Страница 13 из 57
Глава 5 МОТИВ?
«А как насчёт мотива?»
Два полицейских возвращались в участок после допроса мистера Фладда. Гиллеспи, казалось, по частям излагал предысторию преступления, а у Литтлджона все сильнее нарастало желание взять дело в свои руки и, как он обычно делал, самостоятельно заняться сбором информации.
«Насколько я вижу, мотива нет. У Гроссмана с собой было не так много наличных, и то, что у него было, осталось нетронутым. У него были чековая книжка и золотые часы — тоже нетронутые».
«Значит, это не ограбление».
«Я бы сказал, что нет. К тому же он был безобидным человечком. Никаких врагов, насколько я могу судить. Слишком безобидный. Само удушение, конечно, могло быть несчастным случаем. Кто-то, возможно, пытался его ограбить, повалил на землю, но его прервали, прежде чем он успел обыскать жертву. Поэтому и засунул его в сундук…»
«Но даже в этом случае, как объяснить, что мешок зашили обратно?»
«Это могло произойти уже после того, как сигнал тревоги прозвучал».
«Всё равно выглядит странно».
Гиллеспи снова погрузился в меланхолическое молчание. Он изменил шаг, чтобы идти в ногу со своим напарником. На нём были очень тяжёлые ботинки, и они звенели, как железо, по брусчатке. Топ-топ-топ, мальчики маршируют…
«А как насчёт отношений между Гроссманом и Смоллом, Гиллеспи?»
«Похоже, он ладил и со Смоллом, и с миссис Доукс. Насколько мы можем судить, у него не было никаких пороков. Даже не курил и не пил».
Литтлджон подвез своего коллегу к полицейскому участку, где у Гиллеспи были дела, а сам отправился в «Семь свистунов» один. И Смолл, и миссис Доукс были в магазине.
Смолл был настолько дряблым толстяком, что казалось, будто он катит свой живот перед собой, как железнодорожный носильщик, везущий багаж. Он курил чёрную сигару, которую то вынимал изо рта, то снова вставлял, отвратительно шевеля губами, словно голодный ребёнок, берущий соску из бутылочки.
— Кому бы понадобилось прикончить Исидора? Он же был вполне безобидным человеком, правда, Дорис? — сказал он в ответ на вопрос Литтлджона.
Смолл посмотрел через магазин на блондинку, стоявшую у прилавка с безделушками. Она была занята солдатом, который покупал какую-то безделушку, и демонстрировала ему всю свою сексуальную привлекательность. Похоже, это оставило солдата равнодушным.
«Кроткий, как молоко», — был её безразличный ответ.
Солдат бросил на неё странный взгляд.
Литтлджон кивнул. Ему не нравились ни Смолл, ни миссис Доукс.
«По-моему, вы отвечали за отдел антикварной мебели, мистер Смолл. Проходил ли через ваши руки сундук, в котором нашли тело мистера Гроссмана?»
— Нет. Мистер Гроссман сам купил его на аукционе. По-моему, переплатил за него. Я был немного раздражён тем, как он это сделал. Поэтому я умыл руки и сказал ему, пусть вернёт то, что за него заплатил, если сможет. Ему удалось продать сундук с небольшой прибылью.
— Вы осматривали этот сундук?
Смолл провел большой рукой по своим небрежно ухоженным губам, выплюнул несколько кусочков табака, снова вставил сигару в рот и заговорил, обходя ее.
«Нет. Он пришел одним днем, а на следующее утро, как только мы открылись, пришла женщина и купила его».
«Мне сказали, что она принадлежала некоему мистеру Кервену, который умер. Где я могу найти кого-нибудь из его семьи, душеприказчиков или кого-то в этом роде?»
«Его единственная дочь, Барбара, живёт в том доме. Слышал, она скоро уезжает из города. Они распродали всё, что ей не нужно, и она сняла меньший дом где-то в другом месте».
«Какой у неё нынешний адрес?»
«Лористон, Бич-авеню. Последняя улица в конце набережной. Не пропустите…»
«Спасибо. Так у вас нет никаких предположений, почему кому-то могло бы захотеться навредить мистеру Гроссману?»
Смолл снова вынул из рта свою потрепанную сигару. Он пристально посмотрел на Литтлджона, а затем наклонился к лицу инспектора.
«Нет», — хрипло ответил он.
«В тот момент он направлялся на аукцион в Лондон. Он часто туда ездил?»
«Как правило, примерно два раза за три месяца. Но если объявлялись какие-то важные торги, он ездил и специально для этого. Это был его обычный плановый визит».
«Было ли у него с собой что-нибудь ценное, что ваша фирма хотела бы продать?»
«Ничего».
«Где он обычно останавливался?»
«Боже мой! Сколько еще вопросов? У меня работа».
Он не выглядел так, будто у него было много работы, а если и было, то он явно не собирался за нею приступать!
«Адрес, пожалуйста».
«Отель „Риджфилдс“, недалеко от Хеймаркета. Тихое семейное заведение. Он останавливается там уже много лет».
«Где вы были между восемью и девятью вечера в тот день, когда умер мистер Гроссман, мистер Смолл?»
Мелкие глазки дилера заблестели, и он бросил на Литтлджона злобный взгляд.
«Вы же не думаете, что я…?»
«Вовсе нет. Просто рутинный вопрос. Где вы были?»
«Лучше бы это и вправду было просто рутиной. Вам может плохо обойтись, если вы будете делать подобные намеки…»
И мистер Смолл рассмеялся — ржавым, безрадостным смехом, по-видимому, при мысли о том, как плохо это обернется для Литтлджона.
«Ну?»
«Я был в холле отеля „Бэй“. Официанты и многие другие постоянные посетители это подтвердят. Не тратьте зря время, пытаясь повесить это на меня».
«Спасибо».
К этому моменту солдат уже решил ничего не покупать и ушел. В магазине больше никого не было, поэтому Литтлджон повторил свой вопрос миссис Доукс.
«Я?» — спросила она, словно удивлённая наглостью инспектора. «Я? Зачем мне кого-то убивать?»
«Дело не в этом, миссис Доукс. Пожалуйста, ответьте».
Она запрокинула голову и сжала губы. Затем она смело посмотрела Литтлджону в глаза, и её косоглазие стало ещё более заметным.
«В кинотеатре…»
«В каком?»
«В „Палас“, на набережной».
«С вами кто-нибудь был?»
«Нет».
Литтлджон по тону ее голоса понял, что она лжет. Скорее всего, у нее завелся какой-то парень, и она не хотела, чтобы в их отношениях слишком пристально копались.
— Вы не очень-то помогаете, миссис Доукс, не так ли?
— Что вы имеете в виду?
— В ваших же интересах оправдаться…
Она заложила руки за спину и, не теряя ни капли самоуверенности, окинула Литтлджона взглядом с головы до ног.
— У вас же нервы из стали!
— Подумайте над этим, миссис Доукс. Мы ещё увидимся.