Когда оседает пепел

Глава 1

Когда отчаяние достигает критической точки, ему на смену приходит безразличие. Хотя, может, просто начал действовать назначенный врачом антидепрессант. Вот бы и обезболивающее было столь же эффективным…

Я хмыкнула, наблюдая за кипящей вокруг жизнью. Август уже вступил в свои права, и горожане спешили насладиться последними теплыми — да что там, даже жаркими — деньками лета. Вот и этим вечером раскинувшийся перед больничным комплексом парк напоминал оживленный муравейник.

Я сидела на скамейке с тающим мороженым в руке, смотрела на проходящих мимо людей — смеющихся, болтающих, катящих перед собой коляски с детьми, строящих планы на будущее или обсуждающих прошедший день — и мне казалось, что нас разделяет невидимая стена. Там, по ту ее сторону, жизнь шла своим чередом, а здесь… здесь она застыла, точно вязкая смола из боли и безысходности, в которой я трепыхалась беспомощной букашкой.

Сторонним наблюдателем — вот кем я себя ощущала. Бродягой, подглядывающим за чужим счастьем в незашторенное окно.

Неужели и я когда-то была такой же счастливой и беззаботной? Молодой, полной сил и желаний, а главное — здоровой… А еще — любимой.

Снова стало невыносимо жалко себя и своей так по-дурацки прожитой жизни, и я торопливо куснула мороженое, пытаясь отвлечься от тягостных мыслей. Выходит, мне еще не все равно, душа еще болит… как и все остальное в этом чертовом теле.

И, словно желая окончательно меня добить, капля подтаявшего мороженого скатилась по вафельному рожку и сочно шмякнулась на мои новенькие спортивные штаны.

— Вот зараза!

Порывшись в кармане, я выудила мятый носовой платок и принялась возить им по пятну, чем, конечно же, сделала только хуже. А когда, плюнув на это бесполезное занятие, подняла голову, увидела застывшую напротив меня собаку.

Собака была роскошная: крупная, но при этом изящно сложенная, с шелковистой черной шерстью, остроконечными, стоящими торчком ушами и длинной умной мордой. Но самой яркой деталью ее внешности были глаза цвета красного янтаря, взгляд которых поражал своей почти человеческой осмысленностью.

«Бельгийская овчарка», — неуверенно предположила я, боясь шевельнуться под этим пристальным взглядом. — «Где же хозяин?»

Не то, чтобы я боялась собак, но мне определенно было бы спокойнее, гуляй эта прекрасная зверюга на поводке. Ошейник-то у нее имелся… да какой необычный! Потрепанную полоску кожи украшали круглые, испещренные причудливыми символами бляхи из светлого металла, наводящего на мысли о серебре. А может, это оно и было; мало ли какие причуды у богачей.

Пес — а рассмотрев животное внимательнее, я решила, что оно все же мужского пола — нетерпеливо переступил лапами и облизнулся, глядя на останки мороженого в моей руке.

— Хочешь мороженое? — догадалась я. — А тебе можно?

Не хватало еще объясняться с его хозяином, наверняка кормившим своего питомца лучшими кормами премиум-класса. Ладно, если что, скажу, что он его у меня отнял.

Пес совсем по-человечески кивнул и сделал шаг вперед, когда я завороженно протянула ему размякший вафельный рожок. Аккуратно взял мороженое из моей руки, закинул в пасть и умял за считаные секунды, после чего издал полный сожаления вздох и с надеждой уставился на меня.

— Больше нет, извини, — сказала я так, словно он мог меня понять. Впрочем, пес, кажется, понял; еще раз облизнулся, блаженно прищурившись, и ткнулся влажным носом в мою ладонь, будто благодаря за угощение.

Робко, несмело, одними кончиками пальцев я коснулась густой шерсти на его загривке — и отдернула руку, услышав донесшийся с аллеи резкий окрик.

— Кан!

Пес повернул морду и вильнул пушистым хвостом, приветствуя решительно идущего к нам мужчину — высокого, худощавого, одетого, несмотря на жару, в элегантный светло-серый костюм.

— Вот ты где, — буркнул незнакомец, остановившись перед скамейкой. — Что ты здесь делаешь?

Вопрос был задан таким тоном, словно он всерьез рассчитывал получить ответ. Я прищурилась, пытаясь рассмотреть лицо мужчины, но в глаза мне внезапно ударило солнце, и все, что я смогла различить — это копна густых волос темно-медного цвета, золотящихся на свету.

А еще, судя по голосу, он был довольно молод.

— Чего это тебя понесло к людям? — продолжил мужчина, по-прежнему игнорируя меня.

Странный у него акцент. Едва уловимый, но отчетливый. Неужели иностранец? Что ж, туристов в нашем городе всегда хватало. Но туристов с собаками?..

Кан — необычная кличка, подумала я отстраненно — склонил голову набок и вывалил красный язык, всем своим существом излучая довольство и благодушие.

— Он попросил у меня мороженое, — зачем-то призналась я. — Наверное, ему жарко.

— Мороженое? — черт, да почему я никак не могу разглядеть его лицо? — Вот оно что. Купить вам другое?

— Что? А, нет, не стоит. Я была рада его угостить.

Мужчина кивнул и отвернулся, небрежно поманив пса рукой.

— Идем, Кан.

Пес послушно затрусил за хозяином, быстрым шагом двинувшимся к выходу из парка, и, глядя им вслед, я неожиданно для себя самой крикнула:

— Постойте! Скажите, что это за порода?

— Адский пес, — насмешливо ответил мужчина, даже не соизволив оглянуться. Спустя несколько секунд странная парочка затерялась среди прохожих, оставив меня растерянно таращиться на залитую вечерним солнцем аллею.

Адский пес? Это что, неудачная попытка пошутить или дословный перевод названия породы? А что, ему подходит — черная шерсть, глаза с красным оттенком, жутковато-разумный взгляд. И этот ошейник, выглядящий, как музейный экспонат…

Но кто в таком случае его безликий хозяин?

Несмотря на нисколько не спавшую жару, мне вдруг стало зябко. Передернув плечами, я с трудом встала, опираясь рукой о скамейку, и, немного постояв, побрела в сторону своего корпуса. До вечернего обхода оставалось не так уж много времени, а я еще хотела позвонить Саше и узнать, как она устроилась у бабушки. Планировала сделать это из парка, но тут было так шумно, что нормально поговорить бы вряд ли получилось. Конечно, мы списывались в мессенджере, но я так соскучилась по голосу дочери, словно с момента нашей разлуки прошел не день, а как минимум неделя…

Не знаю, как бы я жила, останься она со своим отцом после нашего развода.