Страница 30 из 68
Глава 11. Архив планеты
Я проснулся от режущей боли в руке. Шрам, оставленный инопланетной тварью, пульсировал голубоватым светом, словно чертов рождественский фонарик.
— Шикарное начало дня, — пробормотал я, разглядывая извивающиеся под кожей голубые прожилки. — Сначала превращаюсь в смурфа, теперь еще и светиться начал. Остается только запеть про гномиков.
Шрам не просто светился — он словно жил своей жизнью. Каждая пульсация синхронизировалась с непрошенными образами в моей голове: фрагменты чужих воспоминаний, обрывки каких-то данных, куски диалогов на незнакомом языке. Мой мозг превратился в проходной двор для чужих мыслей.
— Эй, планета, ты бы хоть стучалась, прежде чем врываться в чужую башку, — раздраженно бросил я в пустоту. — Есть такая штука как личное пространство, знаешь ли.
Но образы не прекращались. В голове мелькнули лица — искаженные, напуганные, многие в шлемах или дыхательных масках. Люди в униформе СлавКо. Экспедиции. Прошлые экспедиции.
— Твою мать… Так вы тут давно обитаете, — прошептал я, когда понял, что вижу.
Планета показывала мне свой архив. Свою память. Каждого, кого она поглотила, она сохранила — не просто тела, но и воспоминания, знания, страхи. Целая библиотека человеческих жизней, записанная в ее коллективном разуме.
Я застонал и потер виски, пытаясь прогнать чужие голоса. «Отлично, теперь у меня в голове целый хор призраков. Может, ещё и танцевальный номер устроите?»
Поднявшись на ноги, я ощутил, как мои модифицированные мышцы плавно перетекают под кожей, приспосабливаясь к движению. Тело стало более гибким, реакции — молниеносными. За прошедшие дни мой организм продолжал меняться, адаптируясь к этому аду. Каждый час я обнаруживал какую-то новую особенность: то зрение улучшится, то обоняние обострится, то кожа станет плотнее.
Но была одна проблема — ощущение затухания. Планета медленно, но верно убивала меня. Временная адаптация, полученная от модбокса 2.1, начинала сбоить. Мой организм тратил слишком много энергии на сопротивление окружающей среде. В какой-то момент ресурсы закончатся, и тогда — прощай, красавчик.
Я провел рукой по голубому предплечью и отметил заострившиеся ногти, больше похожие на когти. Моя кожа словно затвердела, приобретая странную фактуру, похожую на очень мелкую чешую. Это было прикольно, но я помнил предупреждение медбокса: модификация 2.1 — временная. Если бы я был на планете колонизатором, мне следовало бы вернуться в капсулу через пару месяцев для восстановления человеческих параметров. Иначе — необратимые повреждения ДНК, деградация клеток и медленная, болезненная смерть.
— Скоро отрасту жабры и щупальца, и стану настоящим местным, — хмыкнул я, проверяя снаряжение. — А потом превращусь в очередное пятно на камнях. Не самая почетная смерть.
Маяк, который я забрал из капсулы Джейсона, показывал слабый, но стабильный сигнал. Что-то крупное, возможно фрагмент «Деметры», находилось примерно в дне пути к северу. Если верить картам, это была та самая область, куда указывал мой новый «планетарный друг».
— Ну что ж, дорогая планета, раз уж ты так настойчиво приглашаешь, было бы невежливо отказаться, — я закинул рюкзак на плечо и двинулся вперед.
Знакомая тень, всю дорогу тактично изображавшая, что её не существует, на этот раз даже не пряталась — скользила метрах в ста параллельным курсом, как заправский экскурсовод, следящий, чтобы турист не отбился от группы. Я помахал ей рукой. Тень не отреагировала, но у меня осталось стойкое ощущение, что где-то в недрах планетарного сознания моя выходка была занесена в графу «странности образца».
Ландшафт менялся с каждым километром. Голые скалы постепенно уступали место странным образованиям, напоминающим коралловые рифы, только сухие и покрытые той же пульсирующей голубой субстанцией. Я шагал среди этих каменных Франкенштейнов, чувствуя на себе невидимые взгляды — планета наблюдала за мной через свои бесчисленные глаза-растения.
По мере приближения к цели рельеф становился более сложным. Огромные валуны, острые как бритва скалы и провалы в земле, из которых поднимались клубы ядовитых испарений. Для обычного человека это место было бы смертельной ловушкой. Даже со своими улучшенными способностями я несколько раз чуть не сорвался в пропасть, когда порыв ветра с силой товарного поезда едва не сбил меня с ног.
Тяжелая гравитация планеты давала о себе знать при каждом шаге. Мои новые мышцы и кости выдерживали нагрузку, но я чувствовал, как внутренние органы протестуют против давления. Еще немного, и что-нибудь просто лопнет.
Шрам на руке пульсировал все сильнее, чем дальше я продвигался. Иногда вспышки образов становились настолько яркими, что мне приходилось останавливаться и прислоняться к камням, чтобы не потерять равновесие.
— Серьезно? — выдохнул я после особенно сильной вспышки. — Полегче с загрузкой, моя полоса не резиновая.
В этот раз видение было особенно четким: люди в защитных костюмах устанавливают какое-то оборудование. Логотип СлавКо на каждом контейнере. Один из техников вскрывает металлический ящик, достает странное устройство, похожее на паука с множеством конечностей. «Модификатор экосистемы, прототип Гамма-9. Процедура внедрения начата.» А потом крики. Много криков.
Следующий образ: массивное сооружение, частично врезанное в скалу. База. Исследовательский центр. Я видел его расположение так четко, будто сам был там.
— Показываешь дорогу? Как мило с твоей стороны, — пробормотал я, сверяя направление с компасом. — Надеюсь, это не ловушка. Я слишком красив, чтобы так глупо умереть.
Мое чувство юмора, каким бы оно ни было, было единственным, что удерживало меня от погружения в панику. Эта планета не просто была враждебной — она была разумной. И сейчас этот разум буквально просачивался в мою голову, делясь информацией.
— А что взамен? — спросил я вслух, словно планета могла ответить. — Никто не делится просто так. Особенно целой планетой информации.
Как будто в ответ, шрам вспыхнул еще ярче, и новая волна образов накрыла меня. На этот раз я увидел себя — но не таким, каким был сейчас. Я видел возможное будущее: мое тело, полностью интегрированное с планетарной системой, но сохранившее индивидуальность. Не поглощенное, а объединенное. Симбиоз.
— Так вот чего ты хочешь? Симбиоза? — я невольно хмыкнул. — Странный выбор партнера для танца, но ладно.