Страница 17 из 76
– Слушаюсь, владыка! – тотчас отозвался чёрный собакен и привстал на ноги, согнув колени, будто пёс. – Его Щедрость дозволяет старику пройти!
Медведь толкнул плечом камень и тот с глухим скрежетом отъехал в сторону, открыв тёмную, узкую щель в скале.
Ангал обернулся. Он смотрел на Бертрама – мальчик стоял рядом гордо, пытаясь сохранять важное выражение лица.
– Ты уверен? – тихо спросил собакен.
– Он просто хочет сказок, – так же тихо ответил Бертрам. – Я ему наговорю про золотые кареты и фонтаны из мёда. Он уснёт. Я пролезу в щель над камнем и догоню тебя. Иди.
Ангал кивнул. Он взглянул на Октавия.
– Благодарю за гостеприимство… ваше великолепие.
– Не за что, путник! – величественно буркнул медведь, выпячивая грудь. – Но помни, что за ущельем – моё королевство. Не смей трогать малину и подходить к орехам. А если увидишь муравейник – обойди за версту. Это всё моё. Нарушишь – узнаешь, каким бывает королевский гнев!
Ангал молча кивнул, делая вид, что запоминает. И перед тем как скрыться в тёмной щели, он наклонился к Бертраму и прошептал так, чтобы не слышал медведь:
– Надеюсь, ты не решишь понюхать то, что он там предлагает. Держись умнее его.
– Постараюсь, – с твёрдой, недетской уверенностью сказал Бертрам.
И Ангал шагнул в прохладную тень прохода, оставив мальчика наедине с коронованным медведем и его восторженным слугой, готовым запоминать каждое слово о королевских обычаях.