Страница 3 из 57
Мисс Адлстроп устремила на торговца свои большие удивлённые глаза. У неё был маленький пуговичный носик, похожий на вишню сорта «Уайтхарт», маленькие губы в форме сердца и робкие, нерешительные манеры, которые очень ей помогали и скрывали её проницательность при заключении сделок. Она начала рассматривать кувшины «Тоби», фигурки из стаффордширской керамики с солевым глазурью и старую чашу для пунша, украшенную красными и зелёными ветвями яблок и слив.
«Это старинная и очень интересная вещь», — настаивал мистер Гроссман, который знал все уловки хитрых покупателей. — Совершенно уникальная вещь в своём роде. Она принадлежала мистеру Марку Кервену, который умер примерно месяц назад. Спросите любого местного коллекционера о шкатулке Марка Кервена. Он скажет вам, что ей более трёхсот лет…»
— А червоточины на ней нет? — спросила мисс Адлстроп, которая уже, по-своему, убедилась, что их нет.
Мистер Гроссман поднял глаза к небу и категорически отрицал это.
Магазин заполнялся людьми. Туристы с большим количеством денег, но без обычных поводов их потратить, рылись в поисках дорогих сувениров, серебряных чайных сервизов и прочего, чтобы увезти домой и подарить или показать своим восхищенным друзьям. Два моряка покупали безделушки у миссис Доукс, которая демонстрировала не только кольца и броши, но и свои физические прелести. Один из моряков был явно впечатлён и, судя по всему, собирался спросить её, свободна ли она после закрытия магазина…
— Двадцать пять фунтов! — внезапно сказала мисс Адлстроп.
Мистер Гроссман вновь в ужасе поднял свои ухоженные руки и изящно отшатнулся, стараясь не задеть стол, заваленный старыми бокалами для хереса.
«Простите, тридцать — это минимум, на который мы можем согласиться. Даже в этом случае нам придётся пожертвовать всей нашей прибылью по этой сделке…»
Битва развернулась вовсю. Это было похоже на боксерский поединок. Они спорили, молчали, размышляли и отступали, чтобы посоветоваться сами с собой. Ход поединка прерывался тем, что мистера Гроссмана несколько раз отзывали другие клиенты. Эти паузы, подобно тем, что давал гонг у ринга, давали участникам время собраться с силами для дальнейших усилий…
Пока мисс Адлстроп выписывала чек на двадцать семь фунтов и десять шиллингов, миссис Доукс и мистер Смолл улыбались своему коллеге за её спиной…
На аукционе сундук Марка Кервена была продана мистеру Гроссману за пятнадцать фунтов. У неё были и лучшие дни. Но Гроссман и Смолл из таверны «Семь свистунов» знали об этом не понаслышке. Они заделали червоточины обувной полиролью, заменили одну из ножек, поражённую сухой гнилью, на более прочную и тщательно отполировали всю коробку воском.
Мисс Адлстроп спускалась по крутой улице в полном удовлетворении. Она думала, что выиграла соревнование, и пару раз чуть не упала вниз головой, рассеянно размышляя, где бы ей поставить свой новый сундук, и представляя себе, как многочисленные восхищенные соседи стоят перед ним, пораженные…
Мистер Гроссман пообещал проследить, чтобы сундук благополучно доставили в дом мисс Адлстроп в Хартсбери. Ей не хотелось доверять его на милость железной дороги. Или перевозчика, если на то пошло. Но сама она не могла отнести его домой, поэтому пришлось согласиться. Компания «Семь свистунов» пообещала надежно упаковать сундук и обернуть его для перевозки в несколько слоев прочной мешковины.
Наклонив голову набок и все еще немного сомневаясь, стоит ли оставлять свою драгоценность на милость третьих лиц, мисс Адлестроп направилась обратно в уютный частный отель, который она посещала два раза в год, и провела остаток утра, занимаясь упаковкой…
В «
Семи свистунах
» мистер Гроссман и мистер Смолл ссорились. Они всегда о чём-то пререкались…