Страница 32 из 88
— Согласен. Мы будем молчать. Кайлан сейчас под присмотром Миранды, любая его сильная эмоция может просочиться сквозь блок.
Он делает паузу, глядя на Эманию, а затем на Стивена. Темная встает с кресла делает шаг вперед.
— Есть еще кое-что, — чеканит она, глядя на Элизабет. — Амбер... она поверила, что Кайлан действительно с Мирандой по своей воле. Но вы сами запретили мне говорить ей правду о «Ловушке Грез»!
— И мы не изменим этого решения, — отрезает Кассиан, глядя в окно на шпили цитадели. — «Ловушка Грез» — слишком тонкий инструмент. Я лично настроил этот кристалл так, чтобы Миранда видела то, что хочет: она уверена, что Кайлан спит с ней, что он принадлежит ей телом и душой. Это идеальная ширма. Но у этой иллюзии есть побочный эффект. Если Амбер узнает правду о кристалле, она скорее всего захочет попытается достучаться до сознания Кайлана через связь истинных.
Элизабет делает шаг к темной, ее алый плащ шуршит по полу.
— Пойми, Эми, если Амбер потянется к его разуму, она создаст резонанс и кристалл просто выжжет мозг Кайлана, превратив его в пустую оболочку, чтобы защитить созданную иллюзию.
— Значит, мы заставляем ее страдать? — Стивен смотрит на них с нескрываемой горечью. — Мы позволяем ей думать, что ее предали, пока она носит его дитя?
— В этом аду выживают только те, кто умеет терпеть боль, — Элизабет подходит к окну, глядя на далекие огни Витавиля. — Пусть она ненавидит его. Пусть плачет. Эти слезы — единственное, что сейчас не дает Дейвасу Салиндору почуять подвох. Как только мы будем готовы к удару, правда станет нашим оружием. А пока — это наш самый опасный враг.
Вампирша медленно отворачивается от окна и продолжает:
— Главное сейчас — понять, кто из Высших отец Амбер Лейнс. Если это Адам Стоур... — Она делает паузу, обмениваясь коротким взглядом с Кассианом. — Тогда Салиндор совершил самую страшную ошибку в своей долгой жизни. Я уверена: если Старейшина узнает, что его внучка в клетке, он не станет договариваться. Он уничтожит все и всех, кто причинил ей боль. Он сравняет Элвадол с землей, даже не спросив имени виновных.
Кассиан тяжело кивает, его лицо остается непроницаемым.
— Геральдин Стоур не знает жалости, когда дело касается его крови.
— А вот если она дочь Лиама Деброса... — Элизабет криво усмехается, и в этой усмешке нет ни капли веселья. — Тут большой вопрос. Эндриан всегда был слишком податлив на уговоры Клары. Я почти вижу, как эта змея шепчет папочке на ушко, убеждая его не вмешиваться. Она найдет тысячу причин, почему смерть «полукровки» выгодна их семье, и глава пятой ветви, скорее всего, просто закроет глаза, позволив Салиндору закончить начатое.
— И еще, — Элизабет делает паузу, ее голос становится обманчиво тихим, — фамилия Лейнс... В архивах это имя появилось только двадцать лет назад. До рождения Амбер фамилии Лейнс попросту не существовало.
Она обводит присутствующих тяжелым взглядом, наслаждаясь произведенным эффектом.
— А вот Валенсия Карлейнс была. И странно, что герцогиню признали погибшей именно в то же время, когда из ниоткуда возникла семья Лейнс.
Стивен замирает, его лицо бледнеет.
— Валенсия Карлейнс? Тетка нашего императора? Но... она же погибла! Он сам опознал ее... — светлый маг осекается. — То есть... император лично подписал бумагу, подтверждающую ее смерть!
— Или просто подписал то, что было нужно, чтобы скрыть что-то, — отрезает Элизабет. — Амбер говорила, что ее обучала бабушка и лучшие частные учителя. Вам не кажется это странным? Глухая деревня, на краю Элвадола — и такая образованная «бабушка», такие педагоги... Представьте их гонорары! Амбер смогла самостоятельно поступить в Академию, имея базу, которой позавидуют столичные аристократы.
— Или не сама! — вслух произносит Эми, ее глаза расширяются. — Император помог. Он знал. Он все это время помогал им.
— И вот еще что, — Кассиан резко оборачивается, и в его глазах вспыхивает опасная догадка. — Вспомните слова Александра ЛонгДарка, когда он впервые увидел Амбер на том приеме.
Элизабет медленно проходит через всю комнату и грациозно опускается в кресло, и ее алый плащ растекается по полу, словно лужа крови.
— Значит, Александр понял все с первого взгляда и мы должны с ним встретиться!
— Завтра же я договорюсь об аудиенции с императором, — отрезает Кассиан Реггис.
Элизабет кивает ему в знак согласия и делает эффектный жест рукой, словно переворачивает последнюю карту в колоде.
— Ну и вишенка на торте — «Пламя крови» на плече у девушки из глухой деревни. Древняя руна, которая, судя записям из секретного архива, проявляется только у прямых наследников престола.
Кассиан тяжело опирается на стол, его брови сходятся у переносицы.
— Если это правда, то Амбер — не просто полукровка. Она — наследница Александра ЛонгДарка. И если Салиндор узнает об этом раньше нас... он не просто подчинит Амбер и заберет ребенка...