Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 11 из 57

«В багажном вагоне, да. Для доставки на развязке Стейнфорд на местный поезд до Хартсбери. Я поинтересовался у своего коллеги в Стейнфорде. Он сказал мне, что сундук там сняли с экспресса и поместили в грузовое помещение, откуда на следующее утро его отправили в Хартсбери».

Один из индикаторов на стене защебетал, и стрелка начала яростно танцевать. Мистер Фладд посмотрел на него, прочитал загадочное сообщение и, нахмурившись, отмахнулся от него.

«Поезд № 340 отправляется в Крио с третьей платформы. Все поезда до Крио отправляются с третьей платформы…» — объявил усиленный женский голос громким, торжественным тоном через громкоговорители, разбросанные тут и там по платформам внизу.

«Значит, Гроссман, вероятно, был убит в поезде между Фетлингом и Стейнтоном, а в сундук засунули его по пути?»

— Несомненно. Сундук не выходил из поля зрения после того, как прибыл в Стейнтон. В этом меня заверил мой коллега. Учитывая происходящие там позорные кражи, в грузовом помещении всегда дежурит кто-то, кто следит за ним.

— А как насчёт кондуктора поезда? Я видел его на дознании, но он ушёл, прежде чем я успел с ним поговорить. Есть ли шанс поговорить с ним?

Мистер Фладд порылся в бумагах на своём столе, сердито посмотрел на них за то, что они не сразу раскрывали ему свои секреты, погладил бороду, а затем взял трубку и дунул в неё хриплым дуновением.

«Кто был проводником на поезде из Лондона в 7:45 в тот день, когда в вагоне был убит тот человек?» — спросил он с официальным видом. «Сообщите мне побыстрее».

«Димсдейл», — ответил Гиллеспи.

Мистер Фладд пристально посмотрел на суперинтенданта, словно не веря ему, и сел, ожидая ответа с другого конца этого приспособления.

Раздался громкий свист, и мистер Фладд снял пробку с трубки.

— Да? Димсдейл? Понятно. — Он снова заткнул трубку.

— Я так и сказал, — произнес Гиллеспи.

— Димсдейл, — проворчал Фладд, обращаясь к Литтлджону.

Губы Гиллеспи беззвучно шевелились под его небольшими усами.

— Можно с ним поговорить? — спросил Литтлджон.

Снова раздались звуки открывания пробки и свиста.

— Да. Он едет на поезде в Лондон, отправляющемся в четыре часа.

Начальник станции заглянул в огромные часы, которые достал из кармана, и, словно сомневаясь в их точности, подошёл к окну и пристально посмотрел на станционные часы.

«Чуть больше двадцати минут. Я его позову…»

Мистер Фладд встал, нажал на кнопку и объявил:

«Кондуктор Димсдейл с поезда в четыре часа до Лондона, пожалуйста, явитесь в кабинет начальника станции… Кондуктор Димсдейл…»

«Год Димсдейл с поезда в четыре часа до Лондона, пожалуйста, явитесь в кабинет начальника станции. Год Димсдейл…» — загремели все громкоговорители на платформах.

Внизу раздались звуки шараханья, и по железной лестнице зашумели шаги — бегущие, неуверенные, и, судя по всему, спотыкающиеся на каждой второй ступеньке.

«Что за черт? О…»

В дверном проеме появился высокий, волосатый кондуктор с несуразной походкой. Похоже, он не испытывал особой симпатии к Фладду, но втроем они явно превосходили его по численности.

«Димсдейл, эти два джентльмена из полиции. Они хотят с вами поговорить…»

«Уху», — ответил Димсдейл начальнику станции. Он знал, что за его спиной стоит профсоюз, поэтому обращался с Фладдом без уважения. Однако Литтлджону он улыбнулся.

«Я знаю, что вы уже давали показания на дознании, мистер Димсдейл…»

Так-то лучше. Мистер Димсдейл. Кондуктор оскалил длинные зубы в знак одобрения и, стремясь быть полезным, подбежал к Литтлджону. Он даже снял фуражку, обнажив тонкие чёрные волосы, плотно прилипшие к голове, и вьющийся хохолок над лбом, который, казалось, жёстко удерживался на месте клеем.

«Ага?»

«Вы видели, как Гроссман садился здесь в поезд?»

«Верно, сэр».

«И вы прокомпостировали его билет?»

«Да. Он был один в первом классе, понимаете? Это было в третьем вагоне от моего Грузового вагона в конце поезда».

«Поезд с проходом на всем протяжении?»

«Да. Все лондонские поезда с проходом», — вставил мистер Фладд.

«Ага», — сказал Димсдейл, словно начальник станции и не заговорил.

«Чем вы занимались примерно в то время, проводник?»

«Я начал обходить поезд…»

«В котором часу это было?»

«Около семи пятидесяти. Сразу после того, как мы выехали со станции и соединительных путей…»

«Да?»

«Я обошел поезд и прокомпостировал билеты».

— В том числе и билет Гроссмана?

— Да. Он был в довольно веселом и бодром настроении.

— Был, — стонал бобр.

— Был, — повторил кондуктор. Фладд не терпел глупостей.

— «Хорошая ночь. Надеюсь, у нас будет хорошая поездка», — сказал он мне. «Почему бы и нет», — ответил я и пошел дальше.

«Когда ты добрался до передней части поезда?»

«О, примерно в восемь десять. Да, я посмотрел на часы. Мы должны были прибыть в Стэмфорд в 20:15…»

«Должны были…»

«Должны были. Должны были прибыть в 20:15 и шли по расписанию».

«И ты оставался в передней части, пока не доехал до Стейнтона?»

«Да. Занимался всякими мелкими делами. Проверял, не нужно ли нам что-нибудь выгрузить в Стейнтоне…»

«Понятно».

«И вы видели, как сундук выгрузили в Стейнтоне?»

«Да. Сказал там паре парней, что он предназначен для местного поезда в Хартсбери, так что они его забрали и отнесли в грузовой офис».

— Они что-нибудь говорили о том, что он тяжелый?

— Я не был рядом, когда они её поднимали. Я был занят поездом.

— Итак, в ваше отсутствие, похоже, Гроссмана ударили по голове и засунули в сундук… Подводя итог: Гроссман и сундук оказались в поезде в 19:45 или примерно в это время…»

«Верно», — сказал мистер Фладд.

«Ага», — согласился Димсдейл.

«В 19:50 вы, проводник, прошли по поезду, увидели Гроссмана, а затем не замечали ничего подозрительного до 20:15, когда вы прибыли в Стейнфорд, где сундук был выгружен. Похоже, преступление было совершено в промежутке между этими моментами. Вы не видели ничего подозрительного, проводник?»

«Нет. В коридорах ещё не горит…»

«Не горит», — вставил Фладд.

«Не горит. Блэкаут закончился, но лампы ещё не вернули на место. Может, они потерялись на станции…»

«Не отвлекайся от темы, Димсдейл», — зарычал Фладд.

«Заблудился на вокзале… Люди в двух купе между моим вагоном и вагоном мистера Горссмана были мне совершенно незнакомы. Не знал их ни в зуб ногой. Наверное, ехали домой с каникул…»