угодно!
Но кто, скорее всего, мог знать, что Гроссман вез эти вещи? Смолл? Миссис Доукс? Они сказали, что ничего не знали о его других делах. У Смолла было алиби. У миссис Доукс была её история про кинотеатр, и только она.
С другой стороны, первоначальный вор, продавший драгоценности — или что бы это ни было, — мог прийти, чтобы забрать их обратно.
Литтлджон допил чай и вытряхнул трубку. Дело так же далеко от разгадки, как и раньше!
Лучше всего начать с проверки местных ограблений. Это будет ещё одной задачей для людей Гиллеспи. Литтлджон вернулся в полицейский участок.
Гиллеспи отсутствовал. Сегодня был день судебных заседаний, и суперинтендант выступал в качестве обвинителя по некоторым делам перед мировыми судьями. Литтлджон написал краткую записку с просьбой собрать подробности о недавних местных ограблениях, скажем, за последние двенадцать месяцев. Это должно охватить всё.
— В последнее время в этом районе было много крупных ограблений? — спросил Литтлджон у дежурного сержанта, когда выходил.
— Ничего особенного, сэр, — ответил тот. — Небольшие мелкие кражи и тому подобное, но ничего такого, что можно было бы назвать громким делом, как вы бы сказали…
Он прочитал это в книге. «Cause célèbre» — в связи с делом Дрейфуса, — и, посмотрев значение этого слова во французском словаре своей дочери, захотел применить его к кому-нибудь.
«О», — сказал Литтлджон и ушел.