Злая: Детство

Да, своим промедлением он потакает искушению – но кто его осудит? Из его домашних никто и слова не скажет против. Всем вполне удобно пожить здесь ещё какое-то время. При всей своей чопорности и глупости Оввельс, в отличие от прежних их пристанищ, не изобилует джунглями и топями; даже климат здесь чуть суше. А ещё Оввельс наконец становится той благодатной почвой для обращения верующих, которую Фрекс искал все годы служения. Он вырастает в собственных глазах – и, кажется, даже в росте прибавляет дюйм-другой. Он держится прямее. Борода его становится всё гуще и представительнее. Мир как будто подтверждает значимость Фрекса, истинность его призвания, как он сам описывает это Лей Лейлаани. Та лжёт напропалую, будто невероятно им восхищается.

Нельзя сказать, будто комнаты Лей дорого им обходятся. Но семья столько лет довольствовалась объедками, что, когда тарелка для пожертвований, обойдя полный круг, возвращается с парой медяков, Фрекс с радостью оставляет их себе.

Стол дома у Лей Лейлаани тоже улучшается. Няня всё ещё надеется вернуться при жизни в Манникин, но теперь иной раз к воскресному обеду подают жареного перепела под соусом из айвы, а обтрёпанное постельное бельё Лей сменила на новое. Так что жизнь налаживается на глазах. Они обустраиваются.

Эльфи скучает по походам к Унгеру Бииксу. Возможно, торговец тканями тоже по ней скучает. Но их пути редко пересекаются на проторённых тропках и шатких подвесных мостках Оввельса. А может, Унгер намеренно сворачивает с дороги, завидев Эльфи. В любом случае, ей так и не выпадает момента проверить силу собственного порыва – узнать, способна ли она передумать и побежать к нему навстречу с еле сдерживаемой улыбкой, которую на самом деле не нужно прятать.

Она ухаживает за сестрой с тем минимумом участия, какой только может себе позволить. Несса учится жеманничать, и Эльфи её не винит: что ещё есть у сестры, кроме отрепетированной улыбки? Но и подыгрывать ей не собирается. Она кормит Нессу супом с ложки. Панци дразнится, высовывая язык, и прячет ложки подальше. Лей делает вид, что не замечает его выходок, – ведь если отругать мальчишку, ценные постояльцы могут рассердиться, собрать вещи и съехать. Репутация Лей в городке укрепляется благодаря Фрексу, по мере того, как налаживаются дела его миссии. Она уже сделалась довольно влиятельной фигурой. Зачем же портить положение?

Так что воспитывать детей в основном пытается няня. Панци хохочет ей в лицо – смехом невинно-дерзким, в его возрасте ещё простительным, – но если дело заходит слишком далеко, то у няни для него и оплеуха найдётся. Няня по-прежнему остаётся с Нессой, когда Эльфи уходит на службы. Без няни никуда, о чём она громко беззастенчиво напоминает – чаще всего в присутствии Лей.

Фрекса так и не выставили из общинного дома. Ему удалось добиться разрешения на собрания. Его службы приобретают всё большую известность, и от этого оказывается в выигрыше и сам общинный дом – их школу начинают чаще выбирать среди конкурентов. Но школа – это ещё и деловое предприятие, а значит, требует свою долю. За беспокойство.

Эльфи делает то, что велят. Встаёт туда, куда поставят. Поёт, когда скажут, часто с закрытыми глазами: смотреть, как прихожане покачиваются в религиозном экстазе, слишком неловко, будто она их обманывает. Она не поборница веры отца, но и не лицемерит – на самом деле она просто ни в чём не уверена. Но нельзя отрицать, что её участие помогает вселять в других большее чувство.. ну, принадлежности, наверное. Чем бы ни было то состояние, куда их таинственно приводит музыка.

Однажды она замечает с краю толпы наследника Парииси: он тоже её слушает. Ах вот что – значит, она недостаточно крепко зажмурилась. Она исправляет промах. Когда допевает последний куплет и усаживается на табуретку, притворяясь, будто внимает проповеди отца, его уже нет. Фрекс настаивает, что ей нужно выглядеть заинтересованной. И за это Эльфи, пусть и нехотя, ощущает некоторую благодарность: он хотя бы не требует истинной веры в учение. Может быть, ему виднее. Ей всего тринадцать, и она даже не представляет, какая философия могла бы быть ей внятна.

Но этот мальчишка Парииси – чего он тут околачивается?

И Эльфи устремляет взгляд в доски пола, стараясь уловить смысл проповедей отца. На него самого она почти не смотрит. Её это слишком смущает – хоть она и не может объяснить, чем именно.

Популярность миссии Фрекса растёт. Собрания приходится начинать всё раньше. Девочки, которые посещают занятия в общинном доме, обходят кругом разросшуюся паству, прежде чем подняться на веранду и разойтись по классам. Эльфи видела так мало детей, кроме собственных брата с сестрой, что эти девочки кажутся ей чуждыми и диковинными, как будто какими-то незавершёнными.

Но ей уже не хватает сил выдерживать благочестивую позу всё время службы, как требует отец. Её одолевает зевота, что выглядит очень крамольно. Она поднимает этот вопрос в разговоре с няней.

— Унгер сказал, что мне нужно образование, – озвучивает она однажды вечером, когда отец с Лей уходят на очередной моцион, на сей раз – бродить по настилам плавучих садов. Подозрительно романтическое место для прогулки. Она надеется, что докучливые комары быстро прогонят их и не дадут хозяйке усугубить ситуацию. – Спроси, пожалуйста, у отца, могу ли я посещать занятия в общинном доме?

— Ах, он теперь «отец»? – качает головой няня. – Не «папа». Совсем уж мы стали как в лучших домах Оза, такие важные, да?

— Полагаю, на людях говорить «отец» уместнее. А сейчас мы с ним больше всего времени проводим на людях. Не уходи от темы. Мне скучно. Раз в общинном доме уже идут занятия, а мы до сих пор тут живём, может, я и сама могла бы туда ходить? Когда девочек отпускают на полуденный перерыв, я бы возвращалась к своим обязанностям.

Няня явно не одобряет её желание, но всё же передаёт просьбу отцу и через несколько дней возвращается с ответом.

— Поразительно, – говорит Эльфи.

— По правде сказать, я тоже несколько удивилась, – признаётся няня. – Но не недооценивай его, Эльфи. Думаю, он понимает: ты для миссии и находка, и обуза. По крайней мере, он считает тебя достаточно смышлёной. В сложившихся обстоятельствах он желает для тебя лучшего. А учиться вместе с другими девочками куда безопаснее, чем шататься по улицам Оввельса с видом скучающим и.. доступным. И всё же я слегка задетa. Как будто всё то, чему учу тебя я, неподобающе или недостаточно. Я буквально на волоске от того, чтобы собраться и хлопнуть дверью.