Страница 18 из 75
Подо мной была прохладная густая трава, а над моей головой — бескрайнее темнеющее небо. Оглядевшись, я поняла, что сижу на краю просторной, укрытой сумерками поляны, вокруг которой сплошной угрюмой стеной стоит лес. Сразу стало ясно, что попала я именно в лесную чащу, а не какой-нибудь городской парк: вокруг не наблюдалось ни асфальтированных дорожек, ни скамеек, ни фонарей — вообще ни единого намека на цивилизацию. И людей здесь, не считая меня, тоже не было.
Вместе со зловещей тишиной, нарушаемой лишь далеким пением какой-то птицы, на меня накатила паника. Я вскочила, и с моих колен в траву соскользнул телефон — должно быть, я так и уснула, сжимая его в руке. Хорошо хоть чашку с недопитым кофе успела поставить на журнальный столик. Подняв телефон, я активировала экран, убедилась, что сотовая связь и подключение к интернету отсутствуют, и убрала гаджет, годившийся теперь разве что на роль фонарика, в карман спортивных штанов.
На этот раз я точно знала, что вижу Потусторонье не во сне, а наяву. Возможно, засыпая, я подумала о нем, и сила кумихо опять сыграла со мной злую шутку. Только теперь я очутилась здесь совсем одна, и непонятно было, как отсюда выбираться.
Да еще и ночь вот-вот наступит, и неизвестно, какие твари шастают по лесу… А на мне даже обуви нет — лишь тонкие носки, в которых далеко не убежишь.
Пока я стояла на краю поляны, думая, что теперь делать и не решаясь сдвинуться с места, совсем стемнело. Выкатилась в небо почти полная луна, замерцали над лесом крупные блестки звезд. А затем мое обострившееся зрение уловило какое-то движение впереди, и, приглядевшись, я различила огромный валун, который вдруг зашевелился, вытянулся в высоту и превратился в уродливую исполинскую фигуру. Великан немного постоял, слегка покачиваясь, а затем низко зарокотал, и ответом ему были не менее пугающие голоса парочки собратьев, поднявшихся из травы поодаль.
Не знаю, как я не заорала от страха. Затаив дыхание, боясь сделать резкое движение или издать какой-нибудь звук, я медленно попятилась к кромке леса, ища убежище под развесистыми ветвями могучих деревьев. Уж лучше попытать удачи тут, чем остаться на открытом пространстве и стать добычей неведомых великанов. Интуиция подсказывала, что ничего хорошего от них ждать не следовало, как и от большинства обитающих в этом мире существ.
Очень скоро меня окружила густая темная чаща. Обнаружив невесть кем протоптанную узкую тропинку, я зашагала по ней, сдавленно шипя, когда в мои ноги впивался какой-нибудь камешек или щепка, и вздрагивая от звуков ночного леса. Воспользоваться фонариком на телефоне я не решилась, боясь привлечь внимание местных обитателей, но, к счастью, моим «обновленным» глазам вполне хватало и скупого лунного света.
Еще бы научиться двигаться с изяществом и бесшумностью лесного зверя…
Спустя час — я посмотрела время в телефоне — тропинка под моими ногами заметно расширилась, а окружающие ее заросли чуть поредели и неожиданно исторгли из себя стайку зеленоватых огоньков, похожих на очень крупных светляков. Кружа в воздухе, они медленно полетели вперед, словно указывая мне дорогу, и я послушно пошла следом — все равно тропинка вела в ту же сторону. Еще через несколько минут деревья расступились, выпуская меня на небольшую поляну, у дальнего края которой стоял необычного вида дом.
«Ханок», — само собой всплыло в голове его название.
Подобные строения я видела в исторических южнокорейских дорамах и на фотографиях в интернете, только у них крыша была черепичной, а у этого домишки — соломенной. Ханок имел форму буквы «Г» и стоял на невысоком фундаменте из каменных блоков, служащих основанием для опорных деревянных столбов. По всему его фасаду тянулась узкая, приподнятая над землей терраса, с которой в комнаты вели несколько двустворчатых дверей. Дом выглядел довольно обветшалым и мрачным, и лишь отделанные каким-то светлым материалом дверные панели и окна немного разбавляли общий темный фон.
А еще за одним из окон теплился неяркий свет, и именно он заставил меня осторожно пересечь поляну и приблизиться к дому. Вместо крыльца на террасу вела единственная ступенька — прямоугольный кусок грубо отесанного камня — и я замерла перед ней, разрываясь между желанием постучать в дверь дома, чтобы попроситься на ночлег, и убраться подальше, как того требовала сигналящая об опасности интуиция.
В ночном лесу, по идее, опаснее, но неизвестно, что или кто поджидает одиноких путников внутри этого мрачного ханока… Не стоит забывать, что я нахожусь в Потусторонье, мире чудовищ и призраков, подавляющее большинство которых настроено по отношению к людям далеко не дружелюбно.
Но в ту секунду, когда я приняла решение и сделала шаг назад, створки двери напротив меня с тихим шорохом раздвинулись и выпустили наружу хозяина, а точнее, хозяйку дома. Ею оказалась невысокая сухонькая старушка в простом потрепанном ханбоке — традиционном корейском костюме, состоящем из короткой блузки и длинной просторной юбки. Ее темные с проседью волосы были убраны в тугой пучок, а глаза на смуглом морщинистом лице смотрели до неуютности цепко и пронзительно. Мне она напомнила старое дерево с потрескавшейся, испещренной глубокими бороздами корой и сухими узловатыми ветвями. Это впечатление лишь усилилось, когда старушка открыла рот и поприветствовала меня резким скрипучим голосом — конечно, на корейском языке.
* * *
— Здравствуй, путница. Что привело тебя в мой дом, да еще и в столь поздний час?
— Доброй ночи, бабушка, — отозвалась я и неуверенно поклонилась. Кажется, так у них, корейцев, принято. — Я э-э-э… слегка заплутала и хотела попроситься к вам переночевать.
— Заплутала, значит. — Она окинула меня внимательным взглядом, задержавшимся на моих грязных, местами уже дырявых носках. — Далеконько от дома тебя закинуло, как я погляжу. С каких земель будешь?
Ах, ну да. Я же со своим славянским типом внешности и наверняка заметным акцентом совершенно не похожа на местного квемуля.
— Из России.
Косматые брови бабули удивленно поползли вверх.
— А звать как?
— Астра.
— Аст-ра, — повторила она по слогам. — Какое чудно́е имя. Ладно, проходи. Меня можешь звать госпожа Сонаму.
Сонаму? «Сосна»? Да кто бы говорил про чудны́е имена!