Страница 29 из 68
— Чего-чего, госпожа? — мужик выронил молот. — Опять пытки? «Экзекуторши» вам мало?
— Нет, Ганс. Теперь мне нужно нечто... упругое. Много тонких, пружинящих петель из стали, собранных в один узел на ручке. Чтобы взбивать пену.
Катька вдохновенно начала рисовать в пыли нечто, напоминающее то ли скелет футуристического дирижабля, то ли очень странный веник для паутины.
— Значит, — кузнец с сомнением потрогал пальцем эскиз в пыли, — Я должен вытянуть двенадцать прутиков тонких, как усики майского жука, согнуть их все одинаково, чтобы они не лопнули, и закрепить в ручке так, чтобы они не вылетели и не прикончили повара во время работы?
— Именно! — просияла героиня. — Это называется «Венчик». Я хотела бы с моторчиком, чтобы само крутилось, но так и быть, пока поработаем на ручном приводе.
Умелец посмотрел на свои руки, которыми он вчера гнул подковы, и почувствовал, как у него начинает дергаться второй глаз. В книгах мужики из кожи вон лезли за «идею» и «улыбку красавицы». Ганс же пахал исключительно из страха, что его кузницу объявят филиалом ада.
По его мнению, если бабе скучно взбивать сливки вилкой, ей просто нужно дать побольше работы в поле.
— Госпожа, — прохрипел он, — Чтобы это... пружинило, мне нужна особая закалка. Я потрачу на этот «венчик» столько стали, сколько уходит на приличный кинжал. Вы уверены, что пена того стоит?
— Ганс, — рационализаторша посмотрела на него с истинно аристократическим сочувствием. — Это не просто пена. Это прогресс. Назовем его «Герцогский Вихрь». И постарайся, чтобы он не заржавел после первого же контакта с яйцами.
Мастер молча взял в руки клещи. Он уже представлял, как будет объяснять соседям, почему лучший кузнец округи сидит и три часа подряд выгибает железные петельки для взбивания соплей. При этом горемычный мужик явно видел, что призрак инквизитора за плечом Катьки одобрительно кивнул.
Но это было не всё. В следующий раз хозяйка таверны стояла посреди кузницы, размахивая чертежом, на котором был изображен моторчик — в её представлении это была просто «коробочка с палкой».
— Ганс, а где тут у вас... ну, отдел микромеханики? — новаторша огляделась, натыкаясь взглядом только на груды угля и тяжелые кувалды. — Мне нужно, чтобы вот эта палочка крутилась очень быстро. Внутри должны быть шестерни, пружина... Ну, как в миксере...
Кузнец, который только-только начал приходить в себя после «проволочного веника», снова побледнел.
— Госпожа, вы от меня требуете невозможного, — он вытер руки о фартук. — Я железо бью, а не заставляю его думать. Вам к мастеру Циферу надо, в верхний город. Он часы чинит городские. Говорят, он даже механическую птицу сделал, которая чирикает... правда, после этого он неделю заикался, потому что птица начала ругаться на латыни.
Катька вздохнула. В книжках-то всё было просто. Нарисовала коленвал — и вуаля. А тут выясняется, что кузнец — это не инженер-конструктор, а просто очень сильный парень с молотком.
— Значит, часовщик? — изобретательница прищурилась. — Отлично. Пойдем пугать часовщика. Ганс, доделывай «Вихрь», а за «турбо-приводом» я схожу к профессионалам.